кинобудет

Город детства моего, обратил свой степной взор на меня. Это трогательно. Хотелось чего-то написать поэтичного на этот счет и напишу. Но не сегодня.

Красноярска попала в топ-20 обещающих режиссёров Яна Климова-Юсупова родилась в Красноярске и в юности работала в местных медиа. «Чтобы снять хороший фильм, нужно иметь на руках живой сценарий, плечо талантливой команды и возможность беспрепятственно работать», — считает режиссёр. О Яне и других обещающих отечественных режиссёрах Здесь: https://peopletalk.ru/article/eto-budushhee-20-mnogoobeshhayushhih-rossijskih-rezhisserov-kotorye-zadayut-novye-pravila-igry/

О, сегодня 80 лет Игорю Семеновичу Клебанову. Клебанов — мой первый оператор. А это что-то да значит. Мы вместе снимали мой дипломный короткий метр. Ну, как вместе. Я была студентка, а Клебанов президент гильдии кинооператоров России. Я пришла к нему со сценарием во ВГИКе, а он взял и снял. Я так люблю такое. Люблю когда человек не заблокирован в своих представлениях, а умеет и может быть открытым. Это был удивительный опыт. Я до сих пор очень люблю Игоря Семеновича Клебанова и до сих пор бесконечно его благодарю за свободу и талант, которым он взял и поделился, просто так.

Сны мои продолжают своё путешествие, свою гастроль из глубин моего подсознания в дремотную мякоть коры больших полушарий. Недавно мне снились кометы. Порой я вижу кометы наяву, но они проскакивают быстро, стремительно. Моё подсознание вдруг подарило мне утешение, и кометы летели и летали по небу моего сна, а я стояла, смотрела вверх и насытилась. Красиво! Сотни сияющих хвостов по густому, чёрному небу. Проснулась благодарная. А сегодня мне снились лужи. Но не просто лужи, а идеальные лужи, в которых отражались янтарные, осенние деревья. И я фотографировала лужи, и все фотографии были одна другой лучше, ибо лужи отражали осень в самом благоприятном формате. Вновь проснулась благодарная. Многого-то и не нужно для благодарности. Немного комет да капелька идеальных луж, пусть и во сне.

Тревога. Я познакомилась с ней не особенно давно, но она довольно уверенно уселась на пустое кресло в комнате, забрала мой плед, прикрыла им свои холодные колени, обосновалась. Я отношусь к ней философски — она мученица, дочь недосказанностей, нелюбимая дочь. Я смотрю на неё и вынужденно вижу. Тревога часто дышит и опускает взгляд. Это только кажется, что она суетная и громкая. Нет. Истинная тревога — молчит. Может показаться, что кресло, занятое ею, стоит на краю пропасти, и одно неверное слово пошатнёт конструкцию, и конструкция рухнет. Я наблюдаю за ней настолько прямо, насколько могу, она смотрит на меня из-под серых теней своих ресниц. Я хочу понять её, хочу понять её природу. Природа её связана из отвержения и обжигающего стыда за самою себя, за невозможность себя защитить. Пропасть у кресла — фантазия, однако фантазия до того выпуклая, что тревога и не замечает, как выдумала свой страх. Она верит в свой страх. Страх становится её документом, она перестаёт сомневаться в нём, будто кто-то решил за неё, что пропасть у кресла — константа, а не разлитый чай на ковре. Мне кажется, что я управляю ей. И я управляю, а когда я говорю это, она незаметно улыбается. Знает она таких. Укутываясь в плед, она засыпает, ей снится кресло, стоящее в тёплой комнате, где нет, решительно нет никакой опасности, пропасти разлитых чаёв вытерты, высушены ковры и в разговоре успокаивается нервный ритм, за окном тихо шуршит дождь, горят лампы и дом тот, утопая в прохладных лесах, никто и никогда не разрушит. Я вижу, как ей снится это, и думаю, что ничего, впрочем, недостижимого ей и не снится, жаль, что ей никогда этого не узнать.

+5

Открытые мастер-классы в школе кино «Индустрия» 🎬 Это отличная возможность для тех, кто горит кино, познакомиться с лидерами и друзьями школы и войти в творческое комьюнити. На встречах вы сможете перенять опыт практиков, задать вопросы и принять решение, какую профессию освоить и куда двигаться дальше. ➖25 сентября Сергей Кальварский и Наталья Капустина: «Сериал начинается не со съемок» Регистрация ➖27 сентября Владислав Юрченко и Елена Синицына: «ИРИ без провалов» Регистрация ➖30 сентября Андрей Золотарёв и Варвара Авдюшко: «Синергия художника по костюмам и сценариста/шоураннера» Регистрация ➖1 октября Владимир Маслов: «Продюсер: между авторским кино и коммерческим успехом» Регистрация ➖2 октября Анастасия Тюрина: «Скрипт-супервайзер: практика» Регистрация ➖3 октября Сергей Ерофеев и Денис Баглай: «Коммуникация исполнительного и генерального продюсера» Регистрация ➖4 октября Яна Климова-Юсупова и Агата Муцениеце: «Взаимодействие режиссёра и артиста» Регистрация 👥 Вход свободный! По предварительной регистрации. Запланированы онлайн-трансляции.

Да, дочитала вчера «Бесчестье» Джона Максвелла Кутзее. Он написал эту книгу в 99-м, получил Букеровскую премию (во второй раз), а спустя четыре года Нобелевскую премию по литературе. Это, в целом, классическая история героя-мужчины. Герой умный и красивый, неизбирательный в женщинах, собственно, сластолюбец и пижон. Такие герои привлекают читателя, а если добавить ему, что он стареет и страдает, то и вовсе — бинго. Он стареет и страдает, соблазняет студентку, это оборачивается скандалом, он уезжает к дочери в ЮАР. Дочь толстая и рыхлая, становится жертвой насильников, и у героя начинается переоценка фигуры женщины в жизни человека (да, именно так я формулирую). Хорошая книга (кроме того, что герой способен на секс с совершенно любыми женщинами, даже с совсем уж ему отвратительными, ну фу таким быть), книга о борьбе с неизбежным угасанием амбиций, книга о мужской автономии, которая начинается блистательно, а заканчивается в глубоком внутреннем одиночестве, ведь и будучи профессором порою может не хватить интеллекта (хоть и эмоционального), чтобы подстелить себе соломку, ибо та автономия — как езда на спортивном мотоцикле по трассе: справятся не все. Кроме этого, в книге волочатся тяжелые вопросы о ЮАР 2000-х, но мы их, как бы, проскочили. Писали, что это тяжелая книга, но она не тяжелая вовсе. Стыдно-с, но пойду под крыло к Сартру. Соскучилась страшно.

О, какой дождь. Шумный, большой. Лежу и смотрю в темное, мокрое окно. Сейчас дочитаю «бесчестье», буду хранить надежду, что дождь растянется и на ночь, чтобы я слушала его, чтобы представляла, как он стекает по крышам, в зеркальные лужи, сливается в холодные ручьи, по которым мы могли бы добрести и до первого снега, но мы лежим по своим кроватям и кутаемся в одеяла, потому что можно, ведь это время любезно отдано дождю.

+5

Это будущее: 20 многообещающих российских режиссеров. За последние пять лет российское кино заметно изменилось: зритель стал требовательнее, истории – смелее, а молодые авторы все увереннее заявляют о себе. Они обращаются к темам, о которых еще недавно предпочитали молчать, экспериментируют с формой и постепенно меняют культурный ландшафт. Их фильмы выходят в прокат, собирают фестивальные награды и становятся поводом для больших обсуждений (и нашей гордости). PEOPLETALK поговорил с постановщиками о современном российском кинематографе, ежедневных сложностях профессии и любви к кино, с которой все начинается. Знакомим вас с первыми 8 героями материала, а полный список нового поколения режиссеров кино – уже на сайте PEOPLETALK.

В PEOPLETALK вышел большой материал о 20 российских режиссерах которые меняют правила игры. Не знаю, меняем ли мы правила игры, но почему я не поменяла фотографию — вопрос. Можно же было не отправлять первую попавшуюся фото из телефона. Мне плохо. Ладно, какая разница, впрочем. Статью, тем не менее, надо читать, у всех остальных там отличные фотки (и умные ответы).

Вот и день позади:

Сны мои, сны. Снятся люди, с которыми и нет никакого диалога, а те, с которыми диалог есть, — не снятся. Парадокс. И те, что снятся, снятся так уверенно, что, просыпаясь, не открывая глаз, я непременно поворачиваюсь на правый бок и поджимаю кисть руки к шее, как бы заранее защищаясь от нового дня, а повернувшись, ещё секунды-другие пробегаю по уходящему сну, где мне снились те, с кем в этот день, или в эту жизнь, уже и не поговорить. Я открываю шторы, нажав на кнопку у кровати, и пока они жужжат влево и вправо, я думаю о том, что сны мои, может быть, и больше, чем явь, ведь явь — жертва обстоятельств, а сны — метафора моего сердца. И я благодарю своё сердце за честность и за те диалоги, которые случились. Пусть они и случились в обездвиженной, но живой темноте. Доброе утро!

Это вот про вчерашний вечер, который закончился поэзией. Посмотрите, какая красота была в white rabbit — истинный пир. 15 лет для ресторана — это серьезный уровень. Была рада поприсутствовать, рада была отужинать и вообще была рада. Спасибо моей компании светлой Алле и Даше. В ссылке от Posta множество светских фоток, если вам нечем скрасить осенний вечер — прошу.

Наш короткий метр «Всё горе этого мира» вот-вот покажут на 14-м фестивале женского кино CineFem, который пройдёт в Южной Америке, а именно в Уругвае. В новости от CinePromo это называют мировой премьерой. Не поспоришь. Рады, что именно фестиваль женского кино становится для нас первым, ибо история, которую мы рассказали, — это история о женщине. О женщинах, которым многое нужно вынести. Вопрос лишь в том: а нужно ли? Благодарю всю нашу команду и отдельно продюсеров Ренату Пиотровски и Анну Александрову, за веру и любовь к кино. А ещё отдельно благодарю нашу главную героиню Юлию Волкову за талант и силу духа. И прикладываю постер, который еще никто не видел, а он вот он.

Вечер, посвящённый 15-летию «Белого Кролика», на котором шеф Мухин накормил неприлично вкусно, закончился тем, что на открытой веранде, под сет господина Зарькова, с видом на огни Садового, мне громко и чисто, в самое ухо, читала свои стихи красивая поэтесса. Стихи были приличными, кстати.

+3

Это вот недавно мы с вами посмотрели «походу любовь» в Индустрии. Думаю, что скоро сделаем еще один большой показ (но другого фильма). И смотрите какой пёсик милый.

Читаю наконец-то некоторую более или менее простую книгу. После марафона изящных, но гиперболизированных внутрь произведений я наконец добралась до чего-то читающегося бытово. «Бесчестье» Джона Максвелла Кутзее. Нобелевская премия по литературе. А кто герой? А герой снова профессор (слишком часто героями книг становятся профессора). И что делает профессор? Соблазняет студентку (слишком часто профессора соблазняют студенток). Ну что же. Дочитаю — отпишусь. Вот так я стала капризна. Думаю, виной тому Сартр.