Новый мир

22 октября в музее-заповеднике «Царицыно» начнет работу выставка «КультНаук’ XVIII. Эпоха Просвещения в частных собраниях России». Масштабный проект объединит свыше тысячи предметов из 19 частных коллекций https://thecity.m24.ru/news/16893

"Учитель не афишировал, что фильм создается в двух версиях. Об этом знали только близкие люди. Одна версия — с музыкой Шостаковича. В другой звучит музыка 44-летнего композитора, выпускника Ростовской консерватории Антона Светличного. Теперь уже не секрет, что версию с музыкой Шостаковича зрители смогут увидеть только через четверть века — те, кто доживет. Видимо, решающее слово осталось за наследниками композитора. Это последняя жена Шостаковича, 91-летняя Ирина Антоновна (с ней Алексей Учитель встречался), 88-летний сын композитора, Максим Дмитриевич, живущий в Нью-Йорке (ему Учитель отправлял версию монтажа), 90-летняя дочь Галина. Есть еще внуки. Право на имя им не принадлежит, только на музыку и только на ближайшие 26 лет, прежде чем она станет общественным достоянием..." https://www.mk.ru/culture/2026/10/04/film-alekseya-uchitelya-o-shostakoviche-v-originale-uvidim-cherez-26-let.html

"Игра в бисер" с Игорем Волгиным. Николай Лесков "Леди Макбет Мценского уезда". Выпуск 4 октября 2026 года https://smotrim.ru/video/6086039

И опять о непереводимости. Имя Ромео, понятно, происходит через латинское Romaeus от греческого Ρωμαίος, "римский гражданин, римлянин". Средневековье смещает значение на "тот, кто побывал в Риме", то бишь, паломник к святыням. Поэтому, заводя в пятой сцене первого действия "Ромео и Джульетты" речь о губах-пилигримах, Ромео себя обозначает, можно сказать, снимает маску; что, конечно, многое о нашем мальчике говорит. И Джульетта эту игру понимает и принимает, начиная называть его самого пилигримом. Но пилигрим по-английски — не только pilgrim от латинского peregrinus, "пришедший из другой страны, странник", но и palmer, "несущий пальмовую ветвь", собственно, паломник, поскольку именно ветки пальмы приносили из святых мест. Тут сложный эмблематический ряд, от библейской пальмы/феникса к пальмовой ветви как атрибуту ангелов и праведников, сейчас не о нём. Джульетта говорит, что у святых есть руки, которых касаются паломники — And palm to palm is holy palmers’ kiss. Palm как "пальма" и "ладонь" сразу, паломничество как соприкосновение рук, остающееся при этом паломничеством — и называющее Ромео по имени. Переводчик вздыхает и пытается что-то с этим сделать.

Q5.2 Ленивая сова наказана; трудолюбивая колибри вознаграждена

"НОВЫЙ МИР", 2026, № 8 — открыты для чтения: АЛЕКСАНДР КУЛЯПИН, ОЛЬГА СКУБАЧ — Медвежатина по-мексикански и «суп-мечта» с шоколадом. Советская полярная кухня сталинской эпохи https://nm1925.ru/articles/2026/8-2026/medvezhaina-po-meksikanski-i-sup-mechta-s-shokoladom-/ АЛЕКСЕЙ МУЗЫЧКИН — Эхо Платоновой пещеры. Язык как внешняя опора сознания https://nm1925.ru/articles/2026/8-2026/ekho-platonovoy-peshchery/ КОНСТАНТИН ФРУМКИН — Космическое отчаяние (Эдуард Веркин. Сорока на виселице) https://nm1925.ru/articles/2026/8-2026/kosmicheskoe-otchayanie/ "Новый мир", подписка: https://podpiska.pochta.ru/press/ПД122 "Новый мир" в MAX: https://max.ru/channel_nm1925 Иван Сорокин читает "Новый мир": https://t.me/ivansorokinchitaetnoviymir Mikuláš Galanda (1895 – 1938). Рыбацкие лодки. 1932

"2 сентября [1955]. (...) Вся его [Каверина] судьба, его вера и личная жизнь — все шло прямо и последовательно. Жизнь в бесконечном разнообразии своем захотела показать, что способна создавать и такие благополучные судьбы. После 29 года знакомство наше по ряду обстоятельств стало гораздо ближе. Каверин женат был на сестре Тынянова Лидочке, а Тынянов — на сестре Каверина Елене Александровне. Невозможно рассказывать о близких знакомых. Они так неожиданно и близко вросли в твою жизнь, что писать точно почти невозможно, как делать автопортрет с собственного затылка, пользуясь одним зеркалом. И богатство знаний тебя сбивает с толку. Все не похоже рядом с тем, что ты знаешь. Вот написал я: Лидочка — а как мне передать привычное, немолодое, много раз проверенное представление о много лет сопутствующем нам существе? Чем определить и доказать то, что не требует доказательства, слишком уж известно? Увидел я ее в начале двадцатых годов, когда какое-то серапионовское собрание проходило у них дома, на углу Введенской и Большого. С удивлением увидел я, что дом у Каверина, у мальчика в гимназической тужурке, еще больше налажен, чем у Федина. Настоящая квартира, с мебелью, внушающей уважение. Настоящая чистота, та самая, что зависит только от хозяйки дома. И тут я познакомился с ней, с хозяйкой, с Лидочкой. Бледная, темноволосая, маленькая, как все Тыняновы, она все помалкивала да поглядывала. И позже узнал я, не без удовольствия, что она, когда смотрела, — видела. У нее был дар, рассказывая, передать то, что заметила, очень похоже и весело. Веня мог рассказать интересно о Лобачевском, о котором собирал материалы, а то, что у него творилось под носом, решительно не видел. И Лидочка еще поставила дом так, что совсем освободила Веню от бытовых мелочей. Он, например, в начале тридцатых годов, чуть не через год после того, как масло исчезло из продажи, спросил, к нашему удовольствию, правда ли, что с маслом теперь какие-то затруднения" Евгений Львович Шварц (1896 — 1958) Сайт "Прожито". Архивное хранение: РГАЛИ. Издание: Шварц Е. Л. Живу беспокойно. Из дневников. Л., Советский писатель, 1990

В. А. Котельников. «Шишков у нас все-таки историческое лицо». — «Два века русской классики» (ИМЛИ РАН), 2026. Том 8. № 2. Среди прочего интересного: «Не лишне упомянуть и особенность его [А. С. Шишкова] семейной жизни: он, истово православный человек, выступавший против голицынского космополитического христианства, ратовавший за исключительность русского начала во всех сферах жизни, первый раз женился на голландской лютеранке Дарье Шельтинг, второй — на польской католичке Юлии Нарбут-Лобаржевской, имевшей к тому же далеко не безупречную репутацию, — и обе стали хорошими супругами и хозяйками его дома». ПЕРИОДИКА (составитель Андрей Василевский). "Новый мир", 2026, № 8: https://nm1925.ru/articles/2026/8-2026/periodika-8-20226/

Олейников Николай Макарович (1898—1937) ЛИДЕ Человек и части человеческого тела Выполняют мелкое и незначительное дело: Для сравненья запахов устроены красивые носы И для возбуждения симпатии — усы. Только Вы одна и Ваши сочлененья Не имеют пошлого предназначенья. Ваши ногти не для поднимания иголок, Пальчики — не для ощупыванья блох, Чашечки коленные — не для коленок, А коленки вовсе не для ног. Недоступное для грохота, шипения и стуков, ; Ваше ухо создано для усвоенья высших звуков. Вы тычинок лишены, и тем не менее Всё же Вы — великолепное растение. И когда я в ручке Вашей вижу ножик или вилку, У меня мурашки пробегают по затылку. И боюсь я, что от их неосторожного прикосновения Страшное произойдет сосудов поранение. Если же в гостиной Вашей, разливая чай, Лида, Вы мне улыбнетесь невзначай, — Я тогда в порыве страсти и смущения Покрываю поцелуями печение, И, дрожа от радости, я кричу Вам сам не свой; — Ура, виват, Лидочка, Ваше превосходительство мой! 1932 ? цит. по: Олейников Η. М. Стихотворения и поэмы. Вступительная статья Л. Я. Гинзбург. Биографический очерк, составление, подготовка текста и примечания А. Н. Олейникова. СПб., "Академический проект", 2000. 272 стр. (Новая Библиотека поэта)

Олейников Николай Макарович (1898—1937) СУПРУГЕ НАЧАЛЬНИКА (на рождение девочки) На хорошенький букетик , Ваша девочка похожа. Зашнурована в пакетик Ее маленькая кожа. В этой крохотной канашке С восхищеньем замечаю Благородные замашки Ее папы-негодяя. Негодяя в лучшем смысле, Негодяя, в смысле — гений, Потому что много мысли Он вложил в одно из самых лучших своих произведений. <1934> * Написано в связи с рождением дочери Г. 3. Левина, который в это время занимал в журналах «Еж» и «Чиж» должность заведующего художественной частью. цит. по: Олейников Η. М. Стихотворения и поэмы. Вступительная статья Л. Я. Гинзбург. Биографический очерк, составление, подготовка текста и примечания А. Н. Олейникова. СПб., "Академический проект", 2000. 272 стр. (Новая Библиотека поэта)

"1 сентября [1955]. Каверин Вениамин Александрович — один из первых моих ленинградских знакомых. После Слонимского и Лунца или одновременно с ними. Встретился я с ним у «Серапионовых братьев». И сколько я его помню, был он с людьми даже несколько наивно приветлив, ожидая от них интересного. От ученых — что расскажут они что-нибудь научное, от меня, актера, — чего-нибудь актерского. Но тогда же, вскоре, почувствовал я, что и ученых, и актеров видит он как через цветное стекло, через литературное о них представление. Из «Серапионовых братьев» был он больше всех литератор. Больше даже, чем Федин, которого все-таки судьба пошвыряла до того, как попал он в свой длинный и узенький кабинет с книжными полками. Правда, и Федин продолжал смотреть на мир через цветные стекла, только некоторые из них потеряли окраску, так что он кое-что иной раз видел непосредственно. Когда встретил я Каверина в первый раз, ходил он еще в гимназической тужурке с поясом. Был студентом университета и Института восточных языков. Кончал филологический и арабское отделение. Тут я, может быть, не совсем точен — уверен я только в арабском отделении. Но с филологическим он был связан, писал о Бароне Брамбеусе и издал о нем целую книжку. Дело не в том, кончил он филологический или нет, а в том, что духовно был он с ним связан не меньше, чем с «серапионами» и вообще с писательской средой, а больше. И к литературе подходил он через литературоведение. И то, что прочел, было для него материалом, а то, что увидел, — не было. Точнее, вне традиции, вне ощущения формального он смотрел, но не видел. В те дни был рассвет формализма. Каверин был близок к Тынянову, самому из них прельстительному и прелестному. Все «серапионы» любили говорить об остранении, обрамлении, нанизывании, и только один, пожалуй, Каверин принял эти законы органично, всем сердцем. Он веровал, что можно сесть за стол и выбрать форму для очередной работы. Он в те дни вряд ли подозревал о законе, определяющем твою работу: «Человек предполагает, а бог располагает». (...)" Евгений Львович Шварц (1896 — 1958) Сайт "Прожито". Архивное хранение: РГАЛИ. Издание: Шварц Е. Л. Живу беспокойно. Из дневников. Л., Советский писатель, 1990

Татьяна Касаткина. Другой музей: Принципы создания музея произведений Достоевского. Как показать произведения Достоевского не через образы, созданные иллюстраторами и режиссерами, а через образы, на которые смотрел и которые воспроизводил в своем творчестве сам писатель. — «Достоевский и мировая культура» (ИМЛИ РАН), 2026, № 2 (34). «Известные мне музеи Достоевского изобразительный материал для экспозиций берут, главным образом, двух видов: это старые (желательно — времени жизни писателя, или даже проживания или пребывания его) фотографии тех мест, где он жил и (реже) которые посещал — и это иллюстрации его произведений. Последние сам писатель никогда не видел, и исполнены они людьми других эпох (я употребляю это слово, казалось бы, не оправданное в ситуации не столь многого прошедшего времени, чтобы подчеркнуть радикальный культурный разрыв, произошедший между временем жизни Достоевского и временем жизни практически всех его иллюстраторов)». «То есть — в случае мест оказывается интуитивно понятно — и теоретически обосновывается, что хорошо бы показать посетителю музея именно то, что видел писатель (а не то, например, что сейчас находится на этих местах), так как именно это поможет адекватному восприятию и его произведений, и его жизни». «В случае же образов произведений писателя посетителю предлагают преломленный через восприятие и жизненный опыт иллюстратора изобразительный ряд, в 99,9% случаев с гораздо большей интенсивностью (и адекватностью) передающий картину мира, жизненные реалии и философию именно иллюстратора, а вовсе не писателя. И можно с абсолютной уверенностью сказать, что чем более экспрессивны иллюстрации, чем больше они воздействуют на посетителя — тем очевиднее, что перед нами постижение иллюстратором себя и своей эпохи посредством Достоевского, а не Достоевского и его произведений». ПЕРИОДИКА (составитель Андрей Василевский). "Новый мир", 2026, № 8: https://nm1925.ru/articles/2026/8-2026/periodika-8-20226/

Анна Логвинова * * * В кругу Марата Марат славится подарками с двойным дном, и вот в воскресенье одно он приезжает к нам с Гошей — с Покровки в Жутково — в футболке с Гошиной шуткой. Огромными буквами написано: Х О буквами чуть поменьше — бот дальше совсем мелкотравчато ов <пробел> это ниже уже микроскопическими буквами м <пробел> е <пробел> л <пробел> к <пробел> о Мы полчаса как тушканчики, а точнее как сурикаты радовались этой вещи, кружились вокруг Марата, а когда собрались перейти к спокойному сектору встречи Марат как сорвёт футболку, как окажется, что под ней другая футболка — футболка с блестящей строчкой моей. И заново все зажглись, и даже на фазе салата встреча так и не вышла из возвышенного формата. АННА ЛОГВИНОВА — Вода всего с горы всего, стихи. "Новый мир", 2026. № 8: https://nm1925.ru/articles/2026/8-2026/voda-s-gory-vsego/

Выдающийся филолог Александр Жолковский этой осенью опубликовал в «Звезде» новую статью о поэтике Бориса Пастернака. Формальным поводом послужило воспоминание Владислава Ходасевича — по обыкновению недоброе: «Однажды мы с Андреем Белым часа три трудились над Пастернаком. Но мы были в благодушном настроении и лишь весело смеялись, когда после многих усилий вскрывали под бесчисленными капустными одёжками Пастернаковых метафор и метонимий — крошечную кочерыжку смысла». В своей статье Жолковский оборачивает эту капустную метафору против её авторов — и на примере одной строфы показывает, что для понимания смысла важны все уровни устройства текста и что разговор об этих уровнях ведёт к открытию инвариантных мотивов и тем у того или иного поэта. «Полка» решила поговорить с Александром Константиновичем об инвариантах, о пародии, о необходимом словаре Пастернака и, да, о капусте. Но прежде всего разговор получился о самом методе литературоведения: как изучать поэтику, не подменяя её биографическими сплетнями.

«Русская библиография…» Сопикова – если обращать внимание на даты – прекрасно показывает рождение русской читающей публики – - при этом рождение быстрое, за несколько десятилетий – - вот, например, шатобрианова «Атала», литературная новинка первых дней александрова царствования – - уже в 1801 году в Москве выходит перевод (переводчик скрыл себя под литерами «Н.Р.» – - следом, в 1802 году, в Москве же свой вариант перевода издает Владимир Измайлов, а в Петербурге в соперничество с ним вступает Ив. Мартынов – - Плавильщиков в своем каталоге указывает еще два издания в 1803 году, при этом одно – аж в Смоленске – - то есть первый перевод появляется в один год с французским изданием, а всего за два года будет выпущено 5 изданий в 4-х вариантах (поскольку переводчик петербургского издания 1803 года не указан – и не знаю, не является ли это 2-м изданием перевода Мартынова)

Климент Редько. «Динамит». 1922. Фото: Музей современного искусства «Гараж» https://www.theartnewspaper.ru/posts/20261002-ppnb/

Творчески плодовитый при жизни поэт и писатель Эдуард Лимонов второй год подряд посылает своим фанатам новые книги даже с того света. Летом 2025-го издательство «Альпина. Проза» выпустило утерянный прежде роман «Москва майская» о богемной тусовке конца 1960-х. В этом августе оно же подарило читателям сборник неизвестных писем, малой прозы и дневников «Я не хочу быть простым человеком». Мария Низова поговорила с другом и литературным секретарем Лимонова Даниилом Духовским, знавшим классика 30 лет — о нём состоявшемся и зубастом, и о нервном поэте Эде образца 1970-х годов https://snob.ru/literature/daniil-dukhovskoi-o-novoi-knige-eduarda-limonova-ia-ne-khochu-byt-prostym-chelovekom/

Раз в неделю по пятницам литературный критик Кирилл Ямщиков выбирает одно великое произведение и объясняет, почему его обязательно стоит прочитать (или перечитать). В этот раз — «Детские годы Багрова-внука» Сергея Аксакова https://snob.ru/literature/dolshe-sna-detskie-gody-bagrova-vnuka-sergeia-aksakova-2/

Четырехсерийный документальный проект «Амазонки русского авангарда» рассказывает о Наталии Гончаровой, Любови Поповой, Ольге Розановой и Надежде Удальцовой. Каждой художнице посвящена отдельная серия https://www.theartnewspaper.ru/posts/20260930-owwh/

Московский музей современного искусства совместно с Музеем AZ и Фондом памяти Евгения Рухина показывает выставку «Рухин. Шаг в беспредметность». Это первая серьезная попытка собрать наследие художника Евгения Рухина (1943–1976), рассеянное по музеям и частным собраниям. А заодно и ответить на вопрос — как получилось, что яркий представитель неофициального искусства со временем оказался почти забыт https://www.kommersant.ru/doc/8991595