Globe Trotter

Изумрудные волны на закате. Снимок, сделанный над холмами Сан-Хосе, штат Калифорния, в золотой час, показывает горный хребет Диабло во всей его зелени после зимних дождей. Фото – финалист конкурса аэрофотосъемки 2026.

+1

Музей Мунка в Осло отмечает Национальный день обнажения – National Nude Day. Это неофициальный международный праздник, посвященный бодипозитиву, принятию своего тела и натуризму, который ежегодно отмечается 14 июля. Несмотря на слово «Национальный» в названии, сегодня этот день празднуют нудисты и натуристы из более чем 30 стран мира, включая США, Новую Зеландию, Великобританию, Австралию и Канаду. Корнями праздник уходит в Новую Зеландию начала 2000-х годов. Известный телеведущий Марк Эллис в эфире спортивного шоу в шутку призвал зрителей пробежаться голышом перед тогдашним премьер-министром страны Хелен Кларк. Идея освобождения от одежды ради веселья и борьбы со стереотипами быстро вышла за пределы одной страны и превратилась в глобальное ежегодное событие. Главная цель этого дня – напомнить, что человеческое тело прекрасно в своем естественном виде, и помочь людям избавиться от комплексов, не нарушая при этом законы о публичном порядке. Участники движения подчеркивают, что нагота для них лишена сексуального контекста и символизирует гармонию с природой и равенство. Празднуют этот день самыми разными способами, но так, чтобы не смущать окружающих и избегать штрафов за эксгибиционизм. Самый популярный вариант – провести время на официально разрешенном нудистском пляже, в специализированном закрытом курорте или в натуристском клубе, где одежда является необязательным элементом.

Глобальный тренд в градостроительстве – давать новую жизнь индустриальным окраинам. Так произошло с портами Гамбурга, Копенгагена и Роттердама: они превратились в благоустроенные кварталы с ухоженными набережными и культурными центрами. Похожий процесс идёт сейчас в Нагатинском Затоне, чьим центром в советские годы был Московский судостроительный и судоремонтный завод. Рядом с ним сложился рабочий посёлок, а названия улиц – Судостроительная, Речников, Якорная, Затонная – до сих пор напрямую отсылают к этому производству. Самого завода уже нет, но память о нём заложена в плане развития района и в деталях реализации – архитектура ориентирована на воду, появились новые удобные набережные, а станцию БКЛ «Нагатинский Затон» украшает мозаика с изображением речных рыб. Об этом я узнал из колонки Дарьи Беляковой на канале «Градостроительный комплекс Москвы»: она собрала основные факты о том, что уже изменилось и должно измениться в районе – его полностью переосмыслили, но связь с прошлым не потеряли.

Флоренция оказалась в центре скандала вокруг наследия ЮНЕСКО из-за реконструкции бывшего оперного театра Teatro Comunale, получившей прозвище «чёрный куб». ЮНЕСКО начала проверку проекта на предмет соответствия статусу Всемирного наследия – исторический центр города был включён в список в 1982 году как образец целостного облика купеческого города эпохи Возрождения. Исключение из списка организация называет крайней мерой, которой обычно предшествует диалог с национальными властями. Здание театра снесли в 2021 году, оставив только фасад. В прошлом году архитектор Витторио Грасси представил жилой комплекс с почти 30-метровой тёмной структурой и белыми корпусами с чёрными верхними этажами – 156 апартаментов под управлением Starhotels и 30 апартаментов на продажу. Проект вызвал протесты и уголовное расследование в отношении 15 человек, включая Грасси и чиновников, – их подозревают в подлоге и нарушениях кодекса охраны наследия; следователей интересует превышение высотных ограничений и возможное давление на чиновников при согласовании. Итоговая постройка существенно отличается от версии, утверждённой муниципалитетом в 2018 году и отклонённой органами охраны наследия в 2020-м. Группа жителей Salviamo Firenze считает происходящее символом коммерциализации исторического центра: в радиусе 1,5 км от Дуомо для туризма и инвестиций переоборудовано 300 тысяч кв. м недвижимости. Критике подверглась и многолетний руководитель городского департамента градостроительства Стефания Фанфани, которая от комментариев отказалась, сославшись на продолжающееся расследование.

+6

Вилла Нара Мондадори, спроектированная в 1968 году Оскаром Неймаром для Нары Мондадори, дочери итальянского издателя, магната Арнольдо Мондадори, является одним из немногих частных проектов знаменитого бразильского архитектора на юге Франции, на Кап-Ферра. Вилла до сих пор находится в частной собственности и редко открыта для публики. А жаль…работы Пикассо, Джакометти, Фонтана и Ива Кляйна, в окружении мебели Шарлотт Перриан, Жан-Мишеля Франка да еще с таким видом! 📌via charlesmagne

+3

Рядом с храмом Santo Volto раскинулся парк Дора– один из крупнейших постиндустриальных парков Италии, спроектированный немецким ландшафтным архитектором Петером Латцем, автором знаменитого парка Duisburg-Nord в Рурской области. Он разбит на несколько секторов, которые сохранили имена бывших заводов, и в каждом оставлены фрагменты старых цехов: гигантский ангар длиной больше трёхсот метров и высотой с девятиэтажный дом, градирня Michelin, ставшая своего рода эмблемой парка, старые опоры цехов, вокруг которых теперь разбиты газоны и детские площадки. Бывшие резервуары для промывки металла переделали в фонтаны, проложили велодорожки вдоль реки Дора, сделали скейт-парк, спортивные площадки и зону для выгула собак. Весь парк устроен как открытый музей индустриальной археологии, в который вписана и церковь с её трубой. Сделано все с любовью к городу и его истории. Безусловно стоит поездки на окраину Турина.

+5

Одно из самых мощных впечатлений от Турина – Церковь Святого лика и парк Дора рядом с ней. Церковь Santo Volto находится на севере города, в квартале, который ещё лет тридцать назад был промзоной: там работали сталелитейные цеха Ferriere Fiat, а рядом стоял завод французского концерна Michelin. Когда в девяностые производство свернули, город решил превратить территорию в парк, сохранив отдельные следы прошлого – так возник план реновации района "Spina 3", и в его рамках на месте бывших цехов раскинулся Parco Dora. Церковь строил швейцарский архитектор Марио Ботта в 2004–2006 годах по заказу туринского архиепископа Полетто. Само здание сложено из семи башен – по числу церковных добродетелей – облицованных красным веронским камнем, а форма отсылает шестеренке, – поклон индустриальному прошлому квартала. Изнутри башни работают как световые колодцы: дневной свет падает через скошенные под 45 градусов верхушки и стекается к алтарю. За ним на стене выложен Лик с Туринской плащаницы – кирпичной кладкой из светлых и тёмных кирпичей, которые вместе складываются в крупный рельефный "пиксельный" портрет. Рядом с церковью – заводская труба, из которой сделали колокольню. Вернее, это символическая колокольня – колокола внизу, так как на трубе они бы не поместились. Вокруг неё обвивается спиральная стальная лента с острыми зубцами, похожая на терновый венец. Удивительное смешение индустриального и сакрального!

+5

Хироши Нагаи – культовый японский иллюстратор, чей уникальный стиль определил визуальную культуру музыкального жанра сити-поп в 1980-х годах. Родился в 1947 году, рос самоучкой и формировал свой почерк под влиянием американского поп-арта, гиперреализма и живописи Дэвида Хокни. Решающими для его творчества стали поездки в США в 1970-х: Нагаи был очарован солнечной Калифорнией, модернистской архитектурой и обилием бассейнов. Этот образ безмятежной Америки лег в основу его картин. Для работ Нагаи характерны ультрамариновые небеса, лазурные бассейны, пальмы и винтажные кабриолеты. Он рисует акриловыми красками и аэрографом, добиваясь безупречной геометрии и гладких градиентов. Главная особенность его – полное отсутствие людей. Фактически это мечта об отдыхе которую невозможно достичь в наше время овертуризма. Пустые пространства у воды рождают у зрителя глубокое чувство ностальгии, покоя и легкой меланхолии. Мировую известность Нагаи принесла обложка альбома «A Long Vacation» (1981) музыканта Эйити Отаки. Рисунок пустого бассейна под ярким солнцем стал символом расцвета японской «экономики мыльного пузыря». За свою карьеру он оформил десятки пластинок (включая работы для Тацуро Ямаситы и современные сборники Pacific Breeze), сотрудничал с брендами вроде Uniqlo и выпускал артбуки. Сегодня его творчество переживает вторую волну популярности, став главным источником вдохновения для субкультур вейпорвейв и лоу-фай.

+5

Можно ли прокачать культурные мускулы? Такой вопрос ставит инсталляция литовского художника Аугустаса Серапинаса, ранее показанная на Арт Базеле и вот теперь доехавшая через три года до Порту. Работа называется «Physical Culture» («Культура тела») – в Порту она получила название «Cultura do Corpo: Edição Porto» и открылась 11 июля в Galeria Municipal do Porto, где идёт до 11 октября. Это первая персональная выставка Серапинаса в Португалии, куратор – Жуан Лайя. Суть инсталляции проста и остроумна одновременно: художник превращает пространство галереи в гибрид спортзала и рисовального класса. На тренажёрах для бодибилдинга вместо привычных гантелей и грузов – слепки классических скульптур: более 60 реплик работ из коллекции Национального музея Соареш душ Рейш. Отправная точка для художника – собственный опыт учёбы в художественной школе им. Чюрлёниса в Вильнюсе, где рисование с гипсовых слепков было основой академической подготовки. Серапинас сближает две дисциплины, которые на первый взгляд кажутся далёкими друг от друга: заучивание мышечных движений в спортзале и заучивание «руки» в рисовальном классе – и то, и другое держится на повторении, дисциплине и стремлении к идеальной форме, унаследованной от греко-римского культа тела. Первая версия «Physical Culture» появилась ещё в 2012 году, когда Серапинас был студентом третьего курса скульптурного отделения Вильнюсской художественной академии. С тех пор проект показывали на Frieze London, в секции Unlimited на Арт Базеле в Швейцарии (2023) и в других местах, а самая масштабная его версия на сегодня была реализована в Центре современного искусства (CAC) в Вильнюсе в 2025 году. Каждый раз, когда работа переезжает в новый город, она пересобирается заново, вовлекая местных участников. Так и в Порту: на открытии инсталляцию оживляли нанятые физкультурники и рисовальщики – настоящие тренеры проводили тренировки прямо среди «скульптурных» тренажёров, а художники по академическому рисунку показывали, как работать с гипсовыми слепками. Но в последующие дни границы между «зрителем» и «участником перформанса» стираются: заниматься на тренажёрах и рисовать может любой посетитель галереи – и таким образом буквально становится частью произведения.

С первого взгляда ничего особенного, но это изображение опубликовано в соцсетях авиакомпании Norwegian. Накануне вчерашнего четвертьфинального матча чемпионата мира по футболу между Норвегией и Англией норвежский авиаперевозчик предложил своему британскому конкуренту пари: авиакомпания проигравшей страны обязана на сутки сменить свой официальный логотип в соцсетях на эмблему своего конкурента. Сборная Англии обыграла Норвегию со счетом 2:1 и вышла в полуфинал. Поскольку Норвегия уступила в матче, Norwegian Air пришлось временно примерить логотип британского конкурента. Можете проверить – он и сейчас там! Но для Norwegian и её пассажиров всё не так уж мрачно. Это идеальный случай, когда поражение превращается в маркетинговую победу. «Отличная игра, Англия. Как насчёт поездки в Норвегию?» – говорится в последнем посте авиакомпании, которая в хорошем настроении объявляет, что, несмотря на поражение её сборной, на все направления Norwegian действует мгновенная распродажа по промокоду.

Отметим день рождения Армани этим интимным снимком с полосатым другом в состоянии эйфории. Ну а кто бы не впал в эйфорию, если бы его так Армани приобнял? 📷 Helmut Newton

Многие туристы делают непростительные ошибки в японских онсэнах. Чтобы избежать неловких ситуаций, CNN Travel попросил сертифицированую «сомелье онсэнов» Мики Лендон помочь разобраться в особенностях этикета. Что такое онсэн Термин применим не к любой купальне, а только к воде природного происхождения. Существует отдельный закон, который признаёт источник онсэном, если температура воды у выхода из земли не ниже 25°C, либо, если вода холоднее, — при условии, что в ней содержится один из 19 минеральных компонентов в определенной концентрации. Япония официально насчитывает свыше 25 тысяч таких источников. Многие рёканы (традиционные гостиницы) пускают на купание и тех, кто в них не живёт, – обычно за плату до $10. Дисциплина и гостеприимство Рёканы работают по жёсткому расписанию – заезд, ужин, купание, завтрак и отъезд в строго определённое время. Это не прихоть, а часть концепции omotenashi: персонал готовит чай, ужин и саму купальню к точному моменту прибытия гостя, и опоздание ломает всю логистику. Однажды на постоялом дворе Soene сотрудник по ошибке зашёл убирать женскую купальню, не зная, что иностранные гостьи задержались там сверх положенного времени. Такое поведение с точки зрения японца неуважительно – оно ставит в неловкое положение сотрудников онсэна. Нагота и татуировки Традиция купания без одежды восходит к добуддийским временам, а смешанные купальни были нормой до конца XIX века, когда под влиянием западной морали ввели официальный запрет на совместное купание. Тем не менее в некоторых местах – например, в Amagase Onsen на Кюсю или в Sukayu Onsen в горах Хаккода – смешанные купальни (konyoku) сохранились до сих пор, порой без каких-либо перегородок. Что касается татуировок – запрет исторически связан с ассоциацией с якудза, хотя сегодня, по некоторым оценкам, лишь около половины членов группировок ещё носят тату. Можно либо заранее подобрать онсэн по сайту Tattoo Friendly Onsen, где собраны места, допускающие гостей с татуировками, либо, если выбранного онсэна нет в этом списке, заранее предупредить администрацию о татуировке. Негласные правила Японцы редко делают замечания напрямую – скорее молча отойдут в сторону, если полотенце гостя коснулось воды или волосы распущены в купальне. Обязательно мытьё перед входом в источник и возврат тазиков и скамеек на место. Ключевое понятие – «читать воздух» (kuuki wo yomu): если вокруг тишина, стоит вести себя так же; если звучит смех и разговоры – можно присоединиться.

Семья Альбукерке, построившая в XVIII веке дворец Матеуш (ныне – символ известного винного бренда), имеет также симпатичный небольшой отель неподалеку, в городе Вила-Реал (Португалия). Он тоже находится на территории семейного поместья. Casa Agrícola da Levada – проект Инеш де Альбукерке, чья семья владеет этими землями с XVI века. Главный дом построен прадедом нынешней хозяйки в начале XX века, после его возвращения с поста губернатора в Мозамбике – просторное, но скромное по декору здание с акцентом на натуральные материалы и ручную работу. Здесь шесть номеров с каминами и собственными ванными комнатами. Есть и альтернатива – отдельные каменные дома в традиционном для португальских дворянских усадеб стиле: побеленные стены, открытые деревянные балки, полностью оборудованные кухни и камины; у некоторых домов есть террасы с видом на долину реки Корго. Поместье занимает около 7 га садов и цветников, где обитает множество птиц. Из развлечений – бассейн с родниковой водой. В меню ресторана – пирог с телятиной, треска и овощи с собственного огорода, а на десерт подают «слюну верблюда» (baba de camelo) – густой карамельный крем. На завтрак – свежие ягоды, арбуз, яичницу и хлеб с айвовым джемом – тоже домашнего производства. Главная причина ехать именно сюда – возможность совместить отдых с визитом во дворец Матеуш, построенный в 1744 году тем же родом Альбукерке и считающийся одним из лучших образцов португальского барокко. Перед фасадом – рукотворное зеркало воды, спроектированное архитектором Гонсалу Рибейру Теллешем. В дворцовой капелле, посвящённой Богоматери Утешительнице (Nossa Senhora dos Prazeres), хранится одна из главных религиозных реликвий Португалии – мощи святого Маркуша, молодого римского аристократа, казнённого в IV веке за отказ отречься от христианства. Тело было перевезено в Матеуш в 1705 году родственником семьи, служившим при Ватикане, хотя такие же мощи хранятся и в римской базилике Санти-Косма – так что вопрос, где покоится «настоящий» святой, остаётся открытым.

+2

Медина в Касабланке находится в тени более масштабных медин Феса и Марракеша. Однако теперь появился хороший повод её посетить: здесь открылся новый музей по проекту Тадао Андо. И это единственное его здание в Африке. Музей фотографии и визуальных искусств (MMPVA) открылся 23 июня, в двух шагах от бастиона Скала – одной из главных достопримечательностей старой медины. Изначально фасад планировали в открытом бетоне – фирменном материале Андо, но от этой идеи отказались ради сохранения облика медины. Бетон оставили только внутри – в центральном объёме, который называют «коробкой в коробке». Снаружи – бутовый камень и штукатурка в цвет старого города. Единственная уступка внешнему миру – стеклянная галерея вдоль фасада, сквозь неё интерьер музея виден прямо с улицы. Символизма в датах тоже хватает: открытие совпало с двухсотлетием изобретения фотографии и пятой «Ночью музеев» под патронажем короля Мохаммеда VI. Управляет музеем Национальный фонд музеев – соглашение о передаче подписали ещё в январе. Первая выставка называется CASA – 48 фотографов и художников, отобранных научным комитетом, среди них Лейла Алауи, Дауд Аулад-Сайяд, Лалла Эссайди, Малик Неджми, Йорьяс, Марселин Фландрен. Куратор – Суфиан Эр-Рауи, хранитель Национального музея фотографии.

Отличные новости для Порту – с сегодняшнего дня проезд на общественном транспорте для резидентов бесплатный. Причём не только по самому городу, но и по всей агломерации: программа охватывает метро, автобусы STCP, пригородные поезда CP и фуникулёр Гиньяйш. Порту стал первым таким городом в Португалии, и похожий принцип – бесплатный проезд по именной резидентской карте – действует в нескольких европейских городах: в Таллине (тоже на всю агломерацию, но по другой схеме финансирования – через налоговые отчисления зарегистрированных резидентов), на Мальте (похожая логика с картой Tallinja, хотя часть маршрутов вроде экспресс-линий остаётся платной) и в Люксембурге (там ещё радикальнее – проезд бесплатен вообще для всех, включая туристов). Чтобы пользоваться этой привилегией, нужно получить Cartão Porto (муниципальная карта, выдаётся бесплатно всем резидентам) и активировать в нём бесплатный проездной Passe Metropolitano Gratuito – это делают в офисах Andante или точках Payshop, процедура занимает буквально секунды. Активация ежегодная. Резиденты младше 23 лет, у которых уже был бесплатный проезд, ничего делать не должны. Вообще Cartão Porto – невероятно полезная штука: она даёт 50%-ную скидку на билеты в Teatro Municipal do Porto (Rivoli/Campo Alegre) и в киноцентр Batalha, из-за чего и так недорогие билеты кажутся практически бесплатными. Повезло мне с городом!

+3

В 1958 году Офис туризма заказал Аньес Варда рекламу Лазурного берега. Она сняла ироничный фильм про туристов, которые едут искать свой рай и сами становятся частью пейзажа Канн, Ниццы и Сен-Тропе. 26-минутный фильм называется «Du côté de la côte» — каламбур, который не переводится. Côté — сторона, côte — берег, звучат почти одинаково. Это явная отсылка к Прусту: «Du côté de chez Swann». Две вещи хочется сказать: во-первых, нестерпимо захотелось на море, а во-вторых, ну как я обожаю французов, только у них могла случиться такая туристическая реклама. PS: даже три — посмотрите на эти шляпки!

В августовском Wallpaper, целиком посвященном креативной Америке (к 250-летию США), опубликована неожиданная для журнала о дизайне колонка на тему, которая волнует буквально всех. О чаевых, которые стали в США добровольно-принудительными. Характерно, что написал ее человек, воспринимающий эту культуру со стороны, – сингапурский редактор Дэвен Ву. У меня, такого же постороннего для американской системы, как и Ву, чаевые в 18-25% от счета вызывают противоречивые ощущения. Я понимаю, что это по факту часть зарплаты официанта, которую работодатель перекладывает на клиента: он платит персоналу минимально разрешенную ставку, а остальное доплачивает посетитель – так создается иллюзия более низкой цены в меню. Плати работодатель официантам полноценную зарплату, как в любой другой профессии, чаевые были бы не нужны вовсе – но и сам чек оказался бы выше. Однако здесь возникает парадокс. Допустим, вы заказали за ужином бутылку вина за 50 долларов. А кто-то – за 500. Официант сделает одну и ту же работу, но получит чаевых в 10 раз больше. И это уже не про хорошо сделанную работу, а про то, что богатые платят больше. Получается парадоксальный инструмент социальной справедливости: несправедливый по устройству – вознаграждение никак не связано с реальным объемом труда, – но именно за счет этого богатые невольно доплачивают тем, кто менее защищен, и делают их чуть более защищенными. Тема американских чаевых вспыхнула с новой силой во время чемпионата мира по футболу, куда приехали в том числе болельщики, впервые попавшие в США и столкнувшиеся с необходимостью оплачивать весомые чаевые к и так недешевым счетам. Но так уж вышло, что чаевые – неотъемлемая часть американского опыта, и, нравятся они или нет, к ним надо относиться как к данности.

Капелла Марка Ротко и Музей коллекции де Менил, спроектированный Ренцо Пьяно в Хьюстоне, как фон для рекламной кампании Loro Piana осень/зима 2026. Джона и Доминик де Менил, разбогатевших на нефти, называли Медичи XX века. Это они из Техаса, ассоциировавшегося раньше с ковбоями, сделали один из мировых центров современного искусства. В их коллекции, открытой для публики бесплатно, 17000 произведений искусства, от древности до Энди Уорхола. Именно Менилы дали Марку Ротко полный карт-бланш на создание внеконфессиональной капеллы, которую они решили построить в Хьюстоне, вдохновившись "Капеллой четок" Матисса в Вансе. 📷 Mario Sorrenti

+6

こんにちは Немного Японии вам в ленту Гест-хаус Cliff Cabin в Изу, что недалеко от Сидзуоки. Тихо и спокойно 🫶🏻 Японские дачники знают толк в отдыхе даже без огорода 🥹

«Моя самая главная амбиция — никогда не скучать». Сегодня лучшей Мортишии Аддамс в истории – Анжелике Хьюстон – исполнилось 75. 📷 Bob Stone