Cinemagraphie

К 100-летию Мэрилин Монро Мэгги Джилленхол сняла короткометражку под названием «Эффект плоти». В Венеции фильм показали вне конкурса. Эллен Бёрстин играет Монро, по сюжету дожившую до преклонных лет. Она приходит на прослушивание в небольшой театр и рассказывает о своём актёрском опыте. В роли молодой Монро, мелькающей во флэшбеках, – Дакота Джонсон. Оригинальное название фильма «Flesh Impact» – это «термин» Билли Уайлдера, который так охарактеризовал «особую ауру» легенды Голливуда. Она, мол, выглядит на экране такой чувственной и реальной, что у зрителя возникает ощущение, будто к ней можно прикоснуться, просто протянув руку. 📌Steve Pond, «The Wrap»: «Это умилительная грёза, история, рассказанная призраком, но между строк читается и желание уколоть. Фильм заканчивается серенадой в честь Мэрилин Монро в исполнении панк-иконы Патти Смит. Неожиданный, но в то же время уместный ход: её хриплый голос словно бросает вызов публике. <...> По сути, эта работа представляет собой рекламный ролик, снятый по заказу автомобильного бренда Genesis, – в открывающей сцене фигурирует один из их электромобилей. Но Джилленхол иронично обыгрывает этот продакт-плейсмент, в очередной раз демонстрируя свой талант в обращении с самым разным материалом». 📌Radhika Seth, «British Vogue»: «С сожалением вынуждена признать, что это… просто реклама автомобиля. <...> Однако с наследием Мэрилин Монро поступали и хуже – достаточно взглянуть на безумный фильм Эндрю Доминика «Блондинка» 2022-го года с Аной де Армас в главной роли (откровенно говоря, на это лучше не смотреть). И «Эффекту плоти» здесь нечего добавить. Как и большинство попыток передать истинную сущность Мэрилин, это провал. Глубину и противоречивость её натуры запечатлеть, кажется, невозможно». 📌Selina Sondermann, «The Upcoming»: «Эффект плоти» бросает вызов патологической неприязни Голливуда к старению. Джилленхол намеренно фокусируется на неувядающей красоте и изяществе Бёрстин вместо того, чтобы подолгу задерживаться на юном образе Джонсон. Интересным визуальным решением стал отказ от фирменной красной помады Монро в обеих версиях, её заменили нежно-розовые оттенки». 📌«The Express Tribune»: «Джилленхол рассказала, что по просьбе заказчиков экспериментировала с искусственным интеллектом во время съемок. Была предпринята попытка наложить лицо Монро на лицо Джонсон. В итоге Джилленхол отказалась от этой идеи, заявив, что в результате было уничтожено всё трогательное и живое, что привело её в проект». 📌Clayton Davis, «Variety»: «Эффект плоти» предоставляет самой популярной кинозвезде XX века то, что ей редко выпадало при жизни, – возможность высказать свое мнение».

После провала в Каннах Хирокадзу Корээда, похоже, более-менее реабилитировался в глазах критиков. В Венеции японский режиссёр представил фильм «Оглянись» – экранизацию одноименной манги Тацуки Фудзимото. Это история о двух школьницах, которых объединяет любовь к рисованию. Фудзино публикуется в школьной газете и пользуется популярностью среди сверстников, а Кёмото не выходит из дома из-за высокой социальной тревожности. Сближаясь, они обогащают творчество и жизни друг друга. Негативные отзывы присутствуют, но они в меньшинстве. 📌Rory O'Connor, «The Film Stage»: «На пресс-показе в зале Дарсена фильм вызвал реакцию, которую я могу описать только как коллективное расслабление. Может быть, этому способствовала музыка Юты Бандо (автора саундтрека к фильму «Красавица и дракон» и ассистента Дзё Хисаиси в работе над «Мальчиком и цаплей»), но скорее дело в сочетании его мелодичной гитары с утончёнными образами Корээды: скопление железнодорожных вагонов, улицы и бескрайнее небо греют душу. Режиссёр определённо вернулся в свою лучшую форму». 📌David Rooney, «The Hollywood Reporter»: «С помощью рассеянного света, естественной фактуры и мягких цветов Корээда и его оператор Сэндзо Уэно создают достойный аналог завораживающему рисованному изображению. <...> Не могут не радовать и разбросанные по всему фильму отсылки к Миядзаки». 📌Giovanni Lago, «Next Best Picture»: «Оглянись назад» – занимательная драма о взрослении, но она существенно уступает большинству предыдущих работ Корээды. Связано это с его решением максимально точно придерживаться исходного материала. Такой подход – палка о двух концах. С одной стороны, следуя за первоисточником, он угождает поклонникам манги Фудзимото, но с другой, лишается индивидуальности. Результат в конечном итоге можно назвать разве что удовлетворительным». 📌David Ehrlich, «IndieWire»: «Пожалуй, это самое близкое к работам Макото Синкая актёрское кино, которое я видел. События развиваются в течение календарного года, так что мы можем наблюдать за сменой сезонов в Никахо. Корээда представляет нашему вниманию упоительной красоты мозаику из изумрудно-зелёных полей, сиренево-голубых зимних закатов и снега настолько белого, что когда Фудзино и Кёмото медленно поднимаются в гору, создаётся впечатление, будто они идут по чистому листу бумаги».

«Возможная любовь» Ли Чхан-дона – возможный победитель Венецианского фестиваля. Первый за восемь лет фильм корейского режиссёра получил от критиков щедрую порцию комплиментов. «Возможная любовь» – это история отношений двух пар, стоящих на разных ступенях социальной лестницы. Хо-сок, лишившись работы, переживает серьёзный личностный кризис. В это время его жена Ми-ок случайно знакомится с режиссёркой-документалисткой Ё-джи, которая снимает кино о жертвах корпоративных сокращений. Ми-ок с трудом уговаривает супруга поучаствовать в съёмках. А финансирует всё это дело Сан-у, шутливо прозванный за свои богатства Стивом Джобсом, и по совместительству муж «независимой» режиссёрки. 📌Jessica Kiang, «Variety»: «Фильм предваряет краткое посвящение: «В память о «Декалоге 10» Кшиштофа Кесьлевского и Кшиштофа Песевича». Но «Возможная любовь» – работа полностью оригинальная, она не имеет никакого отношения к сюжету «Декалога 10», вдохновленного десятой заповедью: «Не возжелай чужого». Алчность у Ли интерпретирована иначе. В отличие от других грехов, таких как кража, убийство или прелюбодеяние, она, по сути, является мыслепреступлением, поэтому основной ареной действия становится сознание героев. Нужно быть настоящим волшебником, чтобы превратить внутренние переживания в такой захватывающий фильм». 📌David Rooney, «The Hollywood Reporter»: «Как всегда у Ли, фильм снят безупречно. Камера оператора Ким Джи-ёна двигается сдержанно, благодаря чему персонажи выглядят максимально естественно и изящно, а чарующие мелодии Чон Джэ-иля для фортепиано и струнных обостряют чувства, не прибегая к манипуляциям». 📌Rory O'Connor, «The Film Stage»: «Предела драматизма фильм достигает в нескольких сценах, когда все четыре персонажа собираются вместе, – в эти моменты с одинаковой вероятностью можно допустить как эротический, так и деструктивный вариант развития событий». 📌David Ehrlich, «IndieWire»: «...матрица желаний, заложенная в сценарии Ли и О Джон-ми, слишком сложна, чтобы взломать её до финала. Да, Ми-ок вожделеет элегантный гардероб и дизайнерские сумочки Ё-джи, а в воздухе витает сильное сексуальное напряжение каждый раз, когда она остается наедине с Сан-у (из этого напряжения рождается незабываемая предрассветная сцена на частном пляже в третьем акте). Но было бы чудовищным упрощением заключить, что речь идёт исключительно о зависти женщины из рабочего класса к её богатой подруге. Столь глубокий и многогранный фильм как «Возможная любовь» не сводится к демонстрации разрыва между имущими и неимущими». 📌Peter Bradshaw, «Guardian»: «Ли Чхан-дон делает своему зрителю комплимент, относясь к нему как к интеллектуалу, способному уловить тонкие драматические нюансы. <...> Это мрачное, горько-сладкое, элегантное кино».

«Прайм-тайм» с Робертом Паттинсоном показали в Венеции. Фильм Лэнса Оппенхайма рассказывает о закулисье скандального телешоу «Поймать хищника», которое выходило на канале NBC с 2004-го по 2007-й по средам в 21:00. Ведущий Крис Хансен с командой ловили тех, кто вёл переписки сексуального характера с несовершеннолетними, и передавали их в руки правоохранительных органов. Но за благородной целью спасения детей скрывалось стремление к высоким рейтингам и личной славе. 📌Martin Tsai, «AwardsWatch»: «Режиссёр Лэнс Оппенхайм, пришедший из документального кино, умело работает с изображением. Пикселизированные логотипы в начале фильма и академический формат кадра воссоздают эстетику той эпохи – непричёсанного телевидения нулевых. Интернет ещё далёк от того интуитивного интерфейса, к которому мы привыкли, в кадре он предстаёт чем-то громоздким, уродливым и до странности интимным». 📌Ema Sasic, «Next Best Picture»: «Зритель давно привык к тому, что Паттинсон удивительно хорош в каждой из своих ролей, и «Прайм-тайм» в этом смысле – не исключение. Полностью переняв манеры ведущего, он медленно погружается в безумие. Этот захватывающий перфоманс напоминает выступление Джейка Джилленхола в «Стрингере». 📌Jessica Kiang, «Variety»: «У фильма до жути эффектное звуковое оформление: пульсирующая, местами вызывающая тошноту музыка Ари Балузяна смешивается с грязными фразами из секс-переписки – главный герой репетирует разные интонации, готовясь прочесть текст в прямом эфире». 📌Nicholas Barber, «BBC»: «Это не рядовая драма, а избыточно-галлюцинаторная чёрная комедия. Вместо того, чтобы подробно рассказывать о прошлом Хансена или о создании шоу «Поймать хищника», фильм погружает зрителя в самую гущу лихорадочного сна, где всё выглядит абсолютно правдоподобно, и при этом тревожаще странно». 📌Dallas King, «Flick Feast»: «После просмотра «Прайм-тайма» вам определённо понадобится горячий душ, чтобы смыть с себя всю эту грязь».

Французская драма о «трудных» подростках «15/18» («Место исцеления») Седрика Кана – не главный претендент на награды в венецианском конкурсе, но любопытный экземпляр для поклонников жанра. Международное название «15/18» отсылает к возрастному диапазону пациентов психиатрического отделения, где и разворачиваются события фильма. По сюжету, бунтарку Люсию повторно госпитализируют после очередной попытки самоубийства. Воссоединившись со своей подругой Элоизой, она погружается в больничные будни. Но тут на горизонте появляется некий Энцо, проявляющий симпатию к обеим девушкам сразу. В основу сценария, написанного Каном в соавторстве с Кахиной Ле Керрек, легли их личные наблюдения за аналогичными психиатрическими отделениями. 📌Ema Sasic, «Next Best Picture»: «Наличие некоторого количества хрупких подростков под одной крышей предполагает, что рано или поздно разразится буря. Так и случается. Болезненные телефонные разговоры с родителями приводят к истерикам, чередуясь с приступами необъяснимой эйфории. Единственное, что может утешить героев, – это лекарства, которые делают их сонными и рассеянными. Примерно то же происходило с Дороти и её друзьями из «Волшебника страны Оз» под воздействием маков. Операторская работа Патрика Гирингелли и художника-постановщика Гийома Девьерси, которые делают акцент на белых стенах и замкнутом пространстве, усиливают ощущение причастности к происходящему». 📌Guy Lodge, «Variety»: «15/18» напоминает «Класс» Лорана Канте или одну из работ братьев Дарденн по крайней мере до финального акта, когда режиссёр вдруг резко уклоняется в сторону романтизма. Кого-то такой поворот смутит, но на самом деле это обеспечивает некоторый эффект непредсказуемости». 📌Jordan Mintzer, «The Hollywood Reporter»: «Есть ощущение, что «Место исцеления» [англоязычная адаптация названия фильма – прим. @cinemagraphie] смотрелось бы лучше в качестве документального фильма. Как художественное переосмысление реального места, населенного реальными людьми, он проигрывает. Как бы ни старался Кан, пытаясь добиться от актёров достоверности, <...> местами это всё равно кажется притворством». 📌Miriam Balanescu, «IndieWire»: «С первой сцены и вплоть до финала камера оператора Патрика Гирингелли ни разу не выходит за пределы стен учреждения. Она даже не «выглядывает» в окно, куда мечтательно смотрят подростки. Это, а также чрезмерная строгость персонала, создаёт впечатление, что жизнь в больнице очень напоминает тюремное заключение». 📌Peter Bradshaw, «Guardian»: «Фильм Кана можно сравнить с «Классом» Лорана Канте или «На Адаманте» Николя Филибера, или с «Таким летом» канадца Дени Коте. Это мощная, убедительная работа, хотя временами актёрская игра и напоминает крикливо-импровизационный молодежный театр. Режиссёр без сомнений сочувствует своим героям, что не мешает ему использовать музыку из кубриковского «Заводного апельсина», где с «трудными» подростками обходятся гораздо жестче».

И ещё одна порция новостей из Венеции (последняя на сегодня). Новый фильм Мартина Макдоны «Дикая лошадь номер девять», судя по отзывам, выдержан в его фирменном стиле – чёрный юмор, открыточные пейзажи и смерть, бродящая по пятам. В центре сюжета двое агентов ЦРУ, которые отправляются с миссией на остров Пасхи. У одного из них проблемы с памятью, а другой вынужден за ним присматривать. 📌Rodrigo Perez, «The Playlist»: «Дикая лошадь номер девять» – это удивительное сочетание трагического пафоса «Банши Инишерина» и мрачной комедийной фактуры «Залечь на дно в Брюгге». Мартин Макдона снова помещает героев на отдалённый остров, чтобы исследовать феномен мужской дружбы и круговорот жестокости в природе. Эта экзистенциальная комедия пропитана духом вестерна: двое стареющих преступников задаются вопросом о ценности собственных поступков, совершённых ради так называемого «всеобщего блага». Меланхоличное, абсурдистски-поэтичное кино, может быть, лучшее из всего, что делал Макдона». 📌Nikki Baughan, «Screen International»: «Фильм продолжает традицию Макдоны превращать место действия в полноценного персонажа, он использует все преимущества этого отдаленного эфемерного острова с его гигантскими статуями и дикими лошадьми, зелеными полями и белыми скалами, резко контрастирующими со стальными тонами и острыми углами Сантьяго». 📌William Bibbiani, «TheWrap»: «Сэм Рокуэлл – прекрасный актёр, но это фильм Джона Малковича. В сценарии Макдоны ему удалось нащупать ту глубину, до которой остальным, увы, не добраться. Его Крис – тихий страдающий человек, стыдящийся своих ошибок и в то же время исполненный гордости за то, насколько продуктивен он был в прошлом. Ворчание Малковича, которое временами невозможно разобрать, передаёт больше, чем иной двухстраничный монолог. Он великий, и «Дикая лошадь номер девять» – одна из его лучших работ». 📌Pete Hammond, «Deadline Hollywood Daily»: «Оператор Бен Дэвис работает с Макдоной уже в четвертый раз, и здесь он превосходит все ожидания, особенно благодаря длинным планам с дикими лошадьми. Они составляют ключевую деталь сюжета – некая космическая связь объединяет главного героя с этими животными». 📌Kevin Maher, «The Times (UK)»: «В «Дикой лошади номер девять» присутствуют вкрапления антифашистской полемики, но не это остаётся в памяти. Подкупает то, как герои осмысляют смерть, сопровождая свои умозаключения чёрным юмором и нецензурной лексикой».

Оговорочка по Фрейду – живой классик Вернер Херцог представил в Венеции новую работу под названием «Bucking Fastard» (на русский предлагают переводить как «Бранный услюдок»). В основу фильма легла реальная история сестёр Чаплин, которые годами носили одинаковую одежду, говорили, влюблялись и даже занимались сексом одновременно. В 1980-х девушки стали объектом внимания прессы в связи с громким судебным процессом: их обвиняли в навязчивом преследовании соседа. Херцог переносит место действия в Ирландию, сестёр Чаплин (переименнованных в Холбрук) играют Кейт и Руни Мара, а Орландо Блум – того самого беспутного соседа, который разбивает им сердца. Отношение критиков к фильму противоречиво: звучат упрёки в сумбурности, непоследовательности и откровенной монотонности. Но от сестёр Мара все в восторге! 📌Ryan Lattanzio, «IndieWire»: «...жаль, что фраза «безумие на двоих» навсегда запятнана другим, гораздо менее смелым и оригинальным фильмом, который когда-то был показан в Венеции [речь идёт о фильме «Джокер: Безумие на двоих» - прим. @cinemagraphie], ведь именно так лучше всего охарактеризовать суть отношений сестёр Холбрук: очаровательное безумие двух людей с одним сознанием». 📌Ema Sasic, «Next Best Picture»: «Сказать о фильме Херцога, что он необычный, значит не сказать ничего. Кстати, он посвящён Дэвиду Линчу, и это показательно само по себе. <...> Надо признаться, «Bucking Fastard» слишком сумбурен и неспоследователен: сквозная сюжетная линия практически отсутствует и непонятно, к чему всё это идёт. Но сестры Мара настолько хороши, что оторваться от них просто невозможно». 📌Leonardo Goi, «The Film Stage»: «Наблюдать за тем, как сёстры Мара двигаются и говорят в унисон несколько странно, но увлекательно. Требуется какое-то время, чтобы привыкнуть к их одновременной болтовне, и сосредоточиться на том, как героини (и актрисы) взаимодействуют друг с другом. На поверку их союз оказывается крайне нестабильным. Из будничных дел, которыми заняты сестры, Херцог создает целые хореографические номера с сюрреалистическим оттенком: вот они вместе пылесосят, готовят чай или открывают банку сардин, чтобы угостить ими добросердечного консультанта в исполнении Донала Глисона. Самобытность «Bucking Fastard» воплощена в его эстетике. Петер Цайтлингер – оператор Херцога с середины 1990-х – снимал большую часть фильма с использованием стабилизатора; благодаря этой технике, здесь много длинных непрерывных эпизодов, что создаёт эффект плавного повествования, а размашистые воздушные движения камеры добавляют импровизационной джазовой атмосферы». 📌Peter Bradshaw, «Guardian»: «Вернер Херцог – режиссер настолько уникальный, что даже его неудачи вызывают интерес, но, к сожалению, именно этот фильм – настоящий провал. В «Bucking Fastard» есть пара забавных моментов, но в основном это пустая трата времени и разбазаривание талантов выдающихся актрис, Руни и Кейт Мары. Автор как будто импровизирует на ходу и сцена за сценой теряет нить повествования». 📌James Mottram, «Radio Times»: «Bucking Fastard» напоминает работы Херцога прежних времён, например, «Фицкарральдо», герой которого в исполнении Клауса Кински мечтает построить оперный театр в Перу. Это столь же бескомпромиссно романтичный и странноватый фильм с элементами чёрного юмора, а некоторые его части, кажется, заимствованы из кельтского фольклора. Особое значение здесь имеют животные, в частности, лисы, которые выходят на авансцену, когда героини покидают Дублин и отправляются в сельскую местность в поисках нового начала».

Грязь, спорт и секс – базовые интересы среднестатистического человека по версии жёлтой прессы. Фильм «Чернила» Дэнни Бойла, открывший вчера Венецианский кинофестиваль, рассказывает о том, как два человека разрушают стандарты британской журналистики и создают сегодняшний движимый сенсациями мир. По сюжету, в 1969-м году восходящий медиамагнат Руперт Мёрдок и редактор Ларри Лэмб решают превратить захудалую газетёнку «The Sun» в самый влиятельный британский таблоид. Сделав ставку на скандалы и сплетни, они в рекордные сроки увеличивают продажи и занимают на рынке лидирующую позицию. 📌Robbie Collin, «Daily Telegraph (UK)»: «Немного потрёпанный, с ароматом виски и никотина на кончиках пальцев фильм «Чернила» можно считать запоздалым ответом сериалу «Безумцы». 📌Tim Grierson, «Screen International»: «Усилиями Бойла и его оператора Альвина Х. Кюхлера «Чернила» в самом начале, когда главный герой собирает свою команду топовых игроков, напоминают классический фильм-ограбление. С помощью голландских углов и ярких цветов зрителя затягивает в вихрь идей, роящихся в головах создателей «The Sun». 📌Josh Parham, «Next Best Picture»: «Ключевая сцена, в которой Лэмб собирает журналистов, чтобы обсудить с ними идеи будущих публикаций, – самая захватывающая во всём фильме. Группка людей описывает так называемые «базовые» интересы: монотонно бурчащий телевизор и раскладной диван, на котором удобно сидеть и бездумно пялиться в экран. Они хотят трансформировать это пространство, предложив зрителю нечто более увлекательное и менее нагруженное смыслами. В новых офисах, оккупированных мышами, разложение пытаются продать, обернув в блестящую упаковку. Бойл смакует эту идею, и мы видим, что она действительно сработала: люди всё меньше хотят думать, и всё чаще – развлекаться». 📌Guy Lodge, «Variety»: «Лэмб, без сомнений, умел рассказывать истории. Как и режиссёр «Чернил» Дэнни Бойл, и сценарист Джеймс Грэм, которые показывают, как менялись стандарты британской журналистики, не чураясь откровенных сексуальных сцен, демонстрации убийств и других пороков. Эффектный монтаж и зажигательный панк-ритм добавляют фильму яркости и блеска». 📌Bilge Ebiri, «New York Magazine/Vulture»: «Хотя прямого осуждения в фильме нет, автор определенно дает понять, что изображаемые события в конечном итоге привели к появлению вездесущего цифрового болота, питающегося нашим эгоцентризмом. Сегодня мы все в нём живём. «Чернила» вызывают ярость, но, может быть, это и делает фильм шедевром».

Осень начинается с Венецианского кинофестиваля – сегодня смотр стартует в 83-й раз. Как обычно, берём на себя мониторинг западной прессы, чтобы держать вас в курсе главных открытий и провалов. Как примут новые фильмы Ли Чхан-дона, Вернера Херцога, Мартина Макдоны и других, узнаем в ближайшие дни. Особенно интересны реакции на «материнский» фильм «Дау» Ильи Хржановского*, представленный в основном конкурсе. Включайте уведомления – завтра начнём с отзывов на фильм открытия «Чернила» Дэнни Бойла. *Илья Хржановский признан в РФ иноагентом

С Днём знаний! 🎬 «Эмоции», реж. Нобухико Обаяси, 1966

Вот и лето прошло, Словно и не бывало. На пригреве тепло. Только этого мало. Всё, что сбыться могло, Мне, как лист пятипалый, Прямо в руки легло. Только этого мало. Понапрасну ни зло, Ни добро не пропало, Всё горело светло. Только этого мало. Жизнь брала под крыло, Берегла и спасала. Мне и вправду везло. Только этого мало. Листьев не обожгло, Веток не обломало… День промыт, как стекло. Только этого мало. (с) Арсений Тарковский. 🎬 Кадр из фильма «Сталкер», 1979

«Ясно, что тенденция верить в то, что мы это мы, есть у нас всех. Но присмотритесь-ка получше – разве так уж прочно мы в этом уверены?» – «Я» в теории Фрейда и в технике психоанализа», Жак Лакан. 🎬 «Главное – любить», реж. Анджей Жулавский, 1975/«Граница. Таёжный роман», реж. Александр Митта, 2000

«Всё о моей матери», реж. Педро Альмодовар, 1999/«Одинокий мужчина», реж. Том Форд, 2009 О методах режиссёра-эстета, пришедшего в кино из мира высокой моды, читаем здесь.

«Портрет Нарцисса: единственный в своём роде человек, всемогущий как телом, так и духом, воплощенным в его речи, независимый и самостоятельный всякий раз, когда ему этого хочется, но другие зависят от него, хотя он не чувствует никаких желаний по отношению к ним. ...Есть ли кто-нибудь, кто не узнаёт эту фигуру из тайных глубин своих фантазий, независимо от того, служит ли он ей или поддерживает безумный план воплотить её?», – «Нарциссизм жизни, нарциссизм смерти», Андре Грин. 🎬 «Виолетта Нозьер», реж. Клод Шаброль, 1978

«Наверное, есть много такого, что горячая ванна не в силах исправить, но я об этом почти ничего не знаю. Когда мне грустно и кажется, что я вот-вот умру, или когда я так нервничаю, что не могу заснуть, или влюблена в кого-то, с кем не увижусь целую неделю, я сникаю, а потом говорю себе: «Пойду-ка я приму горячую ванну», – «Под стеклянным колпаком», Сильвия Плат. 🎬 Кирстен Данст в «Марии-Антуанетте» Софии Копполы и «Меланхолии» Ларса фон Триера

«Андалузский пёс», реж. Луис Бунюэль, 1929/«Гадкая сестра», реж. Эмили Блихфельдт, 2025

+2

Фильмы Андрея Звягинцева в международных постерах: 1. «Возвращение», 2003 2. «Изгнание», 2007 3. «Елена», 2011 4. «Левиафан», 2014 5. «Нелюбовь», 2017 6. «Минотавр», 2026