Первая мировая война

Канадские солдаты проходят по разрушенным улицам города Камбре (Франция), 9 октября 1918 года (в период Стодневного наступления).

«Эмден» на Диего-Гарсии Когда 4 августа 1914 года началась война, германская Восточно-Азиатская крейсерская эскадра получила приказ пробиваться домой вокруг мыса Горн. Единственным исключением стал бронепалубный крейсер «Эмден»: его командир, корветтен-капитан Карл фон Мюллер, ушёл в Индийский океан, чтобы вести там крейсерскую войну против судоходства Антанты. Чтобы сбивать с толку наблюдателей, на крейсере соорудили фальшивую четвёртую трубу — издали силуэт «Эмдена» становился похож на британский крейсер. За три месяца он потопил 28 торговых судов и два боевых корабля, обстрелял нефтехранилища в Мадрасе и фактически парализовал движение на оживлённых торговых путях. Жизнь рейдера держалась на угле и на исправных машинах, а ни того, ни другого в океане взять было негде: германских баз в Индийском океане не существовало, к британским портам ход был закрыт, и «Эмден» зависел от захваченных угольщиков и редких укромных стоянок. Одной из них в начале октября 1914 года стал атолл Диего-Гарсия — крупнейший из островов архипелага Чагос, британское владение в центре Индийского океана, в полутора тысячах километров к югу от Индии. 9 октября крейсер вошёл в его лагуну, чтобы погрузить уголь и привести в порядок обросший корпус. Атолл, занятый кокосовыми плантациями, был одним из самых изолированных обитаемых мест на планете: ни телеграфа, ни радиостанции, а связь с внешним миром поддерживалась редкими судами. Новость о европейской войне сюда просто не успела дойти. Управляющий и работники плантации приняли германских моряков как обычных гостей, с которыми стоит поддерживать добрые отношения, — сами немцы, разумеется, не торопились их разубеждать. «Эмден» спокойно провёл несколько дней на ремонте и бункеровке, после чего ушёл в океан, оставив островитян в полном неведении. Эта почти идиллическая передышка оказалась последней. 28 октября «Эмден» под фальшивой трубой прорвался на рейд Пенанга и потопил российский крейсер «Жемчуг» и французский эсминец «Муске»; к концу месяца за ним охотились не менее шестидесяти кораблей Антанты. 9 ноября 1914 года, ровно через месяц после стоянки у Диего-Гарсии, крейсер атаковал кабельную и радиостанцию на Кокосовых островах, но персонал успел передать сигнал о нападении. На него вышел австралийский крейсер «Сидней» — крупнее и дальнобойнее: в бою у Кокосовых островов «Эмден» был разбит и выброшен на берег острова Норт-Килинг, потеряв 131 человека убитыми. Высаженный на берег десант под командованием фон Мюкке захватил шхуну «Айша» и после полугодовой одиссеи через Индийский океан и Красное море добрался до Турции. Рейд «Эмдена» остался в истории и как образец крейсерской войны, и как сюжет о рыцарственном противнике: за неизменно корректное обращение с экипажами захваченных судов Мюллера называли «последним джентльменом войны». #ВэтотДень@wwimemes

Пехотинцы 20-го батальона Манчестерского полка отдыхают возле обездвиженного Mark V, принадлежащего 301-му американскому танковому батальону, 8 октября 1918 года.

Кадры, на которых немецкие резервисты продвигаются по траншее на Западном фронте в 1917 году. Вероятно, эти кадры были сняты репортерами компании Messterfilm в безопасных условиях, тем не менее, они дают невероятное представление о том, как тысячи солдат перемещались во время военных операций на Западном фронте в 1917 году. #кинохроника@wwimemes

Двое австралийских артиллеристов, помогающих раненому в ногу немецкому военнопленному во время битвы при Брудсейнде 4 октября 1917 года. Слева канонир К. С. Матиас (Gunner C. S. Mathias) из 111-й конной батареи (11-я полевая артиллерийская бригада). Справа бомбардир Т. Р. Леннокс (Bombardier T. R. Lennox) из того же подразделения.

Осенью 1915 года Сербия оставалась для Центральных держав незакрытой раной. Австро-венгерские наступления 1914 года одно за другим провалились, маленькая сербская армия выстояла, и из-за этого между Берлином, Веной и Константинополем не было прямой железнодорожной связи: Германия не могла нормально снабжать своего османского союзника. Решение было политическим и военным одновременно — привлечь на свою сторону Болгарию, недавно присоединившуюся к Центральным державам, и покончить с Сербией одним согласованным удар­ом с трёх сторон. Операцию поручили фельдмаршалу Августу фон Макензену, чья репутация к тому времени держалась на прорыве под Горлице — Тарнувом, где его группа армий весной 1915 года смяла русский фронт в Галиции и прошла на восток свыше трёхсот километров. Для сербской кампании группу армий Макензена собрали заново: германская 11-я армия, австро-венгерская 3-я армия и болгарская 1-я армия. Наступление началось 6 октября 1915 года; удар с севера, через Саву и Дунай, сочетался с болгарским наступлением с востока, перерезавшим долину Моравы и путь к Салоникам, по которому только и могла прийти помощь союзников. Эта помощь к тому моменту уже была в пути, но безнадёжно опаздывала. 5 октября в порту Салоник высадились первые части Антанты — французская 156-я пехотная дивизия и британская 10-я (Ирландская) дивизия, снятые с Галлиполи; из них сформировали Восточную армию под командованием французского генерала Морица Саррая, британскими силами командовал генерал Брайан Махон. Высадку в нейтральной Греции пригласил премьер-министр Элефтериос Венизелос, тогда как король Константин I держался проге­рманской линии — из этого противостояния вырос греческий «национальный раскол», тянувшийся потом годами. Экспедиция оказалась и слишком поздней, и слишком слабой, чтобы предотвратить падение Сербии: к 12 декабря все союзные войска откатились обратно на греческую территорию. Кампания завершилась 24 ноября 1915 года. Сербское сопротивление было сломлено, страну оккупировали и разделили между Австро-Венгрией и Болгарией, а Центральные державы наконец получили сквозной наземный коридор к Османской империи и фактический контроль над Балканами. Но полного успеха не вышло: уничтожить королевскую сербскую армию Макензену не удалось — около половины её сумела отступить через Черногорию и Албанию к портам, занятым Антантой, и эвакуироваться в Грецию. Этот зимний переход через албанские горы, обошедшийся армии и шедшим с ней беженцам огромными потерями, вошёл в сербскую память как Албанская Голгофа. Главным долгосрочным следствием 6 октября 1915 года стал сам Салоникский фронт: то, что начиналось как спасательная экспедиция для Сербии, превратилось в постоянный театр позиционной войны на Балканах. Здесь, усиленные перевезёнными с Корфу сербскими дивизиями, союзники просидели почти три года — до наступления 1918 года, которое прорвало фронт и вывело Болгарию из войны, став одним из первых звеньев в цепи распада Центральных держав. #ВэтотДень@wwimemes

Французские потери из неустановленного подразделения во время эвакуации и учёта в Парньи-Филене, Франция, неподалёку от форта Ла-Мальмезон, 23 октября 1917 года. Французское наступление на этот старый форт, построенный после Франко-прусской войны (к началу Первой мировой войны он уже считался устаревшим и потерял своё военное значение), расположенный на западной окраине Шмен-де-Дам, было предпринято в попытке вернуть боевой дух французской армии, которая после провала наступления Нивеля весной того же года переживала глубокую деморализацию и волну мятежей. Обратите внимание на санитарный автомобиль с американской маркировкой на отметке 0:05. Эти кадры были сняты в первый день этого сражения. Более того, Парньи-Филен и господствующие высоты вокруг деревни находились в полосе французских атак (на правом фланге), где в тот день был достигнут наибольший успех. Французские войска продвинулись почти на 2½ мили (около 4 км), захватив деревни Альман, Водессон и, в конечном итоге, Парньи-Филен. #кинохроника@wwimemes

Первая в истории победа в воздушном бою Осенью 1914 года авиация считалась средством разведки и корректировки огня, а не оружием. Встречаясь над линией фронта, экипажи нередко ограничивались взаимными приветствиями, а если и стреляли, то из карабинов и револьверов, с ничтожным результатом. Французская эскадрилья V.24 пошла дальше: авиаконструктор Габриель Вуазен установил на треноге в передней кабине своего биплана Voisin III пулемёт Гочкиса образца 1914 года. Машина при этом оставалась и бомбардировщиком: вместе с пулемётом она несла шесть снарядов калибра 75-90 мм. Утром 5 октября 1914 года этот самолёт поднялся около восьми часов с аэродрома Лери на высоту порядка двух тысяч метров. Экипаж, пилот сержант Жозеф Франц и механик-стрелок капрал Луи Кено, шёл бомбить форт Бримон под Реймсом. По пути французы заметили над своими позициями германский двухместный Aviatik B.I, пилотируемый сержантом Вильгельмом Шлихтингом с лейтенантом Фрицем фон Цангеном в качестве наблюдателя. Немецкий экипаж был вооружён одним карабином и в завязавшейся схватке мог только уклоняться. Франц занял положение сзади выше противника и удерживал его там около четверти часа, пока Aviatik пытался уйти. Кено израсходовал примерно сорок семь патронов, после чего пулемёт заклинило; он ещё возился с заевшим механизмом, когда германская машина, как описывали свидетели, «вздыбилась, упала на левое крыло и внезапно устремилась к земле, охваченная огнём». Самолёт рухнул близ коммуны Жоншри-сюр-Вель. Падение видели солдаты французской 5-й армии и генерал Луи Франше д’Эспере; погибших немецких авиаторов похоронили с воинскими почестями. Кено получил Военную медаль, Франц стал кавалером ордена Почётного легиона. Но куда важнее оказался вывод, который сделали из этого боя штабы, самолёт, вооружённый пулемётом, способен отнять у противника небо. Уже в следующем году появились специализированные истребители, синхронизаторы, позволявшие стрелять через винт, и само понятие «лётчик-ас», а воздушная разведка перестала быть безопасным ремеслом. Бой 5 октября 1914 года, в котором всё решили импровизированная тренога и сорок семь выстрелов, принято считать началом истории боевой авиации. Примечание: За несколько недель до этого (25 августа 1914 года) русский штабс-капитан Петр Нестеров совершил первый в истории успешный таран, сбив австрийский самолет, однако сам при этом погиб. Победа же Жозефа Франца и Луи Кено стала первым классическим воздушным боем, в котором противник был уничтожен из штатного оружия, а победители благополучно вернулись на свой аэродром. #ВэтотДень@wwimemes

Французский танкист в специальной противоосколочной маске (известной на английском как splatter mask). Снимок был сделан в октябре 1918 года во время Первой мировой войны. На голове солдата надет классический французский шлем Каска Адриана с эмблемой. Первые танки того времени не имели внутренней противоосколочной защиты стенок (подбоя). При попадании пуль или снарядов в наружную броню, даже без её пробития, с внутренней стороны отлетали раскаленные брызги металла, свинцовый порох и мелкие осколки (spalling и splatter). Для защиты экипажа использовалась эта экипировка: Металлические пластины с узкими прорезями. Они ограничивали обзор, но защищали глаза от летящих щепок и брызг свинца при наблюдении через смотровые щели танка. Основа маски была из кожанного покрытия, закрывавшее верхнюю часть лица и кольчужной сетки (фартука) для защиты губ, подбородка и шеи. Цветная История 🫥

Немецкие военнопленные в лагере в Лангемарке, битва за Polygon Wood, Бельгия, 26 сентября 1917 года. Битва проходила с 26 сентября по 3 октября 1917 года, во время второй фазы Третьей битвы при Ипре. Большая часть леса была уничтожена огромным количеством артиллерийских обстрелов с обеих сторон с 16 июля.

Солдат Русской императорской армии с датским ручным пулемётом «Мадсен» (образца 1902 года), установленным на самодельный импровизированный колесный станок, ориентировочно в 1915 году. Сам пулемет представляет собой модификацию знаменитого датского пулемета «Мадсен» (модели 1902 или 1904 года), приспособленную под патрон 7,62×54 мм R. В отличие от стандартного полевого варианта пулемета с верхним магазинным питанием, данная крепостная версия разработана под ленточное питание (приемник ленты виден сбоку) и лишена привычного приклада. Пулемет закреплен на тяжелом деревянном салазочном станке колесно-лыжного типа, напоминающем облегченный вариант станка для пулемета Максима. На станке установлен колесный ход для транспортировки по ровной поверхности и специальный подъемно-поворотный механизм в задней части с маховиком регулировки.

Фортунино Матаниа 🎨 Зарисовка сцены из Первой мировой войны: военный врач перевязывает рану солдата-женщины в бреши. 1917

К осени 1918 года османский фронт на Ближнем Востоке держался с трудом. Решающий удар нанесла битва при Мегиддо, начавшаяся 19 сентября: войска под командованием британского генерала Эдмунда Алленби прорвали оборону и обратили в бегство остатки трёх османских армий — Четвёртой, Седьмой и Восьмой, — которыми номинально командовал германский генерал Отто Лиман фон Сандерс. С 26 сентября около сорока тысяч отступавших солдат двинулись к Дамаску, а за ними началось преследование, по темпам беспрецедентное для той войны. Погоню вёл Конный корпус генерала Гарри Шовеля, наступавший сразу по нескольким направлениям. 4-я кавалерийская дивизия генерала Барроу шла через Дераа, Австралийская конная дивизия генерала Ходжсона — через Кунейтру, с боями у переправы Джиср-Бенат-Якуб и у Сасы, 5-я кавалерийская дивизия действовала на восточном крыле. Вместе с регулярными частями на Дамаск двигались и отряды эмира Фейсала, поднявшие арабское восстание против османской власти; при них находился Томас Эдвард Лоуренс. Всего за двенадцать дней, с 19 по 30 сентября, конный корпус прошёл более трёхсот километров и взял свыше шестидесяти тысяч пленных, около ста сорока орудий и пятисот пулемётов. Сам город достался победителям почти без боя. В пять часов утра 1 октября в Дамаск вошла 3-я бригада лёгкой кавалерии, и майор А. К. Н. Олден принял сдачу города в Серале — городской ратуше — от эмира Саида Абд эль-Кадера. К 7:30 в Дамаск прибыли арабские войска Фейсала, над городом подняли флаг Хиджаза, и было объявлено о создании арабской администрации. Ещё до полудня в руках наступавших оказалось около двенадцати тысяч пленных. Военные последствия были очевидны: с падением Дамаска османская оборона в Сирии рассыпалась окончательно, а меньше чем через месяц, 30 октября 1918 года, Мудросское перемирие вывело Османскую империю из войны. Политические же последствия оказались куда запутаннее. Арабы считали Дамаск столицей обещанного им независимого государства, Франция рассчитывала на Сирию по условиям раздела сфер влияния с Британией, а Алленби, прибывший в город 3 октября, разъяснил, что высшая военная власть остаётся за британским командованием. Этот узел противоречий, завязавшийся в день взятия Дамаска, определил судьбу региона на десятилетия вперёд — вплоть до французского мандата и изгнания Фейсала из Сирии в 1920 году. #ВэтотДень@wwimemes

Рядовой Джон Лесли Бест (John Leslie Best, слева) и рядовой Леонард Сесил Лудбрук (Leonard Cecil Ludbrooke, справа) — двое военнослужащих 13-й австралийской полевой скорой помощи (13th Australian Field Ambulance). 30 сентября 1917 года. Окопы на хребте Анзак в секторе города Ипр (Бельгия), в этот период там проходила кровопролитная Битва при Пашендейле (Третья битва при Ипре). Солдаты находятся в так называемых «лисьих норах» (укрытиях, вырытых в стенках окопов) во время газовой атаки или боевой тревоги. На них надеты британские противогазы коробчатого типа (Small Box Respirators). Оба этих бойца служили санитарами-носильщиками. Они успешно пережили войну и в 1918 году были награждены Воинской медалью (Military Medal) за проявленное мужество при спасении раненых под огнем. Автор оригинального снимка знаменитый австралийский военный фотограф Фрэнк Хёрли. Первая Мировая Война 📱

К осени 1918 года болгарский фронт на Балканах держался скорее по инерции: армия была истощена трёхлетней войной, снабжение расстроено, в тылу росло недовольство. 15 сентября войска Антанты начали Вардарское наступление и в районе Добро-Поле прорвали болгарскую оборону. Отступление быстро превратилось в развал: часть отходивших соединений отказалась подчиняться, восставшие солдаты двинулись на Софию и провозгласили республику в Радомире. 24 сентября болгарское правительство запросило прекращения огня. Переговоры шли в Салониках, в штабе Восточной армии союзников. Болгарскую сторону представляла комиссия из трёх человек — генерала Ивана Лукова, члена кабинета Андрея Ляпчева и дипломата Симеона Радева; со стороны Антанты соглашение подписал французский генерал Луи Франше д'Эспере. Документ был подписан в 22:50 29 сентября и вступил в силу в полдень 30 сентября. Условия были фактически капитуляцией: немедленная демобилизация болгарской армии, очищение занятых греческих и сербских территорий, возврат техники, захваченной у греческого 4-го корпуса в 1916 году, передача Антанте около 150 тысяч солдат западнее меридиана Скопье, вывод германских и австро-венгерских частей в четырёхнедельный срок, а также право союзников занимать ключевые пункты и свободно передвигаться по болгарской территории. Последствия вышли далеко за пределы Балкан. Германский император Вильгельм II отозвался на известие телеграммой царю Фердинанду I: «Позор! 62 000 сербов решили исход войны!» Сам Фердинанд в начале октября отрёкся от престола в пользу сына Бориса III. Выход Болгарии открыл южное направление на Австро-Венгрию и отрезал Османскую империю от германских поставок; в те же дни германское командование само пришло к выводу о необходимости просить перемирия. За Болгарией последовали запросы о прекращении огня от Османской империи и Австро-Венгрии в середине октября. Само Салоникское перемирие действовало до Нёйиского договора, подписанного в ноябре 1919 года. #ВэтотДень@wwimemes

Австралийские пулеметчики 12-й пулеметной роты (12th M. G. Coy) у позиций возле Анзак-Ридж во время битвы при Пасшендале в 1917 году. На оригинальном снимке видна авторская пометка «Where Bill & I got clouted» (Место, где Билл и я получили ранения от артиллерийского огня).

Американский солдат рядовой Мер Липский (Mere/Meyer Lipsky), демонстрирующий свою стальную каску (модели M1917), пробитую пулей, 11 октября 1918 года, в Аргоннском лесу во время боев во Франции.

26 сентября 1918 года на Западном фронте, северо-западнее Вердена, в районе Монфокона и Аргонского леса, союзники начали наступление, ставшее частью общего Стодневного наступления и продолжавшееся сорок семь дней — до 11 ноября. Главной силой здесь был Американский экспедиционный корпус численностью около 1,2 миллиона человек под командованием генерала Джона Першинга, вместе с которым действовали примерно 800 тысяч французских солдат под началом генералов Анри Гуро и Анри Бертло. Им противостояли около 450 тысяч немцев, объединённых главным образом в группу армий Макса фон Гальвица. Задача была прямой и очень трудной: прорвать линию Гинденбурга — многополосную систему окопов, проволочных заграждений, пулемётных гнёзд и артиллерийских позиций, которую немцы обустраивали здесь годами. Первая фаза, с 26 сентября по 1 октября, открылась артиллерийской подготовкой невиданной плотности: за три часа перед началом атаки из примерно 2700 орудий было выпущено больше боеприпасов, чем обе стороны израсходовали за все четыре года американской Гражданской войны (одной из артиллерийских групп командовал капитан Гарри Трумэн, будущий президент США). Результаты, однако, вышли неровными: часть корпусов достигла назначенных рубежей, но 79-я дивизия не смогла сразу взять Монфокон, а 28-я увязла в упорной обороне. Продвижение застопорилось, и 1 октября Першинг приостановил операцию, чтобы наладить снабжение и перегруппировать силы. Во второй фазе, с 4 по 12 октября, измотанные части сменили свежие дивизии. Именно тогда произошёл знаменитый эпизод с «потерянным батальоном» — окружёнными американскими подразделениями, которых 7 октября выручили 28-я и 82-я дивизии; а 8 октября капрал Элвин Йорк близ Корне в одиночку захватил 132 пленных и стал национальным героем. 12 октября Першинг реорганизовал экспедиционный корпус, разделив 1-ю армию на две и заменив командиров, которых счёл недостаточно решительными. Перелом наступил в третьей фазе. С 14 по 17 октября шли бои за высоту Кот-де-Шатийон: после неудач других соединений её взяла 42-я «Радужная» дивизия под командованием бригадного генерала Дугласа Макартура — этот успех считают решающим поворотом всей операции. К концу октября американцы продвинулись примерно на пятнадцать километров и очистили Аргонский лес, французы прошли около тридцати километров в направлении Эны, 6 ноября был взят Седан с его важнейшим железнодорожным узлом, а к перемирию общее продвижение составило порядка пятидесяти пяти километров. Цена оказалась огромной: 26 277 убитых и 95 786 раненых американцев, около 35 тысяч потерь у французов, у немцев — 28 тысяч убитых, 42 тысячи раненых и 56 тысяч пленных; общие потери союзников превысили 350 тысяч человек. Сказались неопытность американских войск, тактические просчёты первых дней и эпидемия «испанки». Но вместе с наступлением британцев, французов и бельгийцев на северо-западных участках этот удар окончательно лишил германское командование надежды удержать фронт и прямо вёл к перемирию 11 ноября 1918 года. Для американской армии Мёз-Аргонн остался и крупнейшей операцией в её истории, и самой кровопролитной кампанией — и одновременно тем рубежом, на котором вчерашний необстрелянный экспедиционный корпус превратился в полноценную боевую силу. #ВэтотДень@wwimemes

К осени 1915 года Западный фронт окончательно застыл в сплошной линии окопов от Швейцарии до моря, и главнокомандующий французской армией Жозеф Жоффр задумал разорвать её двойным ударом: в Шампани и одновременно в Артуа, где вместе с французами наступали британцы под Лоосом и разворачивалась Третья битва при Артуа. Замысел опирался на новую доктрину: одной массы людей против укреплённой обороны недостаточно, прорыв должен быть методичным, шаг за шагом, за валом тяжёлой артиллерии. Главный удар в Шампани наносила группа армий генерала Эдуара де Кастельно; среди командующих был и Филипп Петен. Против них стояла 3-я германская армия Карла фон Эйнема, подчинённая начальнику генштаба Эриху фон Фалькенхайну. Наступление открылось 25 сентября в 9:15 утра: двадцать французских дивизий при семи в резерве атаковали на узких участках после многодневной артиллерийской подготовки, поглотившей миллионы снарядов. Ночной ливень превратил воронки в грязь, но на нескольких участках первая германская линия была взята, в плен попало около четырнадцати тысяч человек. Дальше наступление уткнулось в неперерезанные проволочные заграждения перед второй, заранее построенной позицией — так называемой R-Stellung, вынесенной на обратные склоны высот, вне прямого наблюдения французских батарей. Последующие дни превратились в изнурительное продвижение по метрам. 28 сентября французы прорвались на одном участке, но уже 29-го германская контратака вернула почти всё утраченное. 3 октября Жоффр отказался от идеи прорыва и приказал перейти к боям на истощение; официально операция завершилась 6 ноября, когда фронт сдвинулся примерно на четыре километра. Цена — около 145 тысяч потерь у французов против 73–97 тысяч у немцев, по разным оценкам, при захваченных 25 тысячах пленных и 150 орудиях. Значение сражения оказалось прежде всего горьким уроком. Тридцать пять французских дивизий против шестнадцати германских не дали прорыва — стало ясно, что глубоко эшелонированную позиционную обороту нельзя проломить массой пехоты, и что французской армии не хватает согласованности артиллерии, пехоты и резервов. Из этого же опыта свои выводы сделал и Фалькенхайн: убедившись, что французы готовы упорно повторять дорогостоящие атаки, он выстроил на этом расчёте свою стратегию следующего года - Верден. #ВэтотДень@wwimemes

Австралийский сержант 1-го батальона, который обыскивает немецких пленных, во время ожесточенных боев в районе города Ипр (Бельгия). Снимок был сделан 24 сентября 1917 года.