Роман Юнеман

По следам сегодняшней атаки на Москву опять вижу много комментариев в духе: «ну что, опять затерпим», «да когда же начнём воевать уже по-настоящему», «зачем мы их жалеем» и всё в таком духе. Это довольно удобный миф о том, что Россия может вот в эту же секунду дать какой-то сокрушительный ответ, просто мы не делаем этого из-за благородства или там ещё каких-то представлений нашего руководства. Это полуправда. Есть крайняя мера — использование тактического ядерного оружия. Возможно, это и правда даст какой-то эффект. Вот только не очень понятны последствия этого шага. Это и угроза уже серьёзной международной изоляции и на самом деле ограниченный эффект этого применения. Страшно будет, когда станет ясно, что ну ТЯО ударили — и дальше что? Но это всё лирика. За пределами ТЯО возможностей в эту же минуту дать какой-то «сокрушительный ответ» — нет. Потому что «воевать по-настоящему» предполагает не какие-то технические решения, какое-то чудо-оружие или расчехление всего арсенала. Эта фраза на самом деле предполагает прежде всего организационные решения. Кадровые решения. А у нас вся система держится на том, что никаких кадровых решений, никакой организационной пересборки проводить не надо. Та же защита от дронов давно уже могла быть налажена как структура вне Минобороны с возможностью использовать боевую часть на анти-дронах, а не только кинетическую (из-за этого они сейчас падают и всё равно взрываются). В работающей системе такое решение можно принять за максимум месяц. А у нас сейчас разговоров об этом ведётся уже полгода. Мифология «воевать по-настоящему» стоит на том, что есть какой-то скрытый мощный ресурс, который если задействовать, сразу начнём побеждать. Этот ресурс есть, и он организационно-кадровый, а не какой-то иной. Но и там надо полгода-год, чтобы изменения заработали. Учитывая, что нынешняя война идёт за то, чтобы всё осталось по-старому — задействован он не будет. Страшнее всего, что за 4 года войны наше госуправление не изменилось. Полгода-год для внедрения изменений кажутся долгими, вот только у нас было аж целых четыре. А западные соседи сидят, посматривают на наш бардак, да бритвочку-то точат. Что делать будем? Мысли, комментарии?