Секира Лектора

Евпатория, Крым, 1976 год.

Машины корпорации «Крайслер» Винтажная реклама, 1968 год.

Все мы любим карты, а особенно карты Римской Империи. В данном инфографике показан рост территории Рима, а затем его сравнение с картой США.

«Два мужчины — два мировоззрения», Третий Рейх, 1930-е годы

Бойцы словенского спецназа МОРиС, 1990-е. Бригада принимала участие в Десятидневной войне 1991 года, вынудив Югославскую народную армию покинуть территорию Словении.

Ностальгии пост Реклама Mentos, 1993 год.

Кавалерия в полях приехала подавлять бунт шахтеров, недалеко от коксохимического завода в Оргриве, Южный Йоркшир, Англия, 1984 год.

Советский экспериментальный санитарный полугусеничный вездеход БВСМ-80

Радикальный левак Уильям Лейн. (Государственная библиотека Квинсленда)

В конце XIX века жизнь в Австралии была откровенно несладкой – массовые забастовки стригалей овец, репрессивная политика колониальных властей, тяжелая засуха и надвигавшаяся экономическая депрессия. Все это играло на руку амбициозному радикальному социалисту и журналисту Уильяму Лейну, который убедил более 500 австралийцев сняться с привычных мест и отправиться на другой конец света – в Южную Америку, чтобы построить там коммунистическую утопию. Получилось ли у них? Обещания Лейна создать «Новую Австралию» в Южной Америке, где все будет по справедливости, «жить будет в кайф и не надо будет умирать», упали на подготовленную почву. Его поддержали некоторые профсоюзные активисты, недовольные своим положением стригали овец, а также христиане-социалисты, которые продали все свое имущество, чтобы оплатить долгую и трудную дорогу на другой континент. Их ждал Парагвай, власти которого были готовы бесплатно передать мигрантам 75 тыс. гектаров земли, поскольку хотели заново заселить страну после разрушительной Парагвайской войны 1864-1870 годов. В ней погибло до 90% мужского населения страны. Первая группа австралийцев отправилась на поиски лучшей жизни в 1893 году на борту парусника «Royal Tar», построенного на общие средства последователей Лейна. Спустя несколько месяцев плавания они через Аргентину прибыли в Парагвай – во влажные и дикие джунгли, которые очень сильно отличались от обещанной им утопии. Переселенцы, отказавшиеся от всего прежнего имущества, чтобы начать новую жизнь в равных условиях, принялись вручную расчищать джунгли. При этом новые земли «гостеприимно» встретили их нападениями ягуаров, болезнями и насекомыми-паразитами, проникавшими прямо под кожу. «Расчищать джунгли и садить достаточно урожая, чтобы прокормить всех, было очень тяжело, и вскоре начали возникать проблемы, - рассказал внук одного из ярых последователей Лейна и участника той экспедиции Пол Тейлор. — Предполагалось, что они будут жить и работать на основе принципов товарищества и равенства, но, учитывая природу людей, все довольно быстро стало разваливаться». Само собой, тяжелые условия жизни на новых землях сыграли свою роль, но главной причиной краха «Новой Австралии» стали суровые правила и ограничения, введенные Уильямом Лейном. Так, он запретил переселенцам пить алкоголь и хоть как-то общаться с местными женщинами. Для многих молодых неженатых австралийцев это оказалось особенно неприятным ограничением. «Парагвай потерял значительную часть мужского населения во время войны: после нее там проживало 150 тыс. незамужних женщин и всего 14 тыс. мужчин, — рассказал Тейлор, — поэтому запрет на общение с местными женщинами стал для стригалей довольно суровым испытанием». А историк Артур Эдвардс заявил, что нам сейчас трудно представить, насколько сложным было путешествие из Австралии в Парагвай 130 лет назад. «Стригали полностью разуверились в Австралии после борьбы за права на справедливую оплату труда, — сказал он. — Им пришлось начинать с нуля… буквально прорубать в густых джунглях место под городок и фермы, едва сводя концы с концами, чтобы выжить. Это было бы крайне тяжело и без строгих правил Уильяма Лейна». В итоге спустя почти три года «Новая Австралия» представляла собой несколько небольших деревень и ферм, но многие переселенцы уже уехали оттуда за лучшей жизнью в большие города. В ответ на отъезд поселенцев, финансовые проблемы, и поведение молодых стригалей, откровенно плевавших на запреты, глава общины Лейн попросту покинул «Новую Австралию». Позже он еще раз попробовал построить свою «утопию» - на сей раз с еще более преданной группой христиан-социалистов, но и она закончилась неудачей. А через пять лет после отъезда из Австралии Лейн отказался от своих амбициозных планов, переехал в Новую Зеландию и вернулся к журналистике – правда, устроился не в социалистическую, а в правую газету. Многие же переселенцы вернулись на родину, поселившись в Милдуре, штат Виктория, и регионе Риверленд в Южной Австралии. На фото первая группа австралийцев, отправившихся в Южную Америку в 1890-х годах, чтобы основать коммуну.

Итальянский сейф конца XVIII века.

Российский и американский морпехи на учениях BALTOPS 2003 год.

Немецкий пропагандистский плакат времен Второй мировой войны, на котором изображен Уинстон Черчилль, рассказывающий сказку трем девочкам, символизирующих Эстонию, Латвию и Литву, о том, как Англия борется за свободу малых народов. 1942 год.

Корнуольский акцент (также известный как англо-корнуольский). Формировался с XIV по XVIII век, именно в этот период носители кельтского корнуольского языка (Kernewek) постепенно переходили на английский. Корнуольцы уходят корнями в кельтско-бриттское происхождение, они исторически жили обособленно от англосаксонской Англии.

Начальник штаба Армии США генерал Уилер во время своего визита в Финляндию, 1963 год

Интересная инфографика посвященная флагам, когда-либо развевавшимся над европейскими столицами.

Сезонный рабочий, село Суюк-Су, Татарская АССР. 1986 год.

В 1938 году Толкин вёл переговоры с берлинским издательством "Rütten & Loening" о выпуске немецкого перевода "Хоббита". Всё шло как обычно, пока издатели не потребовали от него подтвердить свое "арийское происхождение", согласно распоряжению Геббельса, которое ограничивало участие евреев в культурной жизни Германии. Толкин был возмущён и написал своему британскому издателю Стэнли Анвину: "Должен сказать, что письмо от "Rütten & Loening" составлено в довольно бесцеремонном тоне. Неужели я сталкиваюсь с такой дерзостью только из-за своей немецкой фамилии? Или же их безумные законы требуют справку об "арийском" происхождении от всех — вне зависимости от того, из какой страны человек? Лично я склонен вообще отказаться предоставлять какое-либо подтверждение (хотя, по правде говоря, мог бы это сделать) — пусть тогда немецкого перевода и вовсе не будет. В любом случае, я категорически против того, чтобы подобные заявления где-либо публиковались. Я вовсе не считаю отсутствие еврейской крови (если оно действительно имеет место) чем-то, чем стоит гордиться. У меня много друзей-евреев, и я не хочу даже косвенно подтверждать мысль о том, что разделяю эту совершенно пагубную и антинаучную расовую теорию. Поскольку это затрагивает прежде всего ваши интересы, я не могу ставить под угрозу возможность публикации в Германии без вашего одобрения. Поэтому предлагаю два варианта ответа". В первом из упомянутых Толкином вариантов просьба издательства просто игнорировалась, а вот во втором он весьма красноречиво отчитал "Rütten & Loening" за подобный запрос: "Благодарю за ваше письмо. К сожалению, мне не совсем ясно, что именно вы подразумеваете под словом "арийский". Я не арийского происхождения — в значении индоиранского; насколько мне известно, никто из моих предков не говорил на хиндустани, персидском, цыганском или родственных им языках. Если же вы спрашиваете, есть ли у меня еврейские корни, то могу лишь с сожалением ответить, что среди моих предков, по-видимому, не было представителей этого одарённого народа. Мой прапрадед приехал в Англию из Германии в XVIII веке; таким образом, по своему происхождению я в основном англичанин, к тому же я — подданный Англии, чего, казалось бы, должно быть достаточно. Тем не менее, я всегда с гордостью относился к своей немецкой фамилии — и продолжал относиться так даже во время недавней прискорбной войны, в которой я сражался в рядах английской армии. Впрочем, не могу не заметить: если подобные дерзкие и неуместные расспросы станут нормой в литературной сфере, то недалек тот день, когда немецкая фамилия перестанет быть поводом для гордости". Неизвестно, какое именно письмо было отправлено, но, так или иначе, сделка не состоялась.

Люди готовят «коктейли Молотова» для защиты Ужгорода, Украина, 27 февраля 2022 года.

На съемках художественного фильма Андрея Тарковского "Жертвоприношение", 1986 год.