Der Immigrant ✔

Откуда взялось слово ремиграция? Отвечает берлинский корреспондент The Economist в рассылке Café Europa Наблюдая за мероприятием по созданию молодежного крыла партии «Альтернатива для Германии» (AfD) в прошлом году, я был поражен повторяющимся рефреном со сцены. «Только массовая ремиграция защитит наших женщин и детей», — заявил один из вновь избранных членов правления. Другой оратор призвал к «массовой ремиграции». Каждое употребление этого термина вызывало громкие аплодисменты. Посетители могли даже купить наклейки с надписью «ремиграция» на торговых стендах снаружи. «Ремиграция» — это слово, которое когда-то считалось неприемлемым даже для популистских националистов из AfD. Его путь к тому, чтобы стать чем-то ближе к мейнстриму, во многом является заслугой одного человека: Мартина Зеллнера, 37-летнего австрийского активиста крайне правых взглядов и автора книги «Ремиграция: предложение», которая в 2024 году ненадолго попала в список бестселлеров Германии. Г-н Зеллнер делит иммигрантов на три группы, которые, по его мнению, должны подлежать ремиграции, под чем он может подразумевать что угодно, от принудительной высылки до поощрения иммигрантов к самодепортации: нелегальные иммигранты; легальные иммигранты; и, наконец, натурализованные, но «неассимилированные» граждане. Г-н Зеллнер полагает, что в течение нескольких десятилетий ремиграция может остановить «великую замену» большинства населения и защитить этническую идентичность Европы. «Три шага вперед, два шага назад, пока эти термины не перейдут из разряда немыслимо радикальных... в разряд популярных», — сказал он однажды. Судя по растущей популярности этого термина, у г-на Зеллнера есть основания быть довольным своими успехами. На прошлой неделе ультраправая группа вызвала бурю возмущения в итальянском парламенте, представив петицию с требованием принять закон о ремиграции. В 2024 году Дональд Трамп восхитил последователей г-на Зеллнера, намеренно употребив это слово. Но самое главное, что г-н Зеллнер, по-видимому, имеет влияние на многих членов AfD, радикальной партии, которая лидирует в некоторых немецких опросах общественного мнения и имеет шанс прийти к власти в двух восточных землях в конце этого года. Это ставит AfD перед дилеммой. Партия запрещает своим членам присоединяться к этнонационалистическому движению «Идентитар» г-на Зеллнера, и сегодня утром ее исполнительный совет принял резолюцию, предупреждающую членов не встречаться с ним лично. Две недели назад руководство партии запретило Лене Котре, члену парламента земли Бранденбург от AfD, пригласить г-на Зеллнер для проведения публичной лекции о ремиграции. Мероприятие было отменено, но сразу же перепланировано: на этот раз г-н Зеллнер выступил в качестве ведущего, а г-жа Котре — в качестве гостя. Этот фарсовый эпизод хорошо иллюстрирует деликатный баланс, который пытается сохранить AfD. Партия дистанцируется от экстремистов, таких как г-н Зеллнер, не в последнюю очередь для того, чтобы не подливать масла в огонь призывов к запрету партии, но при этом все еще надеется использовать энергию и поддержку его движения. Спросите высокопоставленных членов AfD, что они понимают под «ремиграцией», и они настаивают, что просто хотят обеспечить соблюдение действующего законодательства, то есть депортировать нелегальных иммигрантов, просителей убежища, которым было отказано, и некоторых иностранных преступников. (Алиса Вайдель, сопредседатель партии, в последнее время стала более лояльно относиться к этому термину.) Но если послушать г-на Зеллнера и его растущее число сторонников, то можно услышать гораздо более радикальные высказывания. То, что когда-то было малоизвестной дискуссией на крайнем правом фланге немецкой политики, теперь стало гораздо более серьезным явлением.