VII. Индустриальная эстетика Индустриальная эстетика Большой Финляндии должна быть упакована в ту же самую экологическую тару, о которой мы вели речь выше. Мы не должны исключать эти образы из культурного ландшафта страны, однако они не должны носить центрального и смыслообразующего характера, как это было, например, в советской эстетике. Образы промышленных центров и городов должны, в первую очередь, делать акцент на жилом и административном их секторе, подчеркивая идею: завод существует для того, чтобы обеспечивать жизнь людей, а не люди существуют для того, чтобы обслуживать завод. Индустриальная эстетика должна строится на образе подчиненной мощи. В нарративе предлагаемого образа - завод, рудник, шахта, должны позиционироваться как покоренная и обузданная сила, лежащая у ног хрупкой женщины с ребенком, прогуливающихся по цветущему скверу. Образы с доминантами индустриальных объектов, напротив, должны презентоваться как серость, мрак и уныние предыдущих античеловеческих и антигуманистических режимов. Как пример и наглядная иллюстрация образов, приводятся две картинки выше: одна из них символизирует Большую Финляндию, вторая - образ безнадеги и беспросветности, из которой Большая Финляндия должна вырваться в свое светлое будущее. (Одна из этих картинок - мечта и цель, вторая же соцреализм, возвращение которого и торжество - враги Большой Финляндии делают своей целью). По той же самой причине в эстетике Большой Финляндии нет места ни стим- ни дизельпанку. Это элементы футуризма, а футуризм представляет собой духовную базу большевизма, источник совращения неокрепших умов, рождения химер и утопий, в корне враждебных идее Большой Финляндии. Но самым главным, среди опасных и враждебных для Большой Финляндии образов - остается утопическая русская мечта о Космосе. Ей следует уделить особое и отдельное внимание.