Яндекс Кафка

В дискуссии о 1917 годе один из ключевых вопросов — правда ли, что Октябрьская революция заложила основы социального обеспечения во всем развитом мире. Типа, мы хоть и жили средненько, но зато другим давали положительный пример: капиталистические страны были вынуждены платить пенсии и пособия, поднимать зарплаты, чтобы выдержать конкуренцию с СССР за образ сияющего града на холме. Я и сам долго жил с этой мыслью. Из нее вытекал апокалиптический прогноз, на котором по всему миру выезжал левый движ девяностых и нулевых годов, — теперь, после краха Союза, неолиберализм идет в наступление и уничтожит социальные права до основания. Соперничество капитализма и социализма ускоряло социальные реформы. Теперь конкуренции нет, так зачем сохранять их результат? Казалось история готовит нам какую-то глобальную Маргарет Тэтчер (сильная женщина, которая травмировала всех левых мира на 50 лет вперед). Что мы видим спустя 35 лет после падения социализма? Никаких признаков обвала социальных расходов в развитых странах. Напротив, с 1991 года их средняя доля в ВВП заметно увеличилась и остается примерно на одном уровне с периодическими колебаниями — сейчас около 21%. Во время кризиса 2008–2010 годов, когда мировая жаба, перед лицом своего морального банкротства, должна была резать эти издержки, они, напротив, резко выросли. Причина, кстати, понятна — это тупо пособия по безработице и собственно антикризисная поддержка. Государство продолжало выполнять свои социальные функции, хотя по логике дикого капитализма должно от них отказываться. Защищенность труда снизилась в силу уменьшения роли профсоюзов. Но, внезапно, из-за этого не рухнула доля оплаты труда в мировом ВВП, а реальные зарплаты продолжили расти. Кстати, основное уменьшение этой доли в Европе пришлось на период с 1970-х до середины 1990-х, то есть оно, наоборот, приостановилось с крахом соцлагеря. Ну и вообще-то в Германии социальное государство начало появляться еще при Бисмарке, за тридцать лет до 1917-го. Как мы видим, развал советской системы на него тоже не повлиял. Социалочка не была изобретением коммунистов, хотя страх перед ними очевидно был одним из стимулов ее развития. Нужно ли было людям по всей планете бороться за свои социальные и трудовые права? Само собой, а как же. Нужна ли была победа большевиков? Разве что для того, чтобы доказать всему миру, что экономика без рынка работает сильно хуже, чем экономика с рынком. Стоило ли это последовавшей радикализации и слева, и справа, которая во многом обусловила кровавость двадцатого века? Сомневаюсь.