Шхуна Ганжа

просмотрела все новые книги в Фаланстере, у всех нашелся какой-нибудь изъян: то это просто диссертация, то мало текста, то много, то устарело, то предложения начинаются с деепричастий или автор самовыражается это же касается и классиков - хорошо, конечно, что они уже все написали, но не все из них постарались для вечности так что всех победил толстый Симондон: он и постарался, и не бежал к известности, и писал без оглядок юная пара в рамках околокнижного воркования и щебета обращала внимание только на момент нейронистости текстов, а о мире взрослых небрежно замечала в выражениях "меня заставили" или "она запретила мне" - ребята! - захотелось воскликнуть мне, - мы, взрослые, ничего не запрещаем и и никого не заставляем, - в том-то всё и дело! хотя накануне я впервые в жизни прибегла к наказанию подростка и составила с подростком пакт о правильном поведении, ограничив его права и увеличив его обязанности. Подросток, конечно, поддался пакту, но до этого я никого еще не наказывала и мне было дурно, нехорошо и мной владела слабость и дрожь в руках, держащих пакт

вред от иноагентов очередной раз подтвердился, поскольку чтобы проверить, так ли хороши прорекламированные ими страницы, я зашла на сайт и обнаружила там целый проект, в котором мысли про суверенитет были написаны таким слогом и так радикально, что я немедленно выписала себе выражения "неоднократные попытки преодолеть суверенитет", "ухудшить положение на международной арене" и "под видом культурного влияния"

мой палец лайкать разучился когда же он восстановился то тут же быстро он устал... не возвожу на пьедеслал я телеграм родной беспутный но жаль становится минуты когда прицелясь и нажав еще я долго проверяю свой эмодзи, поскольку я вверяю несуществующий аффект во власть платформ и алгоритмов я гибну молча и страдаю и эмодзи тут не причем так, к слову, типа рифмы "как лучом" подите ж все закончить я не в силах и это не поэзия а так. Ну что уставились?

зачет по ОБЖ

русских в Риме много, как и в Стамбуле, и вычисляются они не сколько по отголоскам русской речи, сколько по эпистемической неустойчивости, вынуждающую их искать правду в сокровищницах духа - музейном искусстве и развалинах, а содержанием разговоров делать выяснение моральной, маскирующуюся под психологическую, правоты. Немало достойных пар подруг, друзей и родственников активно дают друг другу советы "как поступить", "что сказать" и "как себя с ним или с ней держать". Рефреном в таких разговорах является чья-то неправота и напрасное притязание на что-либо. Английская туристическая речь нацелена на производство изумления, юмора и утешения, итальянская - на изложение последовательности фактов и событий и попыток установить их последовательность, связность и необратимость. Одна польская немолодая дама в течении получаса высказывала смирение и разочарование в устройстве окружающего мира, явным образом ввинчивая в диалог ритурнели самооправдания, подчеркивая многократные усилия, которые не привели ее к намеченной цели. И только детская речь отовсюду одинаковая- она дразнит, вопрошает и ищет поводов для желания

зачет по Python

загадочная, туманная материя сна, окутывая спящего одновременно полностью его расколдовывает. Ни в сне, ни в смерти нет никакой загадки. Вероятно, лежащие в положенном им сне даже видят сны, и эти сны похожи на бесконечный сериал, на отмеренную дозу фантазии и неслучившихся, или случившихся, событий. Тела провалившихся ночью в сон тел вокруг Ватикана ничем не отличаются от плацкартных, и даже освещение - городское, стандартное, драматично-архитектурное, созданное для лепки и высвечивания скульптурных и колоннадных объемов, - лепит светом изгибы и выпуклости спящих тел неизвестного происхождения точно в такие же иррациональные корпусные конфигурации, как и эргономично-щадящий свет, падающий на покрытые белыми вагонными простынями. И вагонным, и площадным телам одинаково душно, при этом хочется укрыться одеялом, некоторые спят торжественно и на спине, а некоторые уткнувшись в мраморные ступени или вагонную обшивку. Скучно спать, а мне скучно не спать, когда все спят, даже если ты стремительно передвигаешься. Все закончится пробуждением - точно так же, как и в комнатах. квартирах, ярусах и спальнях, всё позабудется: торжественные восстанут ото сна в вертикальные позы, а раскинувшиеся на боку сядут, обхватят руками колени, и отправятся доживать свой бодрствующий день

проект Урганта "интервью с писателями" оценивают как малозначительное валяние дурака или не замечают, но кажется, ставка сделана на остатки крымовских или серебренниковских учеников и что эти люди такое делают! Что именно они делают, довольно сложно описать, я бы определила их импровизации как попытку обнаружить человеческое в нечеловеческом, в ходульных анекдотах и полных бессмысленных подробностей превратностях их жизни и судьбоносных побед над временем. Но поскольку эти поиски производятся изнутри, то за основу берется филистерская душа современнооо человека. В результате "профессионализм" ведущего, очень точно передаваемый как раскрытие-взлом угрюмых и светски неотесанных интервьюированных, обнаруживает в Гоголе и Достоевском довольно специфические личности: разокровенничавшись, они перестают сами себя помнить. В буквальном смысле это означает, что они с трудом узнают себя в фактах либо забывают их удерживать в речи. Эту забывчивость они компенсируют "собственным мнением" или эпистемическим упрямством, в содержательном отношении представляющих собой нечто несусветное, вздорное и отклоняющееся. У этого формата есть своя истина, которую можно было бы обозначить по аналогии с "банальностью зла" как "банальность любой чужой жизни". Всё сводится к "это я люблю" или "это я не люблю", а также к перечислению свойств собственного характера. Развинченный недалекий Достоевский, как будто обретший талант в результате одного только счастливого недоразумения здесь ничем не отличается от невыносимого свалившегося с луны Гоголя, похожего наслейбницевскую монаду

пара, прогуливающая первую пару и думающая неизвестно о чём

АГ Ганжа починила свои крылья

почему липкие тела соотечественников в переполненном транспорте вызывают при приосновении ужас, а чужие тела в чужеземье ничего такого не вызывают, а наоборот, создают ощущение братства и приемлемого гаптического состояния? Полагаю, что это необходимый момент дистанцирования от всякой инцестуозности, возникающей при любом прилипании различного происхождения. Проще говоря, мы и так несколько надоели друг другу, а тут еще покачнулся трамвай и какое уж тут братство - только влажная прохлада синевато-белых персей и жар волосатых рук, приделанных к до боли знакомым габитусам

(poll without text)

на фоне наслоений мировой истории изменился животный мир первого Рима. Голуби и воробьи не преобладают, чайкам указали на своё место, они довольно скромны, зато есть ласточки и множество попугаев. Муравьи мелкие, какие у нас не водятся и не кусачие: могут пройти по человеческому телу, ни разу не соблазнившись укусить. Мухи медленные и компактные, задумчивые. Убила одну такую и стало грустно: зачем? В доме живет комар, следов укусов нет, непонятно, чем он питается в общем, состояние цивилизации уменьшает пассионарность культуры и заодно природы, и слава Богу

мировая история культуры показывает нам, что власти боятся не надо и не надо на нее нападать, власть оставляет множественные следы, аккумулируя сокровищаа духа и просто сокровища. Люди эти, может, и так себе, но зато сколько оставляют потомкам. Через 500 лет все развеивается как дым, а нам, страдальцам, должно быть стыдно за свою мелочность. Придут потомки и скажут: ого, вот это да, ну и наворотили! К тому же власть любит себя увековечивать и запечатлевать и по ее лицам спустя века видно кто есть кто, - в смысле, кто есть никто, а кто просто всё делал и помалкивал

АГ ГАНЖА