ЛикбеZ

Экономика растёт, а потребитель почему-то сжимается ⠀ Росстат оценил рост ВВП России за первое полугодие 2026 года в 0,6%, а во втором квартале — в 1,3% год к году. Среди драйверов ведомство назвало гостиницы и общепит, где выпуск вырос на 5,8%, транспорт — на 4%, торговлю — на 2,8%. Формально экономика всё ещё в плюсе. ⠀ Но новости с потребительского рынка выглядят заметно менее бодро. За восемь месяцев число регистраций ресторанов выросло на 13,6%, тогда как ликвидаций — почти на 30%. По данным 2ГИС, в городах-миллионниках сейчас около 97 тыс. заведений — на 1% меньше, чем год назад. Летом количество покупок в турагентствах сократилось на 12%, гостиничных бронирований — примерно на 6%. В Петербурге продажи через турагентства просели на 32%, в Калининградской области — на 19%. ⠀ Само по себе это ещё не доказывает манипуляций статистикой: ВВП считает выпуск отрасли шире, чем количество ресторанов, чеков и броней. Но расхождение становится слишком заметным. Когда официально быстрее всего растут гостиницы и общепит, а в реальности рестораны закрываются всё чаще, туристические продажи падают, а люди режут расходы, вопрос уже не в красивой цифре 0,6%. Вопрос в том, какую именно экономику описывает эта статистика — реальную или отчётную.

Самозанятых поставят под новый контроль ⠀ Минтруд подготовил ещё один индикатор риска подмены трудовых отношений самозанятостью. Роструд обратит внимание на компанию, если десять и более бывших сотрудников оформят самозанятость и начнут работать по гражданско-правовым договорам с прежним работодателем либо одновременно уйдут к новому заказчику. Дополнительное условие — среднемесячный доход от такого заказчика от 25 тыс. рублей. Само по себе это нарушением не считается, но может стать основанием для проверки. ⠀ Контроль уже постепенно расширяется. Другой действующий индикатор реагирует, когда компания работает более чем с 35 самозанятыми, для которых она является основным и долгосрочным источником дохода. Параллельно межведомственные комиссии только за первое полугодие 2026 года помогли формализовать занятость почти 600 тыс. человек. ⠀ Официально речь идёт о защите трудовых прав. Но для бизнеса сигнал звучит шире: привычные способы гибко нанимать людей всё быстрее превращаются в зону повышенного внимания государства. Борьба с серой занятостью постепенно становится ещё одним контуром фискального и административного контроля. И чем активнее бюджет ищет дополнительные поступления, тем тоньше становится граница между защитой работника и очередным поводом прийти к работодателю с проверкой.

Тарифы ещё не подняли, а бизнес уже готовится повышать цены ⠀ Ценовые ожидания российского бизнеса в сентябре растут третий месяц подряд. По данным Банка России, показатель поднялся до 22,7 пункта против 21,1 в августе и 20,5 в июле. Речь идёт не о фактическом росте тарифов, а об оценках самих предприятий, насколько они намерены повысить собственные отпускные цены в ближайшие три месяца. В среднем бизнес ожидает рост на 7% в годовом выражении. ⠀ Самые высокие ожидания — в электроэнергетике и водоснабжении перед октябрьской индексацией тарифов ЖКХ. Предприятия этих отраслей закладывают повышение своих цен в среднем на 27,4% и 24,4% соответственно. Это не означает автоматического роста платежей населения на те же величины, но показывает, какое ценовое давление формируется внутри базовой инфраструктуры. ⠀ Получается знакомая конструкция: государство индексирует регулируемые тарифы, отрасли заранее закладывают подорожание, бизнес переносит растущие издержки дальше по цепочке, а затем власти снова объясняют, почему инфляция не хочет возвращаться к целевым 4%. Формально каждый отвечает только за свой участок. Итоговый счёт, как обычно, получает потребитель.

Налоговая затягивает гайки бизнесу ⠀ Для российского бизнеса налоговая реальность становится всё жёстче. Проверки охватывают старые периоды, прежние операции с сомнительными контрагентами могут всплыть спустя годы, а доначисления приходят уже не одни — вместе с пенями, штрафами и риском уголовного продолжения. Любая ошибка, которую раньше можно было пережить как неприятный спор с ФНС, теперь способна превратиться в угрозу для всего бизнеса. ⠀ Формально правила остаются правилами, но общий принцип читается без труда: государство всё агрессивнее вытряхивает деньги из частного сектора. Предприниматель всё меньше воспринимается как тот, кто создаёт рабочие места и платит налоги, и всё больше — как потенциальный источник дополнительных сборов. Проверка превращается не в контроль соблюдения закона, а в стресс-тест на финансовую выживаемость. ⠀ И это уже политическая проблема. Когда бюджет начинает латать дыры за счёт всё более жёсткого давления на бизнес, разговоры о «поддержке предпринимательства» звучат особенно издевательски. Можно сколько угодно открывать форумы, обещать дерегулирование и хлопать по плечу «деловое сообщество», но если реальный сигнал от государства звучит как «готовь деньги и адвоката», инвестиционный климат формируется именно этим сигналом, а не красивыми презентациями.

Картофель снова становится политическим овощем ⠀ Россия рискует второй год подряд получить проблемы с картофелем. По оценке «АБ-Центра», площадь промышленной посадки сократилась до 277,8 тыс. га, а урожай в сезоне 2026/27 может составить около 7,5 млн тонн против 8,5 млн годом ранее. При внутреннем потреблении порядка 8–8,5 млн тонн недостающие объёмы снова придётся закрывать импортом. ⠀ Цены уже подают неприятные сигналы. К концу августа средняя розничная стоимость картофеля достигла 59,1 рубля за килограмм, а оптовая цена оказалась на 33,6% выше прошлогодней. При этом официальная инфляция в августе составляла 6,33% год к году. Сам бензин с начала года прибавил почти 20%, что неизбежно отражается на перевозках, хранении и конечном ценнике. ⠀ Картофель вообще неудобный продукт для красивой статистики. Его покупают миллионы семей, и цену на него видят без специальных докладов. Если новый урожай снова окажется слабым, власти придётся объяснять уже не абстрактную инфляцию, а вполне конкретный вопрос — почему один из самых простых продуктов российской кухни второй год подряд превращается в товар с дефицитным привкусом.

Нефтянка проседает уже не на уровне «лёгких явлений» ⠀ Российская нефтяная отрасль работает заметно ниже доступных ей уровней. По сентябрьскому отчёту МЭА, в августе добыча составила 8,36 млн баррелей в сутки. Это на 1,53 млн баррелей ниже расчётной цели России в рамках ОПЕК+. Устойчивые производственные мощности страны агентство оценивает примерно в 9,3 млн баррелей в сутки. ⠀ Отдельные громкие расчёты о падении переработки «вдвое» требуют осторожности: простое вычитание экспорта из добычи не показывает реальную загрузку НПЗ. Но общая картина от этого комфортнее не становится. Россия добывает существенно меньше доступного потенциала, а сама нефтяная отрасль остаётся критически важным источником экспортной и бюджетной выручки. ⠀ И вот здесь разговоры про очередные «лёгкие кризисные явления» уже звучат не как анализ, а как политическая анестезия. Власть годами строила образ нефтяной устойчивости, а теперь вынуждена объяснять, почему одна из главных отраслей страны систематически работает ниже возможностей. Можно бесконечно менять формулировки в докладах, но недобытые баррели от этого не появляются. Если управленческую проблему каждый раз объявлять временным неудобством, в какой-то момент временным может оказаться уже доверие к самим управляющим. ⠀

Россияне меняют говядину на более доступное мясо ⠀ Российский мясной рынок всё заметнее реагирует на рост цен. Покупатели чаще выбирают индейку и курятину вместо более дорогой говядины и части свиного ассортимента. По данным NTech, за первое полугодие продажи индейки выросли на 17% в натуральном выражении, до 42 тыс. тонн, тогда как реализация говяжьих стейков сократилась на 7,5%, а свиных — на 24%. ⠀ Причина довольно прозаична — цена. Средняя стоимость килограмма говядины приблизилась к 1 тыс. рублей и примерно в полтора раза превышает цену индейки. При этом подорожание продолжается и в 2026 году: по данным Росстата, к концу августа говядина стоила примерно на 10% дороже, чем в декабре 2025-го. ⠀ Называть индейку «мясом для бедных», конечно, эффектно, но к реальной картине это имеет мало отношения. Речь скорее о вполне рациональной потребительской реакции: семьи не отказываются от мяса вообще, а перераспределяют расходы в пользу более доступных категорий. И этот сдвиг куда точнее говорит о состоянии кошельков, чем самые бодрые отчёты о потребительской активности. ⠀

Российская нефть догнала Brent ⠀ Нефтяной рынок снова входит в зону дорогих баррелей. Brent держится около $107, а 9 сентября физический североморский эталон и вовсе поднимался выше $113. Причина уже не только в геополитической премии: рынок всё острее ощущает нехватку реального сырья. По данным МЭА, мировые наблюдаемые запасы нефти в августе сократились ещё на 95 млн баррелей, а с февраля — на 507 млн. Объёмы нефти на воде за месяц упали на 65 млн баррелей. ⠀ Дополнительный удар пришёлся по Саудовской Аравии. Повреждение нефтепровода Восток — Запад, позволяющего обходить Ормузский пролив, поставило под угрозу маршрут мощностью в несколько миллионов баррелей в сутки. ⠀ Для России происходящее означает почти исчезнувший ценовой штраф на отдельных направлениях. Поставляемая в Индию Urals уже торгуется с премией к Brent, хотя на балтийском базисе дисконт пока сохраняется. Санкционная арифметика оказалась довольно простой: когда нефти на рынке достаточно, происхождение барреля имеет значение. Когда её начинает не хватать, покупателя прежде всего интересует сам баррель.

Российская пшеница провалилась в цене ⠀ Закупочные цены на продовольственную пшеницу 3-го класса в основных зерновых регионах России опустились ниже 10 тыс. рублей за тонну. В Ростовской области разброс ещё жёстче — от 7700 до 8400 рублей. При нынешнем курсе это примерно $91–100 за тонну. Год назад в Ростове за такую же пшеницу давали около 14,5–15,2 тыс. рублей. ⠀ Особенно выразительно российские цены выглядят рядом с биржевыми ориентирами. Фьючерс на пшеницу в США сейчас соответствует примерно $267 за тонну, европейская пшеница на Euronext торгуется около €241 за тонну. Прямое сравнение закупочной цены внутри России и биржевых контрактов не вполне корректно из-за разницы в базисе поставки, качестве и логистике, но масштаб разрыва от этого менее впечатляющим не становится. ⠀ Для донских аграриев ситуация выглядит особенно неприятно: зерно выращено, расходы понесены, урожай нужно продавать, а внутренняя цена фактически откатилась на несколько лет назад. И пока мировая пшеница дорожает, российский производитель наблюдает редкий экономический фокус — его товар на собственном рынке становится заметно дешевле. ⠀

Американские пошлины не остановили китайский экспорт ⠀ Торговый профицит Китая достиг рекордных $1,19 трлн за 12 месяцев по июнь 2026 года. В 2018 году он составлял около $360 млрд — за восемь лет показатель вырос в 3,3 раза. Новый раунд американских пошлин не только не переломил тенденцию, но и совпал с очередным торговым рекордом Пекина. ⠀ За год Китай продал за рубеж товаров более чем на $4,2 трлн, а импортировал примерно на $3 трлн. Экспорт превысил импорт приблизительно на 40%, общий товарооборот достиг $7,2 трлн. Китайская промышленная машина продолжает выпускать значительно больше товаров, чем способен поглотить внутренний рынок. ⠀ Изменилась прежде всего география продаж. В 2021 году около 60% китайского торгового профицита приходилось на США, а к середине 2026-го их доля сократилась до 16%. Доля Евросоюза практически не изменилась и составляет около 39%. Ограничивая прямой импорт, Вашингтон не устранил китайское преимущество, а лишь заставил экспортные потоки искать новые маршруты. ⠀ Пекин переориентирует поставки на Европу и другие рынки, сохраняя масштабы производства и ценовое давление на зарубежных конкурентов. Торговая война изменила направление китайской экспансии, но не остановила её. Пока США возводят тарифные барьеры, Китай обходит их через диверсификацию рынков и устанавливает новые рекорды.

Капитал уходит из России и амнистией его не вернуть ⠀ Российский реальный сектор ежегодно выводит за рубеж средства, эквивалентные 3–5% ВВП. Аналитики ЦМАКП предлагают остановить отток новой амнистией капитала — с фиксированным сбором и без вопросов о происхождении денег. Идея выглядит простой: государство открывает окно, бизнес возвращает активы и получает возможность начать с чистого листа. ⠀ Проблема в том, что капитал уходит не только ради налоговой экономии. Бизнес выводит деньги из-за недоверия к судам, нестабильных правил, риска конфискаций и непредсказуемости государственной политики. Амнистия не устраняет ни одну из этих причин. Она лишь обещает временно не задавать неудобных вопросов. ⠀ Россия уже проводила несколько этапов амнистии в 2015–2020 годах. Перед первой кампанией эксперты рассчитывали вернуть около $100 млрд и пополнить бюджет на $2 млрд, однако декларации подали лишь 7,2 тыс. предпринимателей. Заявленного возвращения капиталов не произошло. ⠀ Неясно, почему новая попытка должна оказаться успешнее предыдущих. Даже если часть средств легализуют, ничто не помешает владельцам снова вывести их после закрытия очередного «окна». Деньги возвращаются не туда, где их прощают один раз, а туда, где собственность защищена постоянно. Пока этого доверия нет, амнистия останется способом улучшить отчётность, а не развернуть движение капитала.

Война на Ближнем Востоке увеличивает нефтяные доходы Москвы ⠀ Российский экспорт нефти достиг максимального уровня с мая именно в тот момент, когда война на Ближнем Востоке резко подтолкнула мировые цены вверх. По данным Bloomberg, за четыре недели по 13 сентября средний объём поставок вырос до 3,54 млн баррелей в сутки. Недельный прирост стал самым значительным с середины мая. ⠀ Цены подскочили после ударов беспилотников по саудовскому нефтепроводу «Восток — Запад». Эр-Рияд рассчитывал использовать его как альтернативный маршрут в условиях фактической блокады Ираном Ормузского пролива. Повреждение инфраструктуры подняло Brent до максимума с мая, а вместе с ней подорожали и российские сорта. ⠀ Москва также увеличила собственные поставки через Усть-Лугу, перенаправив часть казахстанской нефти в Новороссийск. Благодаря этому российские отгрузки из балтийского порта в сентябре выросли примерно на треть — на 160 тыс. баррелей в сутки по сравнению с августом. ⠀ Совпадение более высоких цен и растущих объёмов оказалось подарком для российского бюджета. Стоимость недельного экспорта приблизилась к четырёхмесячному максимуму, а поставки в Индию стали самыми прибыльными с начала мая. Китайским НПЗ сорт ESPO уже предлагают с надбавкой более $20 к фьючерсам Brent. Пока Ближний Восток платит за войну разрушенной инфраструктурой и рисками для торговли, Кремль получает дополнительные средства для продолжения собственной войны.

Российская экономика сползает к нулевому росту ⠀ По оценке Росстата, в первом полугодии 2026 года ВВП России вырос всего на 0,6% — вдвое медленнее, чем годом ранее. Строительство сократилось на 4,5%, научно-техническая деятельность — на 6,3%, коммунальная сфера — на 3,6%. Добыча, промышленность и сельское хозяйство также ушли в минус, хотя пока и в пределах 0,1–0,6%. ⠀ Рост сохраняется преимущественно там, где его поддерживают бюджетные расходы или перераспределение потребления. Информация и связь, гостиницы и общепит прибавили по 5,2%, госуправление и военная безопасность — 4%. Однако эти отрасли не могут компенсировать торможение строительства, производства и инвестиций. Последние за полугодие обвалились на 9,9%. ⠀ Минэкономразвития ожидает по итогам года лишь 0,6% роста. Фактически экономика балансирует у границы стагнации, пока ведущие страны БРИКС — Китай, Индия и Индонезия — рассчитывают прибавить 4–6%. Разрыв становится уже не статистическим, а системным. ⠀ Жёсткая денежно-кредитная политика, растущие тарифы, слабая конкуренция и неблагоприятный инвестиционный климат подавляют деловую активность. Россия всё чаще говорит о технологическом лидерстве и укреплении позиций в БРИКС, но вкладывает всё меньше в основу будущего роста. При такой траектории партнёры будут развивать промышленность и технологии, а Москве останется проводить форумы и подписывать очередные декларации о сотрудничестве.

Айфон как измеритель покупательной способности ⠀ По отдельному пересчёту, россиянину приходится копить на iPhone 17 Pro дольше, чем жителю Венгрии, и примерно столько же, сколько жителю Чили, но меньше, чем гражданам Малайзии, Таиланда, Бразилии или Турции. Согласно исходному рейтингу, быстрее всего новый смартфон могут позволить себе жители Люксембурга и Швейцарии — им достаточно трёх рабочих дней. В Индии для такой покупки потребуется около 160 дней. ⠀ Средняя зарплата в России по итогам прошлого года составила 100 360 рублей. При цене iPhone 17 Pro с накопителем 256 ГБ в 105 тыс. рублей его стоимость примерно соответствует месячному заработку россиянина. Если покупать устройство в крупных торговых сетях за 125 тыс. рублей, понадобится уже около 1,25 средней месячной зарплаты. В пересчёте авторов публикации это 31–37 дней — примерно в десять раз больше, чем в Люксембурге или Швейцарии. ⠀ Впрочем, подобные рейтинги показывают не только производительность труда и уровень доходов. На результат влияют курс национальной валюты, местная цена устройства, налоги, импортные пошлины и торговые наценки. Кроме того, средняя зарплата заметно отличается от медианной, поэтому для большинства россиян айфон окажется ещё менее доступным, чем следует из официальных расчётов.

Цены на 24 продукта возьмут под цифровое наблюдение ⠀ С 1 января 2027 года власти будут отслеживать цены на 24 базовых продукта, включая мясо, рыбу, масло, соль, сахар и некоторые овощи, используя сведения Федеральной налоговой службы. Сам по себе мониторинг не означает замораживания цен или введения предельной наценки. Однако бизнес опасается, что сбор данных со временем перерастёт в более жёсткое административное регулирование. ⠀ Опрошенные эксперты расходятся в оценках последствий. Одни считают, что дополнительная прозрачность не разгонит инфляцию: при слабом спросе магазины не смогут бесконтрольно повышать цены на остальные товары. Другие прогнозируют перекрёстное субсидирование. Сдерживая стоимость социального ассортимента, производители и сети могут увеличивать наценки на сыры, кондитерские изделия, готовую еду, премиальные сорта мяса и другие позиции вне перечня. ⠀ Возможна и менее заметная адаптация: уменьшение упаковки, удешевление рецептур, сокращение ассортимента и разделение продукции на базовую и премиальную. Формально цена останется стабильной, но килограмм или литр обойдётся покупателю дороже. Крупные сети смогут распределить потери между категориями и сильнее давить на поставщиков, тогда как небольшим производителям и региональному ритейлу будет сложнее сохранить рентабельность. Поэтому главным результатом контроля может стать не резкий скачок цен, а их перераспределение и дальнейшая консолидация продовольственного рынка.

Беспилотники едут в Китай, но до фронта пока не доехали ⠀ Минтранс России планирует организовать беспилотные грузовые перевозки в Китай. По словам главы ведомства Андрея Никитина, технологии уже вышли за рамки испытательных полигонов: автономные грузовики работают между Санкт-Петербургом, Москвой и Казанью, а недавно российский беспилотник добрался до Астаны. Следующим этапом должен стать полноценный международный маршрут. ⠀ Одновременно на федеральном уровне прорабатывается применение беспилотных технологий на речном транспорте и в городской доставке. Масштаб планов показывает, что автономная логистика постепенно превращается из эксперимента в отдельное направление транспортной политики. ⠀ Однако здесь возникает неудобный контраст. Россия уже пятый год ведет боевые действия, но задача массового обеспечения фронта тяжелыми беспилотными транспортными платформами для подвоза боеприпасов, продовольствия и эвакуации раненых по-прежнему не решена. Отдельные разработки и образцы существуют, однако о массовом внедрении говорить рано. Получается довольно показательная картина: беспилотный грузовик уже способен самостоятельно добраться до Казахстана, Минтранс готовит ему дорогу в Китай, а тяжелый беспилотный транспорт для передовой все еще остается задачей на будущее.

Застройщики тормозят запуск новых проектов ⠀ В августе российские застройщики вывели на рынок 2,7 млн кв. м жилья — на 23% меньше, чем годом ранее, сообщает «Дом.РФ». Рост сохранился преимущественно в регионах, не входящих в десятку крупнейших по объёмам строительства: с начала года число запусков там увеличилось на 12%. В Московской области показатель вырос сразу на 63%, однако столь внушительная динамика объясняется прежде всего низкой базой прошлого года. ⠀ За январь—август было запущено 25,5 млн кв. м новых проектов — на 6% больше, чем за аналогичный период 2025 года. Однако считать это полноценным восстановлением рынка преждевременно. В прошлом году объём запусков сократился на 12%, поэтому нынешний прирост компенсирует лишь часть падения. Вернуться к уровню двухлетней давности застройщикам, вероятнее всего, не удастся. ⠀ Причина осторожности девелоперов — ослабление спроса из-за дорогой ипотеки и пересмотра условий льготного кредитования. Доля распроданного строящегося жилья с учётом готовности снизилась с 73% в начале года до 68% к 1 сентября. Срок реализации непроданных квартир вырос с 3,1 до 3,2 года. Покупатели не спешат, продажи замедляются, а застройщики всё реже готовы начинать проекты в расчёте на будущий спрос.

Риск рецессии в России стал максимальным за пять лет ⠀ Российская экономика всё заметнее расходится сама с собой. Потребительский спрос остаётся высоким: во втором квартале он вырос примерно на 6% в реальном выражении. Но инвестиции, которые должны обеспечивать будущий рост, резко провалились. За первое полугодие вложения в основной капитал сократились на 10% — это лишь третье двузначное падение показателя с 1998 года после кризисных 2009-го и 2015-го. ⠀ На этом фоне сама экономика балансирует около нулевого роста, а в отдельных сегментах уже уходит в минус. Главный экономист «Т-инвестиций» Софья Донец оценивает риск рецессии как максимальный за последние пять лет. ⠀ Проблема в том, что без инвестиций предприятия не расширяют мощности и не модернизируют производство. Значит, предложение товаров и услуг растёт слабее, а ценовое давление может снова усилиться. Высокая ставка дополнительно душит кредитование, а заменить банковские деньги бизнесу практически нечем. ⠀ Получается опасная конструкция: спрос ещё держится, инвестиции уже падают, производство буксует. Такая экономика может довольно быстро перейти от стагнации к полноценному спаду.

Бензин за год подорожал почти на четверть ⠀ Потребительские цены на бензин в России в августе 2026 года оказались на 24,64% выше, чем годом ранее, следует из данных Росстата. Формально месячный рост замедлился до 0,76%, но это произошло уже после резких скачков на 6,88% в июне и ещё на 6,47% в июле. Поэтому августовское «замедление» выглядит скорее паузой после ценового рывка, чем возвращением рынка к норме. ⠀ Дизель в августе, напротив, подешевел на 4,6% после роста на 7,1% в июне и на 9,2% в июле. Однако и здесь снижение произошло уже после двух месяцев резкого удорожания. ⠀ Для граждан важнее другое: бензин за год прибавил почти четверть стоимости, а топливо напрямую влияет не только на расходы автомобилистов. Дорожают перевозки, доставка, сельхозработы и логистика, а затем часть этих расходов перекладывается в цены товаров. Поэтому топливная инфляция быстро перестаёт быть проблемой одной только АЗС — она разносится по всей потребительской корзине.

Саудовская Аравия рискует потерять до 4% мировых поставок нефти ⠀ Нефтяной кризис в Персидском заливе становится всё менее теоретическим. По данным Reuters, если Саудовская Аравия в ближайшие дни не восстановит нефтепровод «Восток — Запад», запасы нефти, доступные для экспорта через порт Янбу, могут закончиться за пять–семь дней. Для мирового рынка это означает потенциальное выпадение до 4% поставок. ⠀ Нефтепровод длиной около 1,2 тыс. км связывает месторождения Восточной провинции с Красным морем и способен перекачивать до 7 млн баррелей в сутки. После серии атак власти превентивно отключили отдельные участки возле Медины и Эр-Рияда. Один из источников агентства оценивает ремонт в пять–шесть недель, хотя частичное возобновление прокачки возможно раньше. ⠀ Ситуация опасна тем, что Саудовская Аравия может сохранить добычу, но потерять возможность нормально выводить нефть на внешний рынок. При уже осложнённой логистике через Ормуз и Красное море это превращает проблему маршрутов в реальный дефицит предложения. ⠀ Если восстановление затянется, рынок получит новый аргумент в пользу Brent по $120–130. И тогда дорогая нефть будет следствием уже не паники трейдеров, а физической нехватки доступных баррелей.