В те погожие дни, когда автор отличалась активностью здесь (жила расслабленнее, брала на себя меньше, писала гуще), была здесь сварливая заметка души, кричащей о старых деньгах и новых потугах их стилистически (и досугом) имитировать. Там же был упомянут Ральф Рубен Лифшиц, он же всуе известный как Ральф Лорен. Позже были тексты, уже на более валидных платформах (при всем уважении к моему же каналу и данному ресурсу), моего же авторства, о стремлении отмыться испачкаться в сторону нарочито драного, рваного, с напылью старинного, ибо таковы нынче тренды, порожденные на контрасте. И к чему я — сейчас хочу рассказать о выходцах Ralph Lauren, которые именно это направление виртуозно транслируют. А мы, любители моды и потребители трендов, в большинстве своем, поддерживаем. И это не парадокс, а пример искусного обращения с материалом и работой с запросами любителей прекрасного.
Так, уже в далёком в 2015 году мою взбаломошную алчность возбудили вещи бренда R13, на тот момент еще с интеллигентной скромностью, но крупной амбицией красовавшиеся в витринах небезызвестного Leform (а вообще бренд представлен там с 2011, сильно позднее уже в ЦУМе). Рубашки в клетку, словно бы их достала бабушка с антресолей для дедушки, в чем не жалко спилить ветхую березу или покосить газон на дачном угодье. Свитера, а-ля турецкие, с подачи фарцовщиков в 90-е, но уже с автографом моли — намеренно дранные. И пальто, напоминающие что-то между халатом консьержки из соседнего подъезда и парадной блузой той же любимой бабушки. А еще вещи Greg Lauren, меньше по стилистике уходящие в гранж, но тяготеющие к похожему настроению в исполнении. Ну, и все, разумеется, в ценовой политике «дорого». Для обывательского взора сперва — переоцененные вещи, снятые с бродяги в британских уездных городах, для знающего глубже — сходства с Ralph Lauren Ready-to-wear. И неспроста. А теперь о героях.
•Lee Miller by Man Ray, 1929
•Marion Morehouse in Chanel, 1924 by Steichen
•Mariano Fortuny y Madrazo
•Irene Galitzine A/H 1969-70 by Francesco Scavullo
•Mariano Fortuny y Madrazo
•Myrna Loy for Bride of the Regiment, 1930
•Jan Davidsz de Heem - Vase of Flowers, 1660
•Marlene Dietrich, Dishonored, 1931
•In the mood for love, 2000
•Three lacemakers working. Brittany, France, 1920
«Вам и не снилось», предсмертное прощание или Песня года-1981
Фильмом Ильи Фрэза я с ранней юности очарована, а «Последняя поэма» на музыку Алексея Рыбникова — такая красивая, светлая и на уровне ощущений без знания очень контрастирующая на фоне других советских песен (не менее близких сердцу).
Прояснилось, что неспроста. Моя любимая версия в исполнении ВИА «Ялла» — манерой, мистическим аккомпанементом сетара (не путать с индийским ситаром), характерными восточными мотивами. Слова же всегда казались сложнее музыки, да и сюжета фильма сложнее. Фильм люблю сердечно — о добром, наивном, о любви. И песня. И все же текст стихов ее удивляет, ведь тяготеет смыслом к погребальным обрядам, как мне казалось. Только недавно додумалась зарыться в поиске ответов.
Последняя поэма (ориг. Шешер Кобита с бенг.) — это название романа 1929 года о не самой счастливой истории любви, образец бенгальской литературы, написанный Нобелевским лауреатом Рабиндранатом Тагором. И внутри этого произведения есть прощальное стихотворение, фрагменты которого перевела с бенгали (индоарийского) на русский поэт Аделина Адалис, приятельница М. Цветаевой. Рыбников написал мелодию еще в 1970-ом и не мог никуда пристроить, пока спустя 10 лет не наткнулся на ту самую «Последнюю поэму» в переводе Адалис. Здесь все сложилось воедино и случилась песня, покорившая весь союз. Поначалу в исполнении Отиевой, далее — версия отмеченная Песней года 1981 в исполнении Яллы.
И, казалось бы, а как слова о смерти, прощании, хотя и внутри мелодии с таким жизнеутверждающим мотивом, касаются школьной любви, торжествующей, обойдя все преграды шекспировской традиции. Просто в первоначальной версии одноименной повести Галины Щербаковой был другой конец: Рома прыгает из окна, а не поскальзывается, и он разбивается, а не выживает. Советская цензура, разумеется, отполировала не образцовое движение идеи и тела. Не может главный герой, советский школьник, хотеть умереть, и не может не выжить. И уже владея знанием, что же было в первоисточниках, появляется какая-то другая глубина. В индуизме смерть — не конец, а переход атмана, души истинной-вечной. А сильные (истинные) связи нерушимы, те, кто сильно любили — обязательно встретятся:
Знаю - когда-нибудь в полном спокойствии,
В позднем покое когда-нибудь, может быть,
С дальнего берега давнего прошлого
Ветер весенний ночной принесет тебе вздох от меня!
А слова волшебные. И музыка. И непременно почитайте полную версию письма в стихах. И помните, Смерть побеждающий, вечный закон — это любовь.
Красота из обожаемой книги Стивена Эллкока «All Good Things»
В каждой главе адаптированная для понимания басня, притча или миф о двенадцати различных культурных, философских и религиозных традициях. Текст сопровождают тщательно подобранные цитаты из произведений поэтов, философов, ученых, провидцев, работы художников со всего мира.
+5
