Первый альбом барнаульской группы «Ресентименты» назывался «Играет психоделический рок». С порога, не слушая песен, это не совсем очевидно, но в этом названии на самом деле есть своя интонация, хитрая, тонкая — такая специальная выразительная невыразительность, то, что называется словом deadpan. По-джармушевски подчёркнутая будничность, пауза и поза, выдержанные ровно на ту долю секунды дольше, которая требуется, чтобы они перешли в разряд осознаваемого художественного приёма. Мне кажется, что у «Ресентиментов» этот приём отлично работает с самим духом нашего времени. На поверхностный взгляд, всё вроде бы звучит одновременно сдержанно и энергично. Музыка пульсирует и течёт, сохраняя живость, но не позволяя себе никаких особо драматических всплесков. Человек поверх неё иногда поёт какие-то слова в достаточно сдержанной, практически разговорной манере. Жанр и звук тоже выбраны как будто бы с намерением максимально всё нейтрализовать — такой гитарный инди-рок, высушенный до своего платонического идеала, аккуратно очищенный от всех возможных в этом направлении крайностей. Никаких тебе гитарных шумов или перегрузов, никакого пост-хардкорного надрыва. Никакой балладной сентиментальности, никакой пост-модернистской коллажности, никаких многоступенчатых композиционных конструкций. Всё строгое, практически геометрическое — чистые линии, равномерно выдержанные темпы, не слишком быстрые, но и не слишком медленные. Такая группа Television, возведённая в абсолют, отсоединенный от контекста времени или региона или сцены. «Ресентименты» не играют так, как играют, потому что так играют в 2026 году, или потому что так играют в Барнауле и/или окружающей Сибири. Они играют так, потому что так играют они. Но в то же время, если внимательно прислушаться, в этой строгой, как бы сдержанной рамке на самом деле много жизни. За подчёркнуто сдержанным фасадом человека, которому надо держать лицо в обществе (в том числе потому, что за какое-нибудь не то лицо в этом конкретном обществе вполне могут и пригласить проследовать куда следует), по факту копошится целая куча самых разных и не самых приятных эмоций. «Ресентименты» очень здорово ухватывают эту дихотомию внешнего и внутреннего, фасада и чувства, позы и эмоции — и в этой способности, воплощённой в контрасте манеры подачи и содержания песен и в том, какой живой и затейливой жизнью живут гитары (да и все инструменты, в принципе) в этих вроде бы жёстких композиционных рамках, мне видится их главная сила. Они видят нас не только в нашей внутренней эмоциональной жизни, но и в нашей внешней неспособности/невозможности выражать всё то, что по факту переполняет. Окей, ладно, хорошо, может, не «нас», может, меня. Но вот лично я чувствую что-то от того, что какие-то чуваки из Барнаула, с которыми я лично никогда не встречался, видят меня. А я вижу их. Написать всё это меня побудил их новый миньон «Сонник». На нём две песни, плюс-минус такие же (хорошие), как все эти шесть лет, что прошли с выхода альбома «Играет психоделический рок». Давайте суммируем, что было за это время — два альбома, «Играет психоделический рок» и «Суперпозиция», два сингла по одной песне, три миньона по несколько. «Сонник» как раз третий. Недавно, с месяц назад, музыканты задавались в соцсетях вопросом — мол, чё вообще делать-то, куда бежать, как расти. То, что после этого вышел ещё один мини-альбом, расцениваю как хороший знак — потому что группа классная, очень не хочется такую терять. Давайте наслушаем им каких-нибудь приятных цифр, что ли?