Мы макаем яблоко в мёд и желаем хорошего и сладкого года («шана това у-метука») — на первый взгляд, это очень простой обычай еврейского календаря. У этой простоты, впрочем, довольно интересная история. Впервые яблоко упоминается в связи с Рош а-Шана в «Махзор Витри» — молитвеннике французских общин с обширным сводом законов и обычаев, составленном около 1100 года. Его составил рав Симха бен Шмуэль из Витри, ученик великого Раши, рава Шломо Ицхаки, жившего в Труа и написавшего основные комментарии к Торе и Талмуду. В «Махзоре Витри» записано, что у евреев Франции принято есть на Рош а-Шана красные яблоки — просто яблоки, безо всякого мёда. Само сочетание яблока с мёдом фиксируется позже и уже не во Франции, а в Германии. Рав Яаков бен Ашер, автор кодекса еврейского права «Арба Турим» (начало XIV века), пишет, что немецкие евреи обмакивали яблоко в мёд с конкретной целью — внести сладость в наступающий год. Его современник, рав Александр Зюслин из Франкфурта, в алахическом труде «Сефер а-Агуда» идёт ещё дальше и возводит обычай к гаонам — главам вавилонских ешив VI–XI веков, чьи постановления были высшим авторитетом для всего еврейского мира той эпохи, — тем самым отодвигая его на несколько веков раньше. И тут интереснее всего то, что мёд на столе куда старше яблока. Ещё до Германии и Франции, в респонсах тех самых гаонов (VI–XI века), уже описан обычай на Рош а-Шана есть ячмень и пить мёд — «чтобы год был жирным и сладким», со ссылкой на стих из книги Нехемии: «ешьте тучное и пейте сладкое». А сама идея — есть в этот день что-то символическое — восходит ещё к Талмуду. Обычаи при этом множились и расходились. Рав Элиэзер бен Йоэль а-Леви, чьи слова приводит алахический сборник «Ор Заруа» (XIII век, составлен раввином Ицхаком из Вены), описывает традицию своей общины обмакивать в мёд не яблоко, а баранью голову (!) — отсылка к овну, заменившему Ицхака при жертвоприношении. Есть и историческая ирония, до которой обычно не добираются за праздничным столом. Яблоки во времена, когда жили герои Танаха, в Земле Израиля, по всей видимости, вообще не росли — культура была нетипична для этих мест. А «мёд» в знаменитом «земля, текущая молоком и мёдом» — скорее всего, не пчелиный: домашнего пчеловодства в древнем Израиле не существовало, так что речь шла о фруктовом, вероятнее всего финиковом, сиропе. Этот сироп многие сефардские общины и по сей день называют мёдом и подают на Рош а-Шана вместо пчелиного. Ну и последний штрих — уже не из глубины веков, а из нынешнего сезона. По словам израильских пчеловодов, спрос на мёд перед Рош а-Шана настолько велик, что потребление за этот короткий период — около 60% годового потребления мёда в стране. При этом производится в Израиле немногим больше 3 тысяч тонн мёда в год, а нужно — около 5 тысяч: своего мёда банально не хватает, так что часть банки на нашем праздничном столе вполне может быть импортной. ——— «Люди в черном» | Помочь развитию канала