✌️🇵🇸Палестина, Иран и Ближний Восток🇵🇸✌️

‼️Израильские поселенцы проводят новое провокационное вторжение в Аль-Аксу и исполняют талмудейские обряды на её территории

За сутки в Газе погибли 24 человека, среди них — 13 детей. Число погибших под завалами здания в городе Газа выросло до 21, среди них — 12 детей и 5 женщин. Из-за запрета израиля ввозить эвакуационную технику в Сектор, команды гражданской обороны и мирные жители были вынуждены разгребать завалы голыми руками, чтобы выйти на голоса из-под обломков. Они уж спасли 45 человек. Десятки тысяч палестинцев в 2000 поврежденных зданиях сектора Газы подвержены такому же риску. Оккупанты также нанесли удар по толпе людей на улице Салах ад-Дина в лагере беженцев Бурейдж и убили ребенка, который стоял пришел за водой. В районе Туффах города Газа израиль разбомбил дом семьи аль-Синн. Погиб Саид Асад Карим, еще двое получили ранения. Израиль также обстрелял школу Аль-Дарадж и пляж в Рафахе. Погиб один рыбак. Фонд «Солидарность» ВК / Сайт

‼️Министерство здравоохранения Сектора Газа сообщило, что за последние 24 часа в больницы поступили 6 погибших и 71 раненый. С момента прекращения огня 11 октября 2025 года число погибших достигло 1381, раненых — 4757, из-под завалов извлечено 831 тело. Общее число погибших с начала войны достигло 73 795, раненых — 174 869. В результате обрушения поврежденного жилого здания сегодня погибли 16 человек, более 25 получили ранения, еще несколько человек числятся пропавшими без вести под завалами.

❕Официальное заявление ХАМАС: «Мир с возмущением наблюдал за показом документального фильма «НАЗА», премьера которого состоялась на Венецианском международном кинофестивале. В фильме представлены свидетельства 24 офицеров и военнослужащих сионистской военной разведки. В этих свидетельствах подробно описываются методы наведения и бомбардировок, применяемые в Секторе Газа, включая серьезные признания в убийстве палестинских мирных жителей. Значение этих свидетельств обусловлено их происхождением из военных и силовых структур, где они участвовали в системах наблюдения и наведения. Их разоблачения об использовании термина «НАЗА» для обозначения «мирных жителей, которых, как ожидается, убьют» в ходе атак, а также их рассказы о методах и системах дистанционных бомбардировок, требуют тщательного и независимого международного расследования. Эти свидетельства должны быть задокументированы в рамках более широких расследований военных преступлений и этнических чисток, совершаемых против мирного населения в Секторе Газа. Широкое международное признание, полученное фильмом на Венецианском кинофестивале, включая 25-минутные овации стоя, отражает глубокое воздействие этих свидетельств и подчеркивает решающую роль журналистики и документального кино в раскрытии правды и разоблачении попыток сионистов отрицать правду и распространять дезинформацию. Это также подчеркивает важность этих расследований в донесении страданий жертв до мировой общественности. ХАМАС призывает Международный уголовный суд, органы ООН и соответствующие правозащитные организации задокументировать свидетельства и информацию, содержащиеся в фильме, и использовать их в расследованиях и процессах привлечения к ответственности. Эта документация должна подтвердить войну геноцида и этнических чисток, совершенных сионистской оккупационной армией, и потребовать принятия эффективных мер по защите палестинского гражданского населения и прекращению нарушений, совершенных против них. То, что показал фильм, не должно оставаться просто материалом для просмотра и сочувствия, а должно служить дополнительным стимулом для расследования, привлечения к ответственности и обеспечения справедливости для жертв. Необходимо также обеспечить, чтобы лица, ответственные за военные преступления, геноцид и другие нарушения, не избежали ответственности».

‼️Сегодня 247 поселенцев вторглись в Аль-Аксу

15-летний мальчик хотел помочь мученику в Газе, но израиль выпустил в него вторую ракету. Оккупанты выпустили ракету по группе палестинцев в Шейх-Радване. В результате был тяжело ранен Шериф Шади Лабад — сотрудник гражданской обороны Газы, который был на службе. Рядом оказался Мухаммад аз-Зинати — подросток, возвращавшийся с урока заучивания Корана. Близкие описали Мухаммада, как юношу с «чистым сердцем, не знающим страха». Мальчик не успел склониться над погибшим, когда оккупационный беспилотник убил и его самого. Мухаммад аль-Балауи, друг мальчика: «Когда он услышал звук первого взрыва, он не думал о страхе и не ждал взрослых. Он побежал босиком, со всей своей невинностью, полагая, что его маленькие руки смогут поднять раненого». Фонд «Солидарность» ВК / Сайт

⚡️Кадры

‼️ Посольство США в Эр-Рияде призвало американцев пересмотреть поездки в Саудовскую Аравию из-за угрозы ракетных и дроновых атак Введён третий уровень опасности. США также запретили своим сотрудникам приближаться к границе с Йеменом и ограничили поездки в ряд саудовских провинций.

⚡️Иранские источники в сфере безопасности заявили, что СА и США могут совершить атаки на священный город Мекка для последующего обвинения хуситов в этом

Главное из них заключается в том, что в практических рекомендациях по вопросам вооружений он фактически поставил на одну доску мятежное формирование, поддерживаемое иностранными сетями и иностранным персоналом, и Вооружённые силы Судана — армию суверенного государства, правовой статус которого даёт ему право получать оружие и военную подготовку для защиты страны и отражения внешней агрессии, подробности и источники которой изложены в самом докладе. ♦️ Доклад не уделил должного внимания преступлениям СБР в Эль-Фашире, Вад-ан-Нуре, Аль-Хилялии, Ат-Такейне и Хартуме, сосредоточившись преимущественно на отдельных примерах последних преступлений формирования. Критики документа вправе усматривать в подобной методологии попытку уменьшить их правовую и политическую тяжесть с точки зрения международного права и международного гуманитарного права. Авторы ограничились отдельными указаниями на то, что некоторые действия могут иметь признаки геноцида и военных преступлений, но не представили разбора, соответствующего масштабу произошедшего, хотя массовые преступления и насилие на этнической почве в том же Эль-Фашире задокументированы спутниковыми снимками и докладами авторитетных международных организаций. ♦️ В документе лишь вскользь упомянуты нападения на женщин, детей и других мирных жителей, но не дано описания, соразмерного масштабу задокументированных преступлений. Речь идёт об изнасиловании тысяч женщин, убийстве детей и стариков, изгнании миллионов людей из их домов, зверствах в тюрьмах СБР, разграблении сотен тысяч автомобилей и домов, уничтожении инфраструктуры и объектов электроэнергетики, ущерб которым оценивается в миллиарды долларов. Всё это непосредственно относится к сфере полномочий миссии по установлению фактов. ♦️ Читая доклад, нетрудно заметить, что вся его конструкция подводит к заключению, которое едва ли не противоречит собственным исходным посылкам и доказательной части документа. Беспилотники и авиация занимают в нём центральное место. Авторы отмечают, что на определённом этапе войны они обеспечивали преимущество Вооружённым силам Судана, однако затем СБР получили беспилотники, системы противовоздушной обороны и иностранные технические кадры по каналам внешней поддержки. Доклад показывает, что эксплуатация сложных систем и обучение бойцов СБР во многом зависели от колумбийских специалистов, тогда как собственных знаний и навыков формирования было недостаточно для самостоятельного применения некоторых видов вооружений. ♦️ И всё же доклад завершается рекомендацией распространить оружейное эмбарго на всю территорию Судана — подходом, совпадающим с американским проектом, поддержанным Великобританией и Францией. Миссия также призвала государства и компании прекратить поставки оружия и оборудования любой из сторон при наличии серьёзного риска их использования для совершения грубых нарушений. На практике подобный подход означает одновременное ограничение вооружения как суданской армии, так и СБР — несмотря на приведённые в самом докладе сведения о сетях иностранного вмешательства и поддержки. ♦️ Доклад, безусловно, сообщил множество важных фактов — и одновременно закрыл один глаз на другие. Точнее всего его можно охарактеризовать как образец торжества обвешивания и утраты справедливых весов, а также господства политических денег и центров силы над законом, моралью и правами человека. Он вновь подтверждает, что в логике международной системы значение имеют не истина и не права человека, а «право силы» вместо «силы права». ♦️ Тому, кто хочет понять, как в международной системе одно и то же измеряют двадцатью разными мерками и как исходные положения и доказательства могут обернуться своей полной противоположностью на стадии рекомендаций, следует прочитать доклад ООН о Судане!!!

Закройте один глаз, чтобы прочитать доклад ООН о войне в Судане!!! Автор: Осман аль-Каббаши Каббаши ♦️ Впервые в столь прямых формулировках Независимая международная миссия ООН по установлению фактов в Судане задокументировала существование транснациональной сети, снабжающей Силы быстрого реагирования оружием, обеспечивающей их материально-техническими средствами, обучением и иностранным персоналом. Эта сеть связывает физических и юридических лиц, действующих из Объединённых Арабских Эмиратов или зарегистрированных в них, с вербовочными структурами в Колумбии и региональными маршрутами снабжения. ♦️ На основании детальных сведений в докладе задокументированы воздушные, морские и сухопутные перевозки оружия, бойцов и иностранных военных подрядчиков, а также названы порты, аэропорты, города и логистические маршруты, задействованные в этих операциях. Оценки численности колумбийских подрядчиков варьировались от 350 до двух тысяч человек, при этом миссия допустила, что их общее число могло приблизиться к двум тысячам. Их роль не ограничивалась обучением: они управляли беспилотниками, артиллерией и сложными боевыми системами, а также непосредственно участвовали в военных операциях. ♦️ В докладе упоминаются Чад, юго-восточная Ливия и Пунтленд в Сомали как транзитные территории и логистические узлы. В нём также говорится о бойцах из Чада, Южного Судана и Эфиопии. Однако этим направлениям уделено значительно меньше внимания и конкретики, чем сетям, связанным с ОАЭ и Колумбией. ♦️ При этом миссия провела различие между позицией колумбийского государства и деятельностью структур, связанных с Эмиратами. Она не обнаружила сведений, доказывающих, что власти Колумбии направляли или контролировали действия своих граждан, поддерживали их либо одобряли их участие в войне. Напротив, в докладе отмечены неприятие Колумбией наёмничества и её сотрудничество с миссией. В то же время установлено, что лица и организации, действующие из ОАЭ или зарегистрированные там, играли значительную роль в вербовке, финансировании, транспортировке, переброске людей и оказании иных форм поддержки. ♦️ Присутствие колумбийских наёмников уже нельзя считать тайной: соответствующие факты и свидетельства накапливались на протяжении длительного времени, а лидер СБР Хемедти прежде сам признал их участие в одном из своих известных выступлений. Новизна доклада ООН заключается в другом: миссия проследила процессы вербовки, перевозки и развёртывания наёмников через компании и посредников, часть которых зарегистрирована в Колумбии и ОАЭ, а часть действует с эмиратской территории. Одновременно от ОАЭ потребовали предотвращать подобную деятельность, расследовать её и добиваться её прекращения. ♦️ Главное значение доклада состоит в том, что официальная и авторитетная миссия ООН впервые публично поставила Эмираты перед правовой и моральной ответственностью за предотвращение деятельности таких сетей, проведение расследований и привлечение их организаторов к ответственности. Доклад, разумеется, не является окончательным судебным решением о государственной ответственности ОАЭ. Однако он вывел этот вопрос за рамки общих обвинений, связав конкретные действия с лицами и структурами, работающими из Эмиратов или имеющими с ними непосредственную связь. И это было сделано несмотря на зафиксированное в документе отрицание со стороны ОАЭ, сопровождавшееся дипломатической любезностью в виде положительной оценки взаимодействия Абу-Даби с миссией и признания оказываемой Эмиратами гуманитарной помощи. ♦️ Тем самым — по крайней мере на уровне установления сетей и маршрутов — завершилась эпоха, когда снабжение СБР оружием можно было приписывать безымянному и неизвестному источнику. Каналы финансирования, вербовки и транспортировки стали значительно яснее, а эмиратский узел предстал одним из центральных элементов этой транснациональной сети. ♦️ Однако доклад переполнен противоречиями.

а) племенной фактор и его вмешательство в военную сферу — набор кадров, продвижение по службе, формирование лояльности и другие процессы, — вследствие чего цепочки командования определяются племенными связями, а не соображениями эффективности; б) недостаток прозрачности, особенно в оружейных сделках, при обосновании их необходимости, стоимости и истинных мотивов; в) характер отношений между политическим режимом и военными институтами. Предостережение До настоящего времени бои продолжаются. С учётом вероятной продолжительности конфликта reliance на внешнюю поддержку, по-видимому, остаётся наиболее целесообразным вариантом с точки зрения официального саудовского руководства. Если выяснится, что внешние силы менее склонны выступать на стороне саудовских войск, как позволяют предположить некоторые данные, то проблему разительного разрыва между потенциалом и эффективностью не удастся решить за несколько недель или месяцев. Это предоставит «Ансар Аллах» более широкий простор для манёвра. Однако в конфликте такого рода нельзя упускать из виду и «чёрного лебедя». На мой взгляд, Саудовская Аравия не должна позволять гордости становиться главным ориентиром при принятии стратегических решений. Более уместно смотреть в будущее и стремиться к созданию региональной среды, примирённой с самой собой. Это предполагает снятие блокады с Йемена как наименее затратный вариант, способный заложить основу для более широкого примирения в регионе Залива и стать образцом арабской традиции урегулирования конфликтов. Цена победы над Йеменом — если она вообще будет достигнута — окажется высокой как для саудовской инфраструктуры, так и для отношений между народами. Это подтверждает и сам исторический опыт Йемена. Уравновешенные представители саудовской элиты должны участвовать в обсуждении альтернатив при принятии решений. Мир гораздо, гораздо сложнее, чем кажется на поверхности… Возможно.

д) очевидный разрыв между количеством и техническим уровнем вооружений, с одной стороны, и способностью осваивать и эффективно применять их либо разрабатывать планы согласованного использования различных видов вооружений в бою — с другой; е) коррупция и слабый контроль над оружейными сделками; ж) утрата боевого духа в условиях общества потребления, подпитываемого рентным государством. Со своей стороны, я обнаружил значительное совпадение между основными положениями, которыми Барани объясняет низкую эффективность, и выводами докторской диссертации Таара аль-Отайби The Professional Preparation of Junior Military Officers in the Saudi Arabian National Guard: King Khaled Military Academy, представленной в Лидсском университете в 2003 году. В девятой и десятой главах диссертации, уделяющей особое внимание уровню подготовки, продвижению по службе, кадровым назначениям и другим вопросам, сформулирован ряд выводов, важнейшие из которых таковы: 1. Система набора и отбора в Военной академии имени короля Халеда была признана несистемной и неэффективной, несмотря на огромные усилия и ресурсы, ежегодно вкладываемые в её работу. 2. Собранные данные позволили дать неоднозначную оценку программе идеологической подготовки, или военной социализации, в академии. Она была признана сильной в части формирования военной культуры, но слабой из-за явного пренебрежения подготовкой командиров и административными основами руководства в мирное и военное время. 3. Эффективность программы профессиональной подготовки академии была оценена как «средняя», при этом отмечались недостатки в приобретении технических, технологических и командных навыков. 4. Программа общего образования военнослужащих была признана недостаточно соответствующей военным потребностям. 5. В программе физической подготовки также были выявлены слабые места, главным из которых стало отсутствие обучения курсантов методике подготовки других военнослужащих. В западном исследовании Rethinking GCC Security: Lessons from the Saudi-Led Coalition’s Intervention in Yemen, опубликованном в электронном виде в 2025 году, Омар Мунассар предлагает ряд объяснений саудовского феномена. Работа объёмом около 17 страниц вышла в третьем номере журнала Alternatives: Global, Local, Political. Особое внимание автор уделяет попыткам саудовского военного руководства «примерить на себя образ западного военного», а также следующим проблемам: 1. очевидному недостатку опыта ведения иррегулярных войн; 2. слабости разведывательных возможностей; 3. недостаточной координации между военными структурами, особенно в условиях институциональной двойственности, представленной Национальной гвардией и армией. Однако западные исследования поднимают и другой вопрос: в саудовском военном истеблишменте укоренилась убеждённость, что собственную военную слабость можно компенсировать опорой на внешнюю поддержку — прежде всего американскую или европейскую, либо «внешнюю вообще». Опасность такого подхода особенно отчётливо проявляется в исследовании войн с Йеменом под названием Arming Saudi Arabia: Navigating the Paradox of Power and Vulnerability. Оно было опубликовано в Осло в 2024 году в серии MidEast Policy Brief. Авторы работы — Юлия Палик и Николас Марш. Исследование приходит к выводу, что такой подход приведёт к тому, что «саудовский военнослужащий будет ожидать действий извне и избегать самостоятельного риска». Зависимость от внешней поддержки повлечёт за собой неопределённо долгую задержку в развитии собственной военной промышленности Саудовской Аравии и сохранит её зависимость от военных систем, материальные и концептуальные основы которых могут не соответствовать саудовской среде. Всё это препятствует превращению потенциала в реальную эффективность. Тот же вопрос поднимается в другой работе — Saudi Arabia: The Role of the Military in Politics, опубликованной в Oxford Research Encyclopedia of Politics. Авторы исследования приходят к выводу, что неспособность превратить потенциал в эффективность обусловлена влиянием ряда факторов, важнейшие из которых следующие:

Битва за Красное море: Саудовская Аравия между потенциалом и эффективностью Валид Абд аль-Хай Красное море едва ли не вправе называться «арабским морем», если не считать узкого выхода Израиля к его водам, протяжённость которого не превышает примерно 13 километров. Ему противостоят более 5 493 километров арабского побережья: около 2 тысяч километров приходится на Саудовскую Аравию, 1 600 километров — на Египет, 853 километра — на Судан и 700 километров — на Йемен. Оставшаяся часть распределяется между Джибути, протяжённость побережья которого составляет 314 километров, и Иорданией, имеющей лишь 26 километров береговой линии. Таким образом, саудовское побережье почти втрое длиннее йеменского, что предоставляет Саудовской Аравии значительно более широкий оперативный простор для наблюдения и контроля, несмотря на то что в последнее время «Ансар Аллах» установило контроль над территорией площадью немногим более 5 тысяч квадратных километров. С другой стороны, по данным ряда академических источников, включая SIPRI и IISS, военные расходы Саудовской Аравии превысили 85 миллиардов долларов, тогда как расходы «Ансар Аллах» на вооружение оцениваются примерно в 1,5 миллиарда долларов. Иными словами, Саудовская Аравия превосходит своего противника почти в 57 раз. При этом людские ресурсы сторон сопоставимы: численность вооружённых сил каждой из них составляет от 250 до 300 тысяч человек. Если же сравнивать отдельные виды вооружений — самолёты, танки, ракеты и артиллерию, — превосходство Саудовской Аравии по каждой категории составляет от 15 до 25 раз. Это сопоставление неизбежно ставит перед читателем очевидный вопрос: почему столь колоссальный перевес Саудовской Аравии в силе не находит соответствующего выражения в её военных достижениях на поле боя? На протяжении последних пяти лет королевство занимало места с пятого по седьмое в мире по объёму военных расходов, однако его способность контролировать собственное региональное окружение совершенно не соответствует имеющемуся потенциалу. Почему? Я положил этот вопрос в основу исследовательского проекта, подробности которого опубликую сразу после завершения работы. Пока же предлагаю некоторые «предварительные» выводы, опираясь на профильные исследования аналитических центров, докторские диссертации, а также разнообразные западные и восточные академические работы, посвящённые политическим, экономическим, военным и социальным аспектам этой проблемы. Книга Золтана Барани Armies of Arabia: Military Politics and Effectiveness in the Gulf, изданная Oxford University Press в 2021 году, раскрывает социологическую структуру военных институтов государств Персидского залива, прежде всего Саудовской Аравии, и рассматривает их развитие в исторической перспективе. В четвёртой, пятой и шестой главах автор обращается к вопросам, непосредственно связанным с интересующей нас проблемой боевой эффективности армий стран Залива. Барани опирается более чем на 150 интервью с офицерами, государственными деятелями, экспертами, представителями правящих семей и западными военными инструкторами, некоторые из которых были непосредственно связаны с саудовской проблематикой, особенно в сфере обороны. Он также использует документы и сведения о саудовской военной кампании в Йемене, начавшейся в 2015 году, ещё до официального назначения Мухаммеда бен Сальмана наследным принцем в 2017 году. Основные предложенные в книге объяснения низкой эффективности саудовских военных институтов можно свести к следующим положениям, подробно раскрытым в её главах и особенно в заключении: а) продвижение по службе, кадровые перестановки и назначения на ключевые должности не основываются на профессиональной пригодности и личных заслугах (Meritocracy); б) личные связи берут верх над правовыми и административными нормами управления военной деятельностью как в мирное, так и в военное время; в) слабая институциональная идентичность, влекущая за собой недостаточное чувство ответственности; г) явный дефицит дисциплины и организационная расхлябанность в структурах, сама природа которых требует строгого порядка;

В сухопутных и морских маршрутах она увидела экономический и военный удар в спину Газе и Ливану, а также прямую поддержку «израильской» военной машины. Недавно эта углубляющаяся координация достигла своего апогея в Германии, где состоялось секретное военное совещание на высшем уровне, названное наблюдателями наиболее опасным. Оно прошло после начала прямого и полномасштабного военного противостояния между Вашингтоном и Тель-Авивом, с одной стороны, и Тегераном — с другой. По данным портала Axios и «израильского» 12-го канала, совещание, проходившее под руководством нынешнего командующего Центральным командованием США адмирала Брэда Купера, отличалось заметно более широким арабским представительством: к нему присоединились Кувейт и Катар. Тем самым оно стало первой встречей такого рода, собравшей за одним столом военачальников из семи арабских государств — некоторые из них не имеют дипломатических отношений с «Израилем» — и нынешнего начальника «израильского» Генерального штаба Эяля Замира. Согласно просочившимся сведениям, Замир провёл для арабских военачальников развёрнутый разведывательный брифинг о характере «израильских» ударов по иранским объектам. Американская сторона, в свою очередь, изложила планы по расширению мер защиты судов в Ормузском проливе и предоставлению военной и разведывательной поддержки операциям по противодействию хуситской эскалации. Эта сложная региональная картина требует чёткого стратегического прочтения на двух уровнях. На официальном уровне режимы исходят из «реализма силы» и пересматривают иерархию угроз, выдвигая угрозу иранского влияния и трансграничных беспилотников на первый план своей повестки безопасности. Делается это ради сохранения устойчивости режимов и их экономик, даже если для этого требуется партнёрство с агрессивным образованием, которое осуществляет экспансию и оккупацию в Сирии, Ливане, на Западном берегу и в секторе Газа, ведёт геноцидную войну и проводит этнические чистки против палестинского и ливанского народов. «Израиль», в свою очередь, получает выгоды исторического масштаба, ломая региональную изоляцию без каких-либо политических уступок палестинскому народу. Он опирается на сионистскую доктрину, согласно которой «сила сдерживания в сочетании с интересами безопасности» способна обеспечить его встраивание в арабское окружение. На общественном уровне арабская улица переживает глубокое отчуждение и потрясение, вызванные разрывом между её панарабскими устремлениями и чувством солидарности, с одной стороны, и тем, что происходит за закрытыми дверями военных штабов её правителей, — с другой. Отбрасывание идентичности и истории ради «единства радаров» и гарантированных поставок военного снаряжения обнажает неприкрытую правду, которую не способны приукрасить набившие оскомину дипломатические заявления. Регионом теперь управляет формула, которая кладёт на одну чашу весов безопасность престолов режимов и гарантии беспрепятственного поступления товаров к оккупационному образованию, а другую — с кровью жителей Газы, Ливана и Сирии и их историческими правами — полностью раздавливает. Возводимая сегодня из бетона молчания и соучастия стена безопасности и разведывательного взаимодействия представляет собой не столько щит, защищающий регион, сколько спасательный круг, предоставленный «Израилю». Она обеспечивает ему полную безнаказанность, позволяя продолжать геноцид и поселенческую экспансию, не опасаясь собственного окружения. Однако история — и недавняя, и далёкая — неизменно доказывала: военные союзы, заключённые на крови народов и под покровом секретности, хрупки и рождаются мёртвыми; а сколько бы ни пытались заглушить пульс арабской улицы, сама она не будет вечно молчать, глядя, как её правители делят один стол, карты и пули с убийцами её братьев.

🧅От Негева до Германии — с боеприпасами и военным снаряжением: тайные коридоры и арабские армии держат спасительный канат «Израиля» Автор: Алаа Абу Амер В водовороте стремительных геополитических перемен, сотрясающих Западную Азию, за закрытыми дверями военных оперативных штабов проступили очертания нового регионального порядка, формирующегося вдали от света софитов и объективов дипломатической хроники. Этот порядок определяют не националистические лозунги и не исторически сложившиеся позиции, а расчёты «политического реализма» и общие интересы безопасности. Они формируют реальность, в которой арабские и «израильские» армии сходятся под единым американским зонтиком, перекраивая региональную карту «врагов и друзей». Этот процесс начал приобретать открытые и институциональные формы в марте 2022 года, когда в оккупированной палестинской пустыне Негев состоялся ставший известным как исторический «Саммит в Негеве». Согласно сообщениям сионистских и международных СМИ, встреча глав внешнеполитических ведомств США, «Израиля», Египта, ОАЭ, Бахрейна и Марокко стала «политическим рождением и дипломатическим провозглашением» региональной сети безопасности, призванной сдерживать Иран и его союзников в регионе. Однако реальный оперативный механизм этого альянса был запущен годом раньше — в январе 2021 года, когда Министерство обороны США (Пентагон) приняло секретное стратегическое решение о переводе «Израиля» из зоны ответственности Европейского командования Вооружённых сил США (EUCOM) в зону ответственности Центрального командования Вооружённых сил США (CENTCOM). Это решение, лишь на первый взгляд имевшее технический характер, стало мостом, который впоследствии позволил командующим арабскими и «израильскими» армиями встречаться в качестве «военных партнёров». С началом войны и «израильских» военных операций в секторе Газа многие полагали, что этот зарождающийся альянс замрёт под тяжестью массовых убийств, каких новейшая история ещё не знала, а также под давлением арабской и мировой общественности. Однако координация в сфере безопасности продемонстрировала, что развивается в русле, совершенно обособленном как от дипломатического процесса, так и от прав народов на самоопределение и свободу. Так, согласно материалу американского портала Axios, в июне 2024 года в столице Бахрейна Манаме состоялось секретное военное совещание. В нём приняли участие тогдашний начальник Генерального штаба «Израиля» Герци Халеви и командующие вооружёнными силами пяти арабских государств — Саудовской Аравии, ОАЭ, Бахрейна, Египта и Иордании. Встреча прошла под эгидой тогдашнего командующего Центральным командованием США генерала Эрика Куриллы и была посвящена координации обороны от ракетных ударов и атак беспилотников. Координация не ограничилась противовоздушной обороной: она распространилась и на противодействие морской блокаде, введённой хуситами в Красном море и Баб-эль-Мандебском проливе. Экономические обзоры и сообщения с мест указывали на открытие альтернативных сухопутных грузовых коридоров для перевозки товаров через порты государств Персидского залива и далее, через приграничные арабские страны, в «Израиль», чтобы избежать хуситской угрозы. Особенно примечательно, что эта логистическая координация вышла за пределы сухопутных перевозок. Появились сообщения о параллельных морских коридорах, организованных одним или несколькими арабскими государствами. Публикации в СМИ и утечки свидетельствовали, что по этим маршрутам перевозились не только продукты питания и гражданские товары, но и военные грузы и стратегическая продукция. Их перенаправляли морем и по суше, чтобы обеспечить непрерывное поступление жизненно важных поставок сионистскому образованию. Несмотря на официальные опровержения со стороны ряда правительств, отрицавших существование «официально организованного правительствами транспортного моста» и утверждавших, что торговые перевозки осуществляются частными компаниями в рамках ранее заключённых международных транзитных соглашений, эти сообщения вызвали широкую волну протестов на арабской улице.

Ветеран иранской военной авиации усомнился в версии о спасении американского пилота F-15E: удар о землю на скорости 160 км/ч и множественные переломы Бригадный генерал ВВС Ирана в отставке, военный лётчик Реза Рамазани, поставил под сомнение американскую версию о сбитии истребителя F-15E и спасении его пилота. Американский офицер, фигурирующий под позывным «Браво», рассказал в программе «60 минут», что его парашют был повреждён, а сам он ударился о землю на скорости до 160 км/ч и получил множественные переломы — в области спины, руки и плеча. Затем он передвигался по горной местности, пока примерно через 50 часов его не спасли. Удар о землю на такой скорости, особенно с повреждённым парашютом, — крайне серьёзное происшествие, и выжить после него представляется чрезвычайно маловероятным. Реза Рамазани, бригадный генерал ВВС Ирана в отставке, военный лётчик Рамазани заявил, что многочасовое передвижение и подъём на возвышенности после серьёзного перелома позвоночника «на практике представляются невозможными». По его словам, проведение масштабной спасательной операции вполне реально, однако то, как она была заснята и представлена общественности, в сочетании с подобными медицинскими утверждениями делает изложенную версию больше похожей на пропаганду.

В интервью Такеру Карлсону Норман Финкельштейн рассуждает о наказании Израиля за геноцид палестинцев. Его мысль заключается в том, что когда к геноциду оказывается причастно целое общество, привлечь к ответственности всех вовлечённых практически невозможно. Поэтому, по его словам, даже в самом благоприятном случае к ответственности привлекают лишь небольшое число высокопоставленных лиц. В качестве примера он приводит Южную Африку и Комиссию истины и примирения: привлечь к суду всех, кто был причастен к апартеиду, было невозможно, поскольку речь шла о значительной части общества. Применительно к Израилю Финкельштейн идёт ещё дальше и утверждает, что к ответственности вообще не будет привлечён никто. Главной причиной он называет позицию Соединённых Штатов: Вашингтон, по его мнению, не допустит привлечения израильтян к ответственности. Он также говорит об «эффекте домино»: если обвинения будут предъявлены израильтянам, возникнет вопрос и об ответственности администрации Байдена. Финкельштейн прямо заявляет, что Джо Байден и Тони Блинкен сделали геноцид возможным и что без них геноцид в Газе был бы невозможен. Но людям справедливой воли прежде всего нельзя воспринимать безнаказанность как неизбежность. Мы не можем сами назначить суд, но можем создавать условия, при которых уклоняться от правосудия становится всё труднее. Для этого необходимо систематически собирать и сохранять проверяемые доказательства, передавать их компетентным следственным и правозащитным структурам, защищать свидетелей, поддерживать независимых журналистов, правозащитников и юристов, добиваться сотрудничества государств с Международным уголовным судом и применения национальными судами принципа универсальной юрисдикции. Не менее важно требовать от государств соблюдения решений международных судов и исполнения ордеров на арест. При этом необходимо различать уровни ответственности. Международный суд ООН рассматривает ответственность государств, а Международный уголовный суд и национальные суды — уголовную ответственность конкретных лиц. Уголовный процесс не может охватить целое общество. Поэтому реалистичной целью должна быть прежде всего судебная ответственность тех, кто отдавал приказы, принимал ключевые решения и непосредственно совершал преступления. Более широкая причастность общества требует других механизмов: установления истины, раскрытия архивов, публичного признания ответственности и глубокого общественного переосмысления произошедшего. Правосудие может прийти не сразу. Но если доказательства будут сохранены, а общественное и политическое давление не ослабнет, изменение политических обстоятельств способно превратить накопленные материалы в реальные судебные дела. Без этой последовательной работы суд действительно может никогда не состояться.

+2

⚡️Разрушения на объектах США на Ближнем Востоке после недавних иранских ударов