в эфире очередная серия внимания к технотеологии и «секретными материалам». но сначала отвлечёмся от сериала. вчера была презентация книги Бориса Орехова «Электронная лира». презентация была замечательной. речь зашла в частности о том, как происходит сакрализация и мистификация рациональных вроде бы вещей. о перезаколдовывании мира, который вроде бы техника и наука расколдовывают. и в самом деле: о божественной природе поэзии и вообще творчества мы говорим сейчас мало, а про стихи и прозу из «разумных машин» — постоянно. и всякий раз приписываем машинам некоторую самостоятельную силу. нет ли тут парадокса? вот так вопрос! мы вспомнили Джеффри Александера с его исследованием сакрализации компьютеров. рекомендую вам этот текст, если вдруг покажется, что техника — лишена любой необъяснимости и секрета. стоит почитать и Филиппа Смита про гильотину и её сакрализацию. в общем, машины часто сакрализуются. это ок. но сделаем ещё один шаг: разница между наукой и религией не так велика. об этом пишет Дюркгейм в заключении Элементарных форм. и в целом это стало общим местом. но особенность науки, в частности, в том, что она может объяснить религию. а вот в обратную сторону — сложнее. религиозные институты реагируют на научные события, но не меняют отношения к науке как таковой. а когда начинают, то выводят разговоры о науке на уровень веры. в общем, иногда наука исполняет обязанности религии: включая мораль, запреты в еде и проч. это тоже ок. все эти перемещения функций науки и религии не происходят сами собой, и конечно, заслуживают и внимания, и удивления, и вопрошания. и мне интересны как раз эти смещения: куда смещается зона сверхъестественного? почему мы не доверяем тому, что казалось вчера бесспорным. часто говорят, что технофобские сомнения — это конспирологическое мышление и моральной паники. но что если смотреть на сомнения в официальной версии как на форму активизма? вот например: - не хотят люди быть объектом бихевиоризма и объяснять свою нежность через дофамины и серотонины. - не чувствуют правды в обоснованиях их гордости через теории альфа-самцов. - отказываются участвовать в игре «угадай, нейросеть или Лермонтов написали стихотворение» и что же они теперь, конспирологи? сериал «Секретные материалы» показывает нам «одиноких стрелков»: журналистов-активистов, которые помогают Малдеру и Скалли расследовать всё необъяснимое. их история — это история людей, недовольных существующей политической ситуацией. Лэнгли, Фрохики и Байерс играют в Dungeons and Dragons, умеют пользоваться десятками специальных технических устройств, выпускают журнал, где описывают свои открытия (им мало кто верит) и уверены, что в мире есть подвох. про них даже есть спин-офф сериал, который так и называется «Одинокие стрелки». правда «Одиноких стрелков» непохожа на правду Малдера, потому что у них нет «научного» скепсиса и католического вайба Скалли, которые сталкивали бы их разные маленькие версии реальности с большими нарративами науки и религии. их правда лишена претензии на собственную большую историю. мир «Одиноких стрелков» — это мир, в котором маленькие изыскания не сложатся в общую картину. там не будет сакрализации правильного порядка, потому что этот мир выстроен в отсутствии обещанного большого общего мира ХХ века и состоит в общем из раз-о-чарования. или рас-колдовывания. по-английски мы можем сказать в обоих случаях dis-enchantment. #технотеология_секретных_материалов