как вернуться домой по рыбному морю

Несчастный, куда в одиночку идешь по склонам, не ведая, гдé ты?

Поглядите, один паршивец ведет другого... бог, он всегда подобное сводит с подобным.

Вот же как бойко этот проглот балаболит

Муза, скажи мне об изворотливом муже

сердце в груди не железное, склонное к жалости

трижды пытался обнять, как понуждало сердце, трижды она ускользала, как призрак или сновидение.

Ступай в свинарник, валяйся вместе с другими!

Не посмею унизить гостя, пусть даже кто-то похуже тебя придет

Я живу нелюдимо, близ свинарни, и в город не хожу

ты лучше пей спокойно, вспомним о чем-нибудь стороннем, не надо напоминать об этом.

Много неправды наговорил и выставил правдой. Она слушала, и слезы лились, и вся она таяла.

Мы проходили узкий пролив и плакали.

Ты — из тех, что почасту ходят на многовесельном судне, предводитель торгующих мореходов, ревнитель товаров своих, хранитель грузов, хапливой прибыли, ты не похож на атлета.

Казни меня, милая, острою бронзой в палатах или оставь в живых — открою всю правду.

Глупый ты, странник, или приплыл издалёка, велишь мне бояться богов, уклоняться от гнева, но мы ни во что не ставим Зевса-эгидодержца

Друг, ты сказал нелепость, как безрассудный. Боги не всех одинаково украшают — разумом, чудным обличием и красноречием

Он забрался под кресло, лежал, накрывшись бычьей свежесодранной шкурой, избегая черной смерти.

Когда наигрались в мяч, взмывающий в воздух, плясали вдвоем на земле-кормилице, быстро меняясь местами.

Вы — жестокие, боги, ревнивы похлеще прочих: завидно, если богини в открытую берут себе смертных в мужья, сближаясь.

Но скорей расскажи, исчисли всех ухажеров, чтоб знать, кто они такие и насколько их много.