СЛОВО

Дежурное. Ежегодное. Моя фамилия Фомин. И я часто шучу, что моя судьба определяется этой фамилией. Фомин — Фома — апостол Фома, память которого сегодня совершается. Я тоже часто сомневаюсь, ищу доказательств, хочу докопаться до сути рациональными способами. Может, это не всегда оправдано, но я говорю себе: если для одного из величайших апостолов это было допустимо, то, вероятно, тем самым Евангелие как бы говорит нам, что для верующего человека путь рационального сомнения возможен. Но размышляя об апостоле, я пришел еще и вот к чему. Мы часто представляем себе учеников Христа как персонажей евангельских событий, как некую массовку вокруг главного героя, то есть Спасителя. Может быть, кто-то помнит сюжет Деяний, в которых рассказывается о первых шагах Церкви и соответственно первых миссионерских подвигах апостолов. Однако биографии большинства учеников Христа простираются далеко за пределы новозаветной истории. Именно поэтому церковное предание породило массу апокрифической литературы, в которой подлинные факты из жизни апостолов переплетены с выдумками и домыслами. Но дело даже не в этом, а в том, что апостолы продолжают жить в Церкви и после I века, будучи ее столпами. И каждый из них, конечно, выражает какую-то грань христианского мироощущения. Конечно, так можно сказать о любом из святых, но, как мне кажется, функция «культа апостолов» именно в том, чтобы отчетливо выражать… даже не истину веры, а истину Церкви как живого организма. Ну вот как с апостолом Фомой: в церковном сознании он прежде всего пытливый скептик. Мы помним о нем только по одному эпизоду «уверения Фомы». В то время как очевидно, что этот апостол внес огромный вклад в просвещение Ближнего Востока, а может быть и более отдаленных земель. Вполне можно предположить, что именно трезвый рассудок, именно пытливый ум помогли апостолу духовно завоевать эти земли. И если мы сомневаемся в необходимости разума для спасения, мы вполне можем вспомнить об апостоле Фоме и, конечно, обратиться к нему в молитве. Как писал святитель Филарет Московский, «Даже тот, кто не смеет, верить ничему, чего не осяжет, — и тот при постоянном наблюдении за всеми событиями, подобно Фоме, не долго будет ожидать случая, чтобы, ощутив близость, исповедать истину являющагося повсюду владычества Бога и Христа: Господь мой и Бог мой (Иоан. 20:28)».