В конце XIX века жизнь в Австралии была откровенно несладкой – массовые забастовки стригалей овец, репрессивная политика колониальных властей, тяжелая засуха и надвигавшаяся экономическая депрессия. Все это играло на руку амбициозному радикальному социалисту и журналисту Уильяму Лейну, который убедил более 500 австралийцев сняться с привычных мест и отправиться на другой конец света – в Южную Америку, чтобы построить там коммунистическую утопию. Получилось ли у них? Обещания Лейна создать «Новую Австралию» в Южной Америке, где все будет по справедливости, «жить будет в кайф и не надо будет умирать», упали на подготовленную почву. Его поддержали некоторые профсоюзные активисты, недовольные своим положением стригали овец, а также христиане-социалисты, которые продали все свое имущество, чтобы оплатить долгую и трудную дорогу на другой континент. Их ждал Парагвай, власти которого были готовы бесплатно передать мигрантам 75 тыс. гектаров земли, поскольку хотели заново заселить страну после разрушительной Парагвайской войны 1864-1870 годов. В ней погибло до 90% мужского населения страны. Первая группа австралийцев отправилась на поиски лучшей жизни в 1893 году на борту парусника «Royal Tar», построенного на общие средства последователей Лейна. Спустя несколько месяцев плавания они через Аргентину прибыли в Парагвай – во влажные и дикие джунгли, которые очень сильно отличались от обещанной им утопии. Переселенцы, отказавшиеся от всего прежнего имущества, чтобы начать новую жизнь в равных условиях, принялись вручную расчищать джунгли. При этом новые земли «гостеприимно» встретили их нападениями ягуаров, болезнями и насекомыми-паразитами, проникавшими прямо под кожу. «Расчищать джунгли и садить достаточно урожая, чтобы прокормить всех, было очень тяжело, и вскоре начали возникать проблемы, - рассказал внук одного из ярых последователей Лейна и участника той экспедиции Пол Тейлор. — Предполагалось, что они будут жить и работать на основе принципов товарищества и равенства, но, учитывая природу людей, все довольно быстро стало разваливаться». Само собой, тяжелые условия жизни на новых землях сыграли свою роль, но главной причиной краха «Новой Австралии» стали суровые правила и ограничения, введенные Уильямом Лейном. Так, он запретил переселенцам пить алкоголь и хоть как-то общаться с местными женщинами. Для многих молодых неженатых австралийцев это оказалось особенно неприятным ограничением. «Парагвай потерял значительную часть мужского населения во время войны: после нее там проживало 150 тыс. незамужних женщин и всего 14 тыс. мужчин, — рассказал Тейлор, — поэтому запрет на общение с местными женщинами стал для стригалей довольно суровым испытанием». А историк Артур Эдвардс заявил, что нам сейчас трудно представить, насколько сложным было путешествие из Австралии в Парагвай 130 лет назад. «Стригали полностью разуверились в Австралии после борьбы за права на справедливую оплату труда, — сказал он. — Им пришлось начинать с нуля… буквально прорубать в густых джунглях место под городок и фермы, едва сводя концы с концами, чтобы выжить. Это было бы крайне тяжело и без строгих правил Уильяма Лейна». В итоге спустя почти три года «Новая Австралия» представляла собой несколько небольших деревень и ферм, но многие переселенцы уже уехали оттуда за лучшей жизнью в большие города. В ответ на отъезд поселенцев, финансовые проблемы, и поведение молодых стригалей, откровенно плевавших на запреты, глава общины Лейн попросту покинул «Новую Австралию». Позже он еще раз попробовал построить свою «утопию» - на сей раз с еще более преданной группой христиан-социалистов, но и она закончилась неудачей. А через пять лет после отъезда из Австралии Лейн отказался от своих амбициозных планов, переехал в Новую Зеландию и вернулся к журналистике – правда, устроился не в социалистическую, а в правую газету. Многие же переселенцы вернулись на родину, поселившись в Милдуре, штат Виктория, и регионе Риверленд в Южной Австралии. На фото первая группа австралийцев, отправившихся в Южную Америку в 1890-х годах, чтобы основать коммуну.