Рембодлер

Как-то приехал к приятелю, он начал рассказывать какую-то историю и вдруг замолчал на полуслове и стал страшно втягивать и растягивать губы и щеки, как будто разминая челюсть перед публичным выступлением. Ты первый, с кем я разговариваю за два дня, объяснил он, немного отвык. Мне показалось, он переигрывает: кого сейчас удивишь двумя днями молчания, кто вообще сейчас разговаривает. Есть известное исследование, опубликованное в этом году, о том, что люди каждый год говорят в день на 338 слов меньше. Это западное исследование (США и Европа), точнее их было 22: они проводились с 2005 по 2019 год, участвовали около 2200 человек. Люди носили устройство, которое записывало окружающий звук. Каждое исследование проводилось с разными целями — преодоление рака груди, адаптация после развода, эффекты медитации и др. Потом исследователи обнаружили, что каждый год люди меньше разговаривают. В 2005 году они говорили около 16 000 слов в день, в 2019 году — 12 700. Снижение было линейным год к году. 338 слов в день — это 120 000 в год. За 14 лет люди стали говорить на 28% меньше. Одна из причин — развитие мессенджеров и социальных сетей. У людей до 25 лет исчезают 452 слова в день, у людей старшего возраста — 314. Соцсети объясняют не все, потому что люди, не использующие их, тоже меньше говорят. Мы потеряли много мелких, случайных разговоров: с кассиром, с соседом и так далее, объясняют исследователи. Исследователи уточняют, данных после 2019 года нет (но вряд ли что-то изменилось, тут же оговариваются они, точнее он — один из исследователей Маттиас Мель, вот его интервью). Другое дело, что общее количество слов по всем каналам, возможно, не уменьшилось, а даже увеличилось. Но обеспечивает ли это социальное здоровье? Устные слова несут в себе то, чего часто нет в письменной речи: тон и спонтанность реального взаимодействия. Никто пока не знает, насколько в социальном плане лучше говорить, чем писать, и какой здесь должен быть баланс. Мель предполагает, что это сигнал атомизации и разрыва социальных связей. Он сам позднее носил записывающее устройство, которое применялось при исследовании. После прослушивания записей он удивился: оказывается, он очень много времени проводит в одиночестве. Теперь Мель сознательно пытается общаться с незнакомцами. Соавтор Меля — Валерия Пфайфер — уверена, что нужно сохранять живой разговор. Он принципиально отличается от других способов коммуникации. Мы используем жесты и выражения лица, недоступные по телефону или в письменной форме; нет возможности отложить ответ на потом или мучительно раздумывать, что сказать, объясняет Пфайфер. «То, что мы говорим, мимолетно. Сказанное сразу исчезает».