Снова один молодой человек в Варшаве говорил мне, что из его друзей и знакомых в России только один-два рефлексируют по поводу происходящего. Остальные живут параллельно. Не знаю, получится ли жить параллельно, когда в Питере всё горит, как сегодня. Но все мои близкие с первого дня знали, что так и будет. Вопрос в том: если мы не можем влиять на события и менять их, то какой выход? Но об этом за пять лет уже столько написано, что и повторять нечего. Вчера выступала в очень хорошей аудитории, говорила о Шварце. А всегда получается разговор про жизнь вообще. Пришла одна дама, очень много о себе понимающая, но при этом, по её словам, обожающая Шварца. Она сразу же сообщила, что именно советский мир давал таких гениев. Тут я подумала, что вряд ли ей понравится то, что я скажу. Так и вышло. В конце, во время вопросов, она скорее утверждала, чем спрашивала: трудные условия, в которые были поставлены писатели, развивали в них тот хитроумный и тонкий ум, который позволял создавать такие тексты эзоповым языком. Я давно слышу то там, то здесь это утверждение, и оно мне глубоко антипатично. Потому что, когда Шварц говорил о дырявых, продажных, прожжённых, мёртвых душах, которые растлил господин Дракон, он говорил и о себе, и о своём окружении. «Сколько погибших друзей, сколько изуродованных душ, изуверских или идиотских мировоззрений, вывихнутых глаз, забитых грязью и кровью ушей. Собачья старость одних, неестественная моложавость других… писательские собрания с человеческими жертвами». Писательские собрания с человеческими жертвами! О, сколько невероятного делала с людьми советская власть. Не думаю, что Шварц обрадовался бы такой похвале из уст этой женщины. Я пыталась объяснить. Но она была как скала: «Мы с дочкой обожаем и смотрим фильмы Захарова!» Ну, конечно. Только есть и одно, и другое. Вопрос в цене. Потому что я не хочу, чтобы снова и снова убивали Мандельштама, мучили Ахматову, терзали Берггольц, доводили до сумасшествия Булгакова. Чтобы Шварц умирал рано, на взлёте своих сказочных сил. Я понимаю, что господин Дракон продолжает своё гнусное дело. И поэтому продолжаются нынешние жертвоприношения. И всё это очень больно. Потому что одно накрепко связано с другим
НатальяГромова
-
-
Из дневника К.И.Чуковского. Рассказывает еще вменяемый Горький, ужасается большевикам. Но он исправится. "14 ноября 1919 год.. Горький вчера был в заседании — с Ионовым, Зиновьевым, Быстрянским и Воровским.... — Ну потом — шуточки! Стали говорить, что в Зоологич. саду умерли детеныши носорога. Я и спрашиваю: чем вы их кормить будете? Зиновьев отвечает: буржуями. И начали обсуждать вопрос: резать буржуев или нет? Серьезно вам говорю... Серьезно... Спрашивается: когда эти люди б[ыли] искренни: тогда ли, когда притворялись порядочными людьми, или теперь. Говорил я сегодня с Лениным по телефону по поводу декрета об ученых. Хохочет. Этот ч[елове]к всегда хохочет. Обещает устроить все, но спрашивает: «Что же это вас еще не взяли... Ведь вас (питерцев) собираются взять».
-
А ведь такое удивительное стихотворение тоже Евгений Шварц написал. 13 ноября 1946 года. "Фотограф К.Булла" Сквозь первый вой трамваев и гудков, Сквозь полубред ленивый Вдруг чувствую тоску барашковых воротников Из фотографий старой “Нивы”. Я вижу—вон бородачи среди двора Покорно встали. На полах выписаны тушью номера, Чтоб имена их знали. Купцы, подрядчики, заказчики стоят: «Закладка зданья». Но чудится— поставили их в ряд, Как жертвы на закланье. Барашковые жертвы. Жили вы. Почтительно снимал вас Булла— И не сносили бородатой головы, Вас будто языком слизнуло. Вас пламя языком слизнуло с алтаря. Все. Жертва принята бесстрастно. И вас не назовут, о прошлом говоря, На полах номера— напрасны. Истлело все. Отчаянье. Укор. Ложь на допросах. Покаянье. Злоба. И безымянных похорон позор Без покаянья и без гроба
-
Дорогие друзья! Вышло переиздание моей книги "Ноев Ковчег писателей", которая давно исчезла с прилавков. Это наиболее объемное документальное исследование эвакуации и писательских колоний. Книга легко находится в издательстве ISIA Media Verlag и там же заказывается. Приходит в любую точку света. https://isiaverlag.shop/.../1644-noev-kovceg-pisatelej... Третья часть "Распад" - давно доступна. Осталось переиздать "Узел. Поэты дружбы и разрывы. История литературного быта 20-30 годов", и трилогия сложится полностью. Ну, новое скоро подоспеет.
-
Из прежнего. Бенедикт Лившиц, расстрелянный в 1938 году в Ленинграде. Слышно у него - будущее пастернаковское "Столетья поплывут из темноты". Он мне сказал: «В начале было Слово...» И только я посмел помыслить; «чье?», Как устный меч отсек от мирового Сознания — сознание мое. И вот—земля, в ее зеленоватом, Как издали казалось мне, дыму, Откуда я на тех, кто был мне братом, Невидящих очей не подыму. Как мне дано, живу, пою по слуху, Но и забывши прежнюю звезду, К Отцу, и Сыну, и Святому Духу Я вне земного времени иду. Декабрь 1919
-
repost
После ударов по дата-центрам «Яндекса» активность пророссийских аккаунтов в соцсетях резко снизилась, заявил польский военный аналитик Ярослав Вольский По его словам, поддержка немецкой AfD в соцсетях упала на 56%, также сократилась активность аккаунтов, поддерживающих MAGA и разжигающих вражду между поляками и украинцами.
-
Машина террора перемалывает людей. Она, к сожалению, не остановится. Мне очень жаль эту замечательную женщину. Публикация из фейсбука. "В сетевом издании Т-инвариант сегодня вышел подробный материал о деле Софии Розенфельд. Мы с Соней знакомы лично, и я знаю эту историю не только по публикации. Здесь важно подчеркнуть одну вещь, которую часто упускают в пересказах: Соня категорически не хотела уезжать из России. У неё был израильский паспорт, и после обыска ей оставили загранпаспорт - путь на выход, хоть и с техническими сложностями, был открыт. Но она решила остаться. Не потому, что не понимала рисков, а потому что была уверена: её наука, её гуси, её Арктика - только здесь. Уехать для неё означало потерять смысл работы, а может быть, и смысл самой жизни. Адвокаты убеждали её, что дело ограничится штрафом или принудительными работами. Соня тоже верила в это. Верили в остатки гуманности и хоть малейшее присутствие здравого смысла в российской силовой системе. Верили в то, что женщина, доктор наук, орнитолог с мировым именем не может получить реальный срок за два доната по тысяче рублей. Но ни гуманности, ни здравого смысла там нет. Иллюзия рухнула 12 октября 2026 года, когда Гагаринский суд назначил ей три с половиной года колонии. Прокуратура просила пять. Соня признала вину частично, и этого оказалось достаточно, чтобы суд не проявил ни малейшего снисхождения. В зале она была с сумкой, собранной на случай ареста. Она готовилась к этому несколько месяцев, но до последнего надеялась на лучшее. Это не история про наивность. Это история про то, как система перемалывает тех, кто честно делает свою работу и не собирается никуда уезжать. Соня - одна из ведущих специалистов по арктическим гусеобразным, она первой начала системный учёт мигрирующих птиц, летала за стаями на самодельном гидросамолёте. Заменить её некем. Как сказала её коллега Александра Панютина, «из тюрьмы гусей не поизучаешь». Но это, похоже, никого не волнует. Фото из публикации Т-инварианта. Самодельный гидросамолет «Стерх-С1», на котором Соня вместе с коллегами буквально следовала за стаями арктических гусей, фотографируя и подсчитывая их, изучая поведение и жизнь пернатых.
-
По поводу войны и сделок - Томас Гоббс "Левиафан". «Общее правило разума гласит, что всякий человек должен добиваться мира, если у него есть надежда достигнуть его; если же он не может его достигнуть, то он может использовать любые средства, дающие преимущества на войне.»
-
Античные драмы большевиков Михаил Фрунзе работал вместе с Александром Воронским в Иваново-Вознесенске. Сначала был ткачом, потом как как многие революционеры - автор и редактор большевистских газет. Дальше их пути на время разошлись. Один стал Наркомом, а второй секретарем Ленина, создателем журналов "Красная новь", журнала Прожектор, альманаха Круг, большевистским наставником всех знаменитых писателей. От Есенина до Платонова. Фрунзе тоже любил литературу и дружба с Воронским продолжалась, и тогда, когда он был наркомом. Кажется, именно Воронский описан как старый друг Попов в повести Пильняка "Повесть непогашенной луны". Когда Фрунзе странно погиб под маской с хлороформом, на операции, которую потребовал ему сделать Сталин, Воронский в отчаянии рассказал о своих подозрениях в убийстве друга - Пильняку и тот тут же, за полтора месяца написал об этом повесть. "Повесть непогашенной луны" запретили. Жена Фрунзе застрелилась через год после смерти мужа, оставив двух маленьких детей. Их усыновил крайне заинтересованный в смерти Фрунзе - Ворошилов самый долгий Нарком в истории СССР. Тимур Фрунзе погиб на войне совсем юным. Воронский и Пильняк были расстреляны ещё до войны. Сам Фрунзе, хотя был человеком незлым и любящим своих солдат, обманул тысячи белых офицеров, сдавшихся в плен в Крыму, утопив их в Черном море. В конце "Повести непогашенной луны" маленькая девочка, предполагаемая дочь Воронского пытается задуть луну. Эта девочка вырастет и проведет большую жизнь в лагерях.
-
repost Продажи романа Камю «Чума» увеличились на 80% после новостей о заболевании в Иркутской области, сообщил «Читай-город». Учитывая, что вся книга это аллегория жизни при фашизме, получается крайне иронично
-
История с самолётом и его спасением, как уже писали многие, безусловно, метафорическая. Она про отдельных прекрасных людей, которые способны брать на себя ответственность и спасать других. В тот момент, когда можно отступить, сказать, что от тебя ничего не зависит, что это не твоё дело, они остаются и делают всё, что могут. Помогать и отдавать - это высшая степень свободы, которая дана человеку. Даже там, где мы почти ничего не можем изменить, остаётся возможность протянуть руку другому. Иногда именно от этого зависит, будет ли завтра новый день. Мне кажется, наша надежда на лучшее в этом не лучшем мире, связана именно с такими людьми. С тем, что внутри человека есть свет, который он сам может и не осознавать. Он просто не может иначе: оставить, пройти мимо, забыть. И благодаря ему другие тоже находят в себе силы быть лучше. Эту надежда связана не с государствами и забюрократизированными институциями, а с отдельным человеком. В этом смысл. С этой надеждой и живу. И всегда помним 7 октября. Потому что это тоже огромная, но трагическая метафора сегодняшнего мира.
-
Из выступления о.Александра Меня в 1990 году Вы видите какие-то конкретные тревожные симптомы в последнее время? (1990 год) " Ну, если называть зарождение русского фашизма не тревожным, то что тогда тревожно? Конечно! И его очень активно поддерживают очень многие церковные деятели. Произошло соединение русского фашизма с русским клерикализмом и ностальгией церковной. Это, конечно, позор для нас, для верующих, потому что общество ожидало найти в нас какую-то поддержку, а поддержка получается для фашистов. Конечно, не все так ориентированы, но это немалый процент. Я не могу сказать какой, я этого не изучал. Но куда ни сунешься, с кем ни поговоришь, – этот монархист, этот антисемит, этот антиэкуменист и так далее. Причём, развешиванием ярлыков занимаются люди, которые вчера ещё не были такими. Понимаете? Нет, это характерно, веяние эпохи! Эпоха реакции. Когда Горбачёв открыл шлюзы, то хлынули и демократия, и реакция. Но реакция всегда более агрессивна. Устремления тирана и массы поразительно перекликаются, как это отмечал ещё прозорливый мудрец Максимилиан Волошин. Масса деспотична. Она подавляет всё индивидуальное. Точно так же и для тирана личность – ничто, а народ – это «живая сила», «пушечное мясо», потенциальная лагерная пыль. Подобный взгляд – порождение ущербной антидуховности, которая ищет себе оправдания в циничной биологизации человека, в сведении основ его бытия к «базису». Думаю, что и убили отца Александра за вополотившуюся сегодня в жизнь формулу о слиянии русского фашизма и с русским клерикализмом и церковной ностальгией. Какими трагическим витками ходит история.
-
repost
Чума в России Это не метафора, не литературный прием: чудовищная болезнь из далекого Средневековья убила жительницу Иркутска 28-летняя Дарья Шипилова работала лаборанткой в Иркутском противочумном институте. По данным «Людей Байкала», 25 сентября она разбила пробирку с возбудителем чумы, а в ночь на 2 октября умерла в больнице города Шелехов. Под наблюдением оказалось не меньше 197 контактных с ней персон, признаков болезни у них пока нет, анализы отрицательные. Скорые, которые возят этих людей на обследование, по информации тех же источников, сопровождают наряды ФСБ. Власти региона несколько дней говорили лишь об «особо опасной инфекции». Слово «чума» первым произнес глава соседней Бурятии Цыденов. На Иркутском алюминиевом заводе в Шелехове тем временем ввели масочный режим. Директор написал в Телеграме: «Береженого Бог бережет». Это так, но множество острых вопросов остаются неотвеченными. Могла ли сотрудница противочумного института работать с возбудителем без защитного снаряжения? А если она была защищена, то никакая «разбитая пробирка» в канву не ложится. Была ли Шипилова привита? Российская вакцина от чумы существует, ею, кстати, прививают людей в соседней Монголии. Чем вообще занимаются в этом институте, который основали в 1923 году из-за тогдашних чумных очагов в Забайкалье? Что за штамм был в той пробирке? Данных о том, что он модифицирован, нет, но и о штамме власти молчат. И главное. Разбей лаборант противочумного института пробирку, он бы сразу, немедленно обратился к врачам. В 2016 году на Алтае десятилетнего мальчика, заразившегося чумой от пойманного сурка, спасли именно потому, что болезнь обнаружили рано. Шипилова же, по сообщениям, попала в больницу 29 сентября, через четыре дня после якобы разбитой пробирки. Почему? И кстати, жуткий символ Средневековья - чума- все еще присутствует на планете. В основном в Африке и соседней с Иркутской областью Монголии.
-
Надежда Мандельштам "Человек, обладающий внутренней свободой, памятью и страхом, и есть та былинка и щепка, которая меняет течение несущегося потока. К тому ужасу, который мы пережили, привела трусость. Она может вернуть нас в старое русло. Я уже не увижу будущего, но меня мучит страх, что оно может в чуть обновленной форме повторить прошлое. Тогда люди заснут и уже не проснутся. Ведь они и сейчас еще не проснулись, а нового погружения в сон выдержать нельзя. Мне страшно, и для страха есть все основания. Ведь я боюсь не за себя, а за людей. Двадцатые годы оставили нам такое наследство, справиться с которым почти невозможно. Надо преодолеть беспамятство. Это первая задача. Надо расплатиться по всем счетам — иначе пути не будет". "
-
Как работала дезинформация на самом высоком уровне. Это рассказ Александра Фадеева своему биографу Корнелию Зелинскому о том, что все не так однозначно. "А.А. Фадеев: «Когда я стал секретарем Союза [писателей]… я на шевченковском пленуме в Киеве сказал несколько слов в защиту Мейерхольда, что-де его критиковали за формализм, но и у него есть положительное, и что то в этом роде. Приезжаю в Москву, и меня вызывают в ЦК, в Кремль. В Кремле меня проводят прямо к Сталину. Сталин был занят и сказал мне: "Вы пока посидите и почитайте вот тут некоторые бумаги!" Это были папки, содержавшие протоколы допроса Миши Кольцова, а также Белова, бывшего командующего московским военным округом. Что могло быть общего у Кольцова и у Белова? Ты понимаешь, Кольцов, журналист, писатель и Белов, военный, человек совсем другой среды. И однако в показаниях их было сказано, что они были связаны, работали вместе. Кольцов говорил там, в своих показаниях, что он потерял в возможность победы у нас социализма (его Радек еще в этом уговаривал), и он продался германской разведке. Теперь я понимаю, что, видимо, он был даже принят Гитлером самим. Но как человек умный, он усумнился в возможность победы фашизма. И он для перестраховки связался и с французской разведкой тоже. Решил, что быть шпионом в демократической стране лучше, всегда туда можно будет скрыться. И вот и Кольцов, и Белов в своих показаниях много писали о Мейерхольде, как резиденте иностранной разведки тоже, как участнике их шпионской группы. Потом приходит Сталин и говорит мне: «Ну, как, прочли?» – Лучше бы я, тов[арищ] Сталин, этого не читал, лучше бы всего этого и не знать. Так мне все это грязно показалось… – Нам бы этого тоже хотелось бы не знать и не читать – сказал мне Сталин, – но, что же делать, приходится. Теперь Вы, надеюсь, понимаете, кого Вы поддерживали своим выступлением. А мы вот Мейерхольда с Вашего позволения намерены арестовать. Каково было мне все это слушать. Но каково было потом встречаться с Мейерхольдом. Его арестовали только через пять месяцев после этого случая. Он приходил в Союз, здоровался со мной, лез целоваться, а я знал про него такое, что не мог уже и смотреть на него». (См.: РГАЛИ. Ф. 1604. Оп. 1. Д. 183. Л. 19 об.–20 об.)
-
repost После возвращения пассажиров в Израиль появляются новые подробности попытки теракта. Раненый командир - Смит Маччхар из Индии. По данным Ynet, у него около 15 лет опыта в коммерческой авиации. До перехода в flydubai в 2022 году он работал в SpiceJet, занимался подготовкой и проверкой других пилотов. Самолёт удалось посадить с серьёзным повреждением хвоста. Причины повреждения ещё предстоит установить. Возвращение пассажиров тоже потребовало переговоров. Саудовская Аравия не разрешила прислать израильский самолёт. В итоге людей забрал другой борт flydubai, экипаж которого предварительно проверил «Моссад». Обсуждалась даже поездка автобусом до Эйлата, но этот вариант не согласовали. Тем временем появились подробности героического обезвреживания террориста в самолете. Одним из тех, кто первым среагировал, был израильтянин Янив Хайон. По его словам, попасть в кабину удалось благодаря раненому командиру: Хайон предполагает, что тот успел открыть дверь перед тем, как потерял силы. Внутри Хайон увидел подозреваемого между креслами пилота, он пытался повредить приборы управления. Хайон схватил его, начал душить и вытащил из кабины, затем позвал других израильтян на помощь, где террориста хорошенько отработали, скрутили и связали наушниками. После этого Хайон вернулся к управлению самолетом (он не пилот!). По его рассказу, он потянул штурвалы, и самолёт начал выравниваться. Вскоре управление принял профессиональный пилот, летевший этим рейсом. На встрече с Биньямином Нетаньяху в аэропорту Хайон объяснил, что часто смотрит расследования авиакатастроф. В обезвреживании нападавшего участвовали ещё как минимум трое израильтян. Среди них стоматолог Шота Мусаев: после связывания подозреваемого он занялся раненым командиром и остановил кровотечение.
-
repost Хила Гайер находилась в самолете со своими двумя дочерьми и мужем. В интервью на радио «Ккан Решет Бет» Хила рассказала об охватившей пассажиров панике, когда самолет начал пикировать, и об ощущениях, что конец близок. «Моя дочь хотела встать в туалет, и внезапно самолет рухнул вниз, — поделилась она. — Ты ощущаешь безумную воздушную яму, словно падаешь, и страшные крики. Безумные крики, и ты не понимаешь, что происходит». «Один парень, которому мы все, судя по всему, обязаны жизнями, находился близко к кабине пилотов, — добавила Хила. — Не знаю, почему кабина была открыта, но он, видимо, услышал "Аллаху Акбар" и ворвался внутрь, судя по всему, схватился за штурвал и выровнял самолет. А затем туда быстро вбежали другие, скрутили пилота-нападавшего и связали его пластиковыми стяжками». Техила Охайон, сестра находившейся на рейсе Мирьям, рассказала: «Один из членов экипажа закричал "Аллаху Акбар" и побежал к пилоту, группа израильтян нейтрализовала его». Пассажир, заснявший себя с окровавленным лицом после посадки, сказал: «Мы нейтрализовали террориста, нам нужна помощь». В другом свидетельстве мать находившейся на борту девочки описала случившееся в полете: «Была массовая паника и крики о помощи после того, как человек, вооруженный ножом, попытался захватить самолет». Она также рассказала: «Самолет начал терять высоту, а сильная тряска заставила пассажиров опасаться крушения, читать молитву "Шма Исраэль" и главы из Книги Псалмов (Техилим). Израильские пассажиры вместе с членами экипажа набросились на нападавшего, скрутили его и повалили на пол». Об этом она рассказала агентству Reuters. Другой пассажир рассказал после приземления в Саудовской Аравии: «Здесь тяжело раненый пилот и еще один террорист связанный. Было жестко, все залито кровью. Мы поймали террориста».
-
-
edited Я все ждала, что напишет кто-то этот некролог, но не вижу, чтобы написали. Мне написали из Москвы, что умерла Людмила Макаровна Щемелева. Полжизни проработала старшим научным редактором пушкинского периода словаря "Русские писатели", любила и глубоко понимала 20 век. Словарь "Русские писатели" был особым изданием. Наверное, поэтому он никак не может прийти к завершению. В редакции ее звали Люся. Авторы почтительно - Макаровна, по отчеству. Она была самым необычным человеком в моей жизни. Любила литературу настолько глубоко и сильно и могла говорить о ней непрерывно, ярко и очень интересно. Могла в метро и на улице любому человеку, хоть строителю, хоть сантехнику объяснять величие того или иного поэта или писателя, могла о нелюбимом поэте говорить уничижительно, словно о пьющем соседе по лестничной клетке. Они все были ее современники. Люся вообще не признавала никаких авторитетов и разговаривала со всеми на особом языке. С ней было очень интересно, но ее темперамент сносил всё на своем пути. Она была полна множества познаний, часто перескакивала с одного на другое, но при этом имела железную волю и неумолимый характер. Если можно так сказать о женщине - она была "чудак", с таким особым английским чудачеством, когда ты смотришь на нее, слушаешь и говоришь себе, ну, такого не может быть! Будучи редактором Лотмановской статьи о Карамзине и Пушкине, она говорила с мэтром язвительно и без всякого пиетета. А он согласно и уважительно кивал, глядя на нее как на большого ребенка. Она трясла Аверинцева как грушу, требуя от него заказанных статей, а он только нежно улыбался в ответ. Ее принимали и любили, несмотря на ее особенный характер. Когда Лотман умер, она села на поезд и поехала на его похороны в Тарту. Для нее его уход был большим потрясением. В эти же дни умер любимый ею Феллини и она, плача говорила мне, что хочет поехать и его хоронить, но не получается. Для нее все эти люди были частью собственной жизни. И Лотман, и Феллини, и Зинаида Гиппиус. Мало, кто знал о ее прошлом. О том, что с ней было до редакции. Она была удивительно скрытна, и при этом таинственно управляла всем, что происходило в редакции. Больше всего боялась, что ее сделают заведующей. Но была всегда эдаким теневым начальником. В ней сочеталось несочетаемое. Я ушла из редакции литературы в свободное плавание еще в 1990 году, но продолжала писать в словарь и бывать там. Редакция начала незаметно разламываться под влиянием новых времен. И Люся заметалась. Раньше у всех были общие понятия о том, где правда, где ложь и кому надо противостоять. А тогда все начало смешиваться. Мы виделись все реже и реже. Нас развели трагические события. Я их описала в книге "Именной указатель", за что меня оставшиеся в живых в редакторы из редакции, которая была когда-то родным домом, предали остракизму. Но это нормально. С Люсей мы здоровались при случайных встречах, но теплота ушла. Так бывает на длинных поворотах истории. Людмила Макаровна остается для меня примером служения культуре. Она всегда считала, что главное, что соединяло Россию - это литература. Она ей и служила до конца. Она из поколения бескорыстных просветителей. Их осталось очень мало. Светлая ей память! Фотография. Это музей Пастернака, 2001 год.
-
Копирую из закрытого поста. И все-таки не понимаю, почему тишина. Почему украинская катастрофа надоела европейским активистам? Где возмущенные демонстранты, которые умеют собирать полумиллионные марши. ОЛЕШКИ Олешки в 9 км от Херсона. В городе остаются до 2 тысяч человек и десятки детей. С мая туда не завозят еду и лекарства, пишут "Українська правда" и "hromadske". Люди варят суп из травы: лебеды, сныти, крапивы. Летом держались на огородах: огурцы, помидоры, кабачки, баклажаны. Огороды заканчиваются. В городе нет света, газа, нормальной воды, аптек и магазинов. После подрыва Каховской ГЭС Олешки так и не вернулись к жизни. Единственная дорога из города заминирована, летают русские дроны, стоят сгоревшие машины и лежат тела на обочинах. Последние машины с продуктами пытались зайти в Олешки еще летом. Часть расстреляли дронами. 2 июня четыре автомобиля взорвались на минах, два человека погибли. Некоторые жители идут за едой в Раденск. Это около 20 км заминированными дорогами и открытой местности. Одной женщине удалось этим путем пронести на себе почти 55 кг. еды: крупу, картофель, лук, капусту, перец, макароны. Говорит, брала на три семьи. На стихийном рынке около больницы килограмм картофеля, лука, сахара или соли стоят около 500 грн. (940 руб.) Десяток яиц – около 750 грн. (1400 руб.) Пластинка цитрамона – около 500 грн. Люди меняют еду на еду: сахар на яйца, овощи на крупу, кто как договорится. Русские военные грабят дома и забирают последнюю еду. На воротах люди пишут: "Продуктов нет", "Еды нет", "Живут старики". Больница еще стоит, но почти не лечит. Нет лекарств, антибиотиков, оборудования, горючего для генератора. Врачи могут остановить кровь, а больше ничего. Скорая не ездит. Людей иногда довозят в больницу на садовой тачке. В подвале больницы лежат тела умерших и погибших. По данным hromadske, там около ста тел. Часть лежит в пакетах еще с зимы. Кое-кто прячет родных во дворе или на огороде. Но неглубокие могилы разрывают собаки. "Українська правда": россия не дала согласия на гуманитарный коридор. Украина обращалась к Красному Кресту и партнерам. Переговоры за полгода не принесли результата. Лубинец: "Украина согласовала список людей и режим тишины. По состоянию на 22 сентября россия не подтвердила готовность эвакуировать гражданских." Россия держит людей в городе как живой щит. Русские солдаты прячутся в домах, переодеваются в гражданское и пытаются смешаться с местными. Украинские военные иногда ведут людей дронами по главной дороге, чтобы они вышли из города. Это путь смерти и путь жизни одновременно. Многие люди не уехали раньше не потому, что "не хотели". У кого-то сгорели или утонули документы после подрыва Каховской ГЭС. Кто-то боится русской фильтрации. Мужчины боятся, что их снимут на блокпостах и бросят в русскую армию. Пожилым людям часто некуда ехать. У них нет дома на подконтрольной территории, нет денег, нет сил начинать с нуля. Прошлой зимой в Олешках в квартирах замерзли по меньшей мере трое бабушек и дедушек. Этой зимой город может не выдержать. Еда заканчивается. Лекарств нет. Дороги заминированы. Эвакуации нет. Тимофій Милованов ******* Мировое сообщество уже не выражает даже вялую озабоченность. Потому что у него лапки.
- Older posts