Вадим Шумилин

Вчера бывший олигарх, а ныне суверенный купец Владимир Потанин публично заявил, что Россия перестала быть мировой бензоколонкой. Причём сказал об этом с радостью, как о чём-то хорошем. Хотя вообще-то означает это простую и не очень хорошую вещь: Россия потеряла своё место в мировом разделении труда и рынка. Именно с точки зрения такого разделения нас можно было назвать бензоколонкой. Ныне покойный американский сенатор со странностями полагал, что это очень обидно. Дело вкуса: в мире куча стран, специализирующихся на поставках сырья. И некоторые из них вполне приличные - Канада, Австралия, Норвегия. Это не говоря об арабских шейхах, степень их приличия дискуссионна. Роль страны на мировом рынке совсем не значит, что кроме нефти или, скажем, бокситов она не способна произвести вообще ничего, даже гвоздей. Опять же оставляем в стороне саудитов, берём австралийцев с канадцами. И мы, хоть и бедными родственниками, состояли как раз в этой компании. Делали мы вообще-то много чего. И торговали на внешнем рынке не одной лишь нефтью - и оружием, и даже кой-каким хайтеком. Но заметное, важное, на многое влияющее место на всемирном базаре нам обеспечивала именно нефть-матушка (и отчасти газ-батюшка). Теперь, стало быть, своё место мы оставили бывшим конкурентам и гордимся этим: всё, хорош, западло великой державе, государству-цивилизации работать бензоколонкой у гомосеков-неоколониалистов. Причина уважительная, понятно. Вот только один вопрос: бензоколонкой быть перестали, а стали кем? Поставщиком микрочипов? Электромобилей? Компьютеров? Прости господи, самолётов? Нет, не стали. И даже пока не замахиваемся. Слезли, короче с нефтяной иглы. Но на что пересели взамен? Неужто на что-то куда менее удобное и куда более позорное?