Roma of Superposition

В продолжение темы королевских капризов! Одним глазком заглядываем на выставку «Стиль Марии Антуанетты» в V&A. Фрагмент ткани платья 1760-1765 года — розовый шелк с филигранным рисунком кружевных лент и леопардового принта. Полный мур-мяу.

Пусть носят пирожные! Безголовому призраку Марии-Антуанетты бы точно понравились эти лодочки Balenciaga.

Еще одна праздничная хотелка от Gohar World (детища фуд-художницы Лайлы Гохар) — ручная соковыжималка для цитрусовых. Конкретно для дольки лимона. Очаровательный кухонный карнавал животных в подарок (себе).

+2

Готовимся перенимать принцип сборки праздничных нарядов из двух ингредиентов из последней съемки Sabaton Magazine: что-то кокетливое + и что-то мягкое. Так на вечеринке вы сможете блистать, а потом вздремнуть, утомленные вниманием, прямо в образе.

Тем временем зоопарк Loewe пополнился утконосом. Первое млекопитающее в их коллекции, которое откладывает яйца. Вот вам еще несколько зоологичесих фактов об утконосе на этот вечер: У самцов на задних лапах есть шпоры с ядом. Для человека он не смертелен, но является одним из самых болезненных укусов среди млекопитающих. Утоконосы охотятся с закрытыми глазами, ушами и ноздрями. Добычу они находят по электрическим импульсам мышц с помощью встроенного электролокатора в клюве. Шерстяной покров у утконоса настолько плотная и устойчивая к намоканию, что его когда-то на него массово охотились ради меха — сейчас вид охраняется, а сумка, разумеется, выполнена из искусственных материалов.

Хоть погода совершенно не зимняя, я не собираюсь спорить с внутренними часами, которые уже требуют выбрать елку. Буду постить самые альтернативные версии. Вот одна из самых съедобных, экологичных и абсолютно реализуемых — банановая героиня от Gohar World. Такую елку можно разбирать по мере созревания плодов, а главное главное — после праздников ничего не останется выбрасывать. Разве что пару кожурок.

Не стало Мартина Парра, одного из самых знаменательных документальных фотографов рубежа ХХ-XXI века. Как бывает с творческими фигурами такого масштаба, это означает не только уход одного человека, но и смерть целого стиля. Его яркая, ироничная, цепкая к повседневности оптика остается в уже снятом и каталогизированном как завершенное явление, на которое автор уже никак не способен повлиять. Теперь на его фотографиях время остановилось навсегда.

+6

Для тех, кто все еще не решил для себя, где заканчивается мода и начинается искусство, вот пример высокого уровня сложности: коллекция The Narcissist от THEVXLLEY. Этот авторский дизайн-проект Даниэля дель Валье — смесь модной коллекции, выставки, перформанса, и каталога очень личной памяти. Самая вызарительная метафора тут совершенно буквальна: человек как сосуд и вещи как сосуды воспоминаний.

+5

Если у вас винтажное настроение для новогодних вечеринок, вот вам шпаргалка. В 1968-м году журнал Town & Country спрашивал знаменитостей про их любимые рождественские напитки — листайте карточки и собирайте свою коктейльную карту в стиле старого Голливуда.

В креативном забеге по использованию бантиков в моде последние года два участвовали все, кому не лень. Но приз моей зрительской симпатии забрал тот, кто даже не участвовал. Артизанальное платье Maison Margiela 2006 года, составленное целиком из винтажных галстуков-бабочек.

+2

Если ТЗ на эту съемку парижской винтажки Palace Callas было: «ничего не должно отвлекать от вещей», то команда его превзошла.

Если когда-то увидите сервировку стола с сельдереем в вазе, не удивляйтесь — овощ ровно там, где ему и положено быть. В викторианскую эпоху сельдерей считался редким и дорогим деликатесом, поэтому пучок в стеклянной вазе в центре стола служил для демонстрации статуса. Но у предмета была и практическая функция: стебли, на 95% состоящие из воды, быстро вянут на воздухе — высокая ваза с водой позволяла им дольше сохранять свежесть. Честно говоря, я не вижу ни одной причины не делать так же сейчас, если сельдерей — часть вашего повседневного рациона. Если повторите — покажите композицию в комментариях)

У меня сегодня день рождения. Первый раз за, наверное, 20 лет в этот день у меня нет печали, которая всегда начинала медленно вползать накануне и нехотя отпускала на следующий день. Вечно не было праздничного настроения, а была такая, знаете, легкая хандра. Не буду сейчас вдаваться в анализ и пытаться разобраться в причинах деньрожденческого уныния. Не буду, потому что сегодня хорошо, как будто картинка перед глазами стала чётче, цвета стали насыщеннее, а на душе светлее. Посмотрел на себя и мир через просветленную оптику. Сегодня размышляю о том, как забота, проявленная в мой адрес, неожиданно трансформирует меня, заставляет стыдиться собственной эгоистичности и черствости. Любовь, которую я чувствую от близких людей, разъедает мое себялюбство, нечуткость и безучастность, цепляет мои недостатки, подсвечивает их, и вот я уже способен избавиться от них. Как минимум, хочу в это верить ) Думаю, у каждого есть свой ближний круг, самых проверенных временем и настоящих друзей, вибрирующих с вами на одних волнах. Сегодня тону в их любви, но гораздо больше кайфую от того, что могу помогать им и планирую продолжать. Сначала мысль, а потом действие, направленное вовне и сфокусированное на проявлениях заботы о своих близких, все это приводит меня сегодня, в мой день рождения, в полный восторг.

+2

Контент первого дня зимы — трудно поддающиеся описанию результаты поиска по запросу «мохеровая балаклава» в Pinterest. Как по мне, эти пушистые сущности — готовые дизайны персонажей для артхаусного хоррора в сеттинге ледяной пустыни. А24, присмотрись)

Иногда рекламу снимают так, что она превращается в печатное искусство. Случайная архивная находка — кампания обоев André Matenciot 1976 года. Чисто готовый постер на стену.

Если на Новый год кто-то готовится преподнести себя в качестве подарка, вот церемониальный костюм, который требует минимум усилий, но гарантирует максимум эффекта. Эти серьги из дождика — творческий проект Стеллы Нунес, студентки Central Saint Martins

Идем по грибы! В начале осени я побывал в Казани — теперь можно рассказать, зачем. Ребята из концепт-стора Studio Slow позвали меня на свою родину для интервью. Вместо «один на один» в студии они ведут разговоры, сопряженные с каким-то традиционным досугом. Меня позвали по грибы, чем сразу подкупили. Третью охоту я люблю с детства. В итоге провел в лесу больше времени, чем в самом городе, что для командировки, мягко говоря, редкая удача. Получилось и прилично заполнить корзинку, и здорово поговорить. Чувствовалось, что ребята разобрали прошлые интервью и продумали вопросы. Важный, редкий и особо ценный эффект — в каких-то моментах действительно удалось сформулировать некоторые мысли впервые и примермть другой угол зрения к социальным и культурным проекциям моды, а не повторять, пусть и не глупые, но уже давно сформулированные собственные рассуждения. Разговор со мной про одежду, работу и удовольствие от процесса, записанный в прекрасном высоком лесу — уже в сети.

+1

Я люблю повторять, что одежда — способ говорить с миром. Порой довольно прямолинейно. Вот как эти иконические пассивно-агрессивные футболки CdG SS12 с иллюстрациями Магды Арчер))

Эти два снимка Люсиль Корнак из книги Fashion: 2001, для которой фотограф в начале 80-х попросила больше ста дизайнеров придумать наряд для 2001 года, очень наглядно раскрывают главную проблему футуризма: будущее в нем почти всегда выглядит как приодетое настоящее. По тому, как художники и дизайнеры рисуют «завтра», обычно легко угадать время, в котором живут сами творцы — по силуэтам, стандартам красоты, представлениям о технологиях. Эти образы якобы предсказывали 2001-й, а сейчас, в новом веке, читаются как концентрат ранних 80-х, которые изо всех сил стараются заглянуть вперед по прямой. Будущее, как водится, выбирает более любопытную траекторию.

+2

Герой четверговой рубрики — первая в материковом Китае библиотека современного искусства, открытая Chanel в шанхайском Power Station of Art. В музее, расположенном в корпусах бывшей угольной электростанции Наньши, на месте цехов теперь работают читальный зал на 50 тысяч книг, выставочные залы, дизайн- и рабочие пространства. В интерьере Казунари Сакамото сохраняется фабричная логика: многочисленные ряды стеллажей открытого хранения образуют длинные пролеты, где под равномерным техничным светом рассредоточены места для чтения.