Мысль о том, что Царствие небесное представлено в профанном времени в формах дурных и искажённых, что элементы конечного состояния скрыты как раз в том, что сегодня явлено безобразным и уродливым, что постыдное, наконец, тайно соотнесено со славой, есть глубокая мессианская тема. И она мне очень близка.Но когда придёт мессия, кривое станет прямым, трудное — лёгким, и забытое само собой вспомнится.Поскольку сказано: «Вот для них и им подобных — для неуклюжих, неумелых, не готовых ещё, — для них надежда есть».Капелька света, что проступила в наших изъянах и в наших мелких подлостях, была не чем иным, как искуплением. Царствовать — не означает удовлетворять. Это означает, что останется неисполненное. Утраченное не требует того, чтобы мы его вспомнили или удовлетворили, но оно стремится оставаться в нас забытым и потерянным и по этой единственной причине незабываемым.