Дискурсивная метаморфоза, которая произошла с самым громким результатом ВПН-2020 (2021) – из всех домохозяйств 41,8% состоят из одного человека – вполне укладывается в классическую цепочку отрицание → гнев → торг → депрессия → принятие. Когда в 2023 году Росстат публично огласил эту цифру, первой реакцией было если не отрицание, то большие сомнения – «этого не может быть», потому что резкий скачок доли одиночных домохозяйств между переписями неправдоподобен. Гнев выглядел как поиск виновных в лавине одиночества (урбанизация, социальные сети, не те ценности); вариант – гнев в адрес некачественной статистики. Торг – попытка рационально объяснить цифру через методический разбор, сопоставление с результатами обследований домохозяйств, другими данными. Депрессия – восприятие этой цифры как приговор семье, браку, «мы все одиноки и скоро вымрем». Принятие – «41,8% одиночных домохозяйств» воспринимается как факт, в котором можно не сомневаться. Цифра стала референтной – её используют как отправную для обсуждения последствий одиночества, что тренд на одиночество значит для политик – социальной, градостроительной, экономической, демографической. И мало вспоминают о тех сомнениях, с которых разговор об этой цифре начинался.