Ворсобин

Ничто так не разочаровывает в мощи государства российского, как попытка доехать утром в Москву на электричке. Вот где дискредитация власти, вот где настоящая культура отмены… из-за отмены, еще оставшиеся поезда в Балашихе превращаются в японское метро - люди набиваются в вагон вкручиванием. Дороги в пробках. Главный врач городской больницы на встрече с горожанами, жалостливо посоветовал мамам идти с детьми к платным врачам, узких специалистов (8 км от Москвы) нет. Что-то у коммунальщиков рвется, течет и постоянно взрывается… и как бы намекает - может эта банальщина главная задача для государства? Образование, медицина, транспорт, ЖКХ, удобная, спокойная жизнь с возможностью спланировать будущее. или я наверняка мещански рассуждаю, близоруко не замечая более насущных угроз. Надо действительно закрыть телеграмм, чтобы в сердцах народ не писал такую ересь…

Доброе утро https://t.me/bbbreaking/224666

По поводу Великой Битвы за Телеграмм. Диспозиция. Враги «телеги». Главные враги Дурова - безликие. Неизвестные. На виду - некие чиновники из Роскомнадзора. Некие структуры в Администрации президента, отвечающие за информационную и идеологическую безопасность… Да, некоторые депутаты Госдумы. Близкие к «ноунеймам». И чем известнее политик, тем осторожнее высказывание о «телеге». Обычно ограничивается заклинанием о необходимости «соблюдать российское законодательство», которое сводится к возможности контролировать любой контент властями. Из общих слов о борьбе с мошенниками, и соблюдением российских законов, вы не поймете ничего конкретного. Пока не зарегистрируетесь в месcенджере MAX Перед вами – то, что не говорят «враги телеги». И ни за что не скажут. Они, молча, под бессмысленный белый шум, ведут за руку русского человека в новый мир. MAX – это не просто мессенджер. Это Желание Государства. Это его Мир Будущего. Без государственного одобрения там нельзя создавать общедоступные каналы. Это возможно лишь блогерам с десятью тысячами подписчиков, добавивших в канал бота для автоматической проверки данных. (Боту назначают права администратора с правами на просмотр участников). Даже если вы выполнили эти условия – то вы окажитесь в странном месте. Ваши подписчики не смогут комментировать ваши посты, они лишь смогут выражать эмоции значками. Причем каждый значок будет учитывать государственный бот, который будет – уверен! - составлять социальный рейтинг каждого посетителя. Поставил лайк? Угу. Запишем. Поставил дизлайк? Угу. Учтем. Вы можете представить этот стремящийся к стерильности мир? Когда авторы каналов будут вещать в безмолвное пространство, все время спрашивая себя – а где реальность? Где люди? Что делает бот? И кто ставит значки – читатели? Бот? Или страх? Осторожность? Неужели так видят власти – русский интернет? Или – беру выше – Россию будущего? И знаете - почему против телеги не выступают политики с именем? Почему против ее врагов объединились, похоже, все – левые, правые, военкоры, либералы, наши квази-оппозиционные партии , как например, Миронов, смело бросивший авторам запретов – «идиоты»? Потому что «новый мир», в который нас ведут, выглядит неуютно и враждебно для всех, кто хочет что-то сказать. Этот мир велит старческим голосом: «Молчать! Не раздражать!» И я – вспоминая в каком веке мы живем - не знаю, на что он рассчитывает.

Банк России накануне заседания по ключевой ставке опубликовал в Telegram сообщение, состоящее из букв «ы» и ф». Пост пробыл в канале всего несколько секунд и был удален. После этого ЦБ опубликовал историю в Telegram, где написал: «Кот-админ сегодня с новой клавиатуры, но завтра выйдет с калькулятора. Как настроение?» Комментируя это, ЦБ также написал: «Так, собрались. Давайте дадим интервью». 🐚 РБК в Telegram и MAX

Мне, кстати, тоже показалось – история, случившаяся в одной из школ Тюмени, странная. На видео – русский ребенок. - Меня зовут София, мне 12 лет, – говорит девочка. - В этом году я переехала с семьей на свою историческую Родину, в Россию, из Казахстана. Все пять лет я училась в русской школе, получала хорошие оценки (в последней четверти «пять» по русскому языку и литературе. – Авт.). Я не знаю никакого другого языка. Мои родители русские, мы соотечественники, вернувшиеся на историческую Родину... Ты смотришь это и думаешь – какие проблемы могут быть у Софии? Она в современных обстоятельствах - ангел с неба! Девочка-отличница, прибывшая из-за рубежа – символ овладевшей Госдумой и правительством мечты. Тут и растущая демография, и поток русскоязычных соотечественников, и березки, и хороводы, и Пушкин с Лермонтовым… Еще пару миллионов таких Софий, и жизнь страны, глядишь, наладится… Но отличница продолжает: «Я должна была стать ученицей 6 класса, но уже две четверти сижу дома. Комиссия решила, что я недостаточно знаю русский язык. Моя мама с мамами других детей (таких историй, оказывается, в Тюмени много) писали коллективные обращения, но не были услышаны. Вы (журналисты. – Авт.) наша последняя надежда. Помогите мне, пожалуйста, пойти в школу, я очень хочу получать образование. Помогите нам, русским детям, которым в России не позволяют учиться. И тут же видео от другой русской девочки: «Нас не пускают в школу!» Потом еще от одной – и нас не пускают! И вот группа тюменских матерей чуть ли не на коленях просит: «Помогите нашим детям!». И пока общественность вела хаотичный огонь по безымянным злодеям-чиновникам, покусившимся на то, чего так не хватает России – детей. Пока эксперты вспоминали – ах, да! Год назад был принят закон об экзаменационном фильтре для детей мигрантов, желающих учиться в России. Он прошел через Думу на ура. И мы все, не вникая в детали, сказали свое решительное - «правильно!». Чтобы потом удивленно уставиться наверх с вопросом – эй, а почему закон ударил по Софии? Мы же, блин, не для этого принимали! Я вылетел в Тюмень. https://www.kp.ru/daily/27759/5207610/

Читая такое, понимаю - почему власти мечтают вырубить телегу. Раз и навсегда https://t.me/tretyakov_n/1832

Депутат Виталий Милонов: «Любой образованный человек знает, что сатанисты хуже говна. И эти навозные обитатели, украшающие себя эротическими феромонами из желез суккубов, мечтают вовлечь в свои греховные черные мессы глупеньких неофитов, клюнувших на эту чертову мишуру в виде ложного шоколада. Я убежден, что как только мы замечаем в нашем обществе вонючие мордочки культистов зла с сифилитическими шанкрами, мы немедленно должны выжигать любые их проявления раскаленными кочергами закона и общественной морали»

"Девяносто третий год" я дочитал в электричке из Ростова в Москву, наблюдая шквал гневных комментариев от потревоженных моими путевыми записками державников. Гюго показывает, как Франция разделилась на две непримиримые силы, вступившие в гражданскую войну: республиканцы, выступавшие за свободу, равенство и братство, и роялисты, стремившиеся сохранить старый порядок. Республиканцами были городские ремесленники, рабочие, мелкие торговцы, интеллигенция и образованные буржуа. Роялисты четко делились на два слоя – крестьяне, зависимые от угнетавшей их власти, и сама эта власть – феодальная аристократия, которая стремилась к сохранению статуса. Крестьяне Вандеи воевали за короля не как за политическую идею – язык идей был им чужд. Король был частью их мифа – ежедневной Вселенной тяжкого труда, страданий и подчинения. Другой частью был сеньор – господин, по праву и логике этого мифа принуждающий их к работе на себя, то карающий, то милующий, живущий за их счёт в роскоши, но защищаемый законом и смертной казнью за непослушание. Этот мир был жесток, но понятен, его насилие – узаконено и привычно. Они роптали, но не пытались изменить свой мир, и не пытались изменить его миф даже в своих мыслях. Единственная акция протеста, доступная им в рамках этого мифа – жалоба сеньору. Республиканцы взорвали миф крестьян Вандеи, но миф республики был для крестьян так же чужд, как и язык идей. Он разрушал их патерналистские созависимые отношения с властью, предлагая взамен незнакомые "равенство" и "свободу". Он предлагал им бунт как коллективное непослушание "Суровому Отцу" – одновременно Богу, королю и сеньору, что было неподъемным вызовом для консервативной психологии подчинения, которая передавалась из поколения в поколение. Республиканская идея политической свободы для крестьянина выглядела жульническим предложением променять на неё самое дорогое – стабильность и предсказуемость завтрашнего аграрного дня, главной точкой опоры которого был их сеньор. А для республиканцев-горожан терпеть паразитарную аристократию терпеть было уже невозможно. Поэтому невозможно было и примирить эти две силы. Оставалась только гражданская война. Которая и шла беспредельно жестоко, вплоть до "пленных не берём". Как это похоже на вечный спор между русскими державниками и республиканцами, которых я ради ясности называю русью. Тронь какого-нибудь Грозного или Сталина, и глаза русского державника застилает праведный гнев. Он не в курсе, что ненависть к деспотизму, тем более "родному" – домашнему, рождается из сострадания к замученным этим деспотизмом соотечественникам, а не за деньги иностранных разведок. Державник спит и видит сон-миф, в котором его Царь-Отец обеспечивает величие державы. Он суров, но справедлив, и если будешь помогать ему ("приводить к порядку", т.е. подавлять своих соотечественников), он тебя полюбит и возможно наградит. Разговаривать со спящими не о чем, они слышат и отвечают на языке своего сна. Их логика выключена. Им не объяснишь понятие свободы, для них есть только воля их Отца, которому надо услужить любой ценой в надежде на его любовь. Однако Гюго в финале романа показал, что может примирить даже непримиримых: базовая человеческая этика и договор. Дети – святое. Лежачего не бьют. Дам, чтобы ты дал. Сделаю, чтобы ты сделал. До этой границы – моё, за ней – твоё. И это простой рецепт политического единства для всех времен и народов, в том числе для России. На этом и основана наша ДАО Русь, в которой удаётся мирить даже державников с либералами, пока все они соблюдают принцип ВФР – "свобода каждого кончается там, где начинается свобода другого". Ты державник, за величие ценой насилия? Твоё право. Я против, и это моё право. Мой канал – моя территория. Твой – твоя. Но если наш общий дом загорится, мы должны тушить его вместе, чтобы он не сгорел. А сейчас давай просто соблюдать границы, как соседи. До забора – моё, за ним – твоё. Не нравится то, что за забором? Проходим мимо. Ну а тех, кто лезет через чужие заборы, остается только выдворять обратно.

Депутат Буцкая предложила запретить неженатым смотреть порно. Неженатые таким образом демографически лодырничают, а это нехорошо. «Может быть, вход на эти сайты сделать только для тех, у кого есть дети, потому что если мы просто закроем глаза на эту ситуацию, то, вероятно, тот самый сперматозоид никогда не соединится с той самой яйцеклеткой. Люди должны заниматься любовью для того, чтобы у них рождались дети», — заявила Буцкая.

Почти сложилось общественное мнение, что мошенничества по возврату квартир присущи в основном пожилым женщинам (отсюда и название «бабкинг»). Сильно повлияло на такое восприятие «дело Долиной». Но оказывается, не чужд такой вид мошенничества и женщинам среднего возраста. Писатель-фантаст Артур Смирнов (творческий псевдоним Артём Каменистый) описывает свой случай. Он переселил своих родителей из Донецка в Ставрополь. Купил им квартиру у женщины средних лет, за которой не было замечено главных признаков «бабкинга» - спешке в сделке, дисконтов, неуверенного поведения и т.п. (насколько я понял, за квартиру отдал 7,4 млн рублей). Но «бабкинг» всё же случился. Более интересно ещё и то, что отбирать квартиру у него помогала родная сестра бывшей владелицы – депутат Госдумы от Ставропольского края. Это, конечно, личное утверждение Артура Смирнова, но политизированные граждане могут попытаться вычислить эту женщину – депутата ГД. Автор ещё интересно рассказывает, как «клепаются» психологические экспертизы для судов. Решения проблем «бабкинга» пока не видно. Артур Смирнов предлагает только один выход: ничего не покупать на «вторичке» у женщин вообще – и не только пожилых. Женщина – редфлаг на этом рынке. «Большая часть продавцов в таких схемах - одинокие женщины «позднего» пенсионного возраста, меньшая часть почти полностью представлена просто пенсионерками. Ничего у них не покупайте. Да, это дискриминация по возрасту и полу. Но пока порочная система не изменится, вы при таких сделках изначально лезете в «зону повышенного риска». Также учтите, что «бабка» - это сакральная фигура российской государственности. Например, мой коллега-автор, работая участковым, рассказывал о «бабке», которая нагибала полицию всего района. Годами. И да, полиция нагибалась. Так что шансы проиграть суд с «бабкой» повышены. И также учтите, что пенсионный возраст растёт, а возраст «бабок» наоборот. Напомню, моей «бабке» было 40+, и до появления полиции на пороге я бы ни за что её к бабкам не причислил». https://author.today/post/781169

Вчера Никита Данюк удивился этой информации. Но, к сожалению… https://t.me/dosye_sk/380

Дональд Трамп ведет себя как человек, который узнал, что-то о своем здоровье и который хочет сделать много чего - успеть, чтобы его запомнили.

За что я люблю парламенты вождей. Мгновенно перестраиваются. Единогласно https://t.me/ejdailyru/382825

Жгу сейчас на радио КП, причем из Воркуты и по телефону) https://rutube.ru/video/1f5f6a20250fedc030126308f045cc4a/

Очередное покушение на высших военоначальников – теперь на генерала Алексеева поднял вопрос – сколько противнику надо атаковать руководителей армии и спецслужб, чтобы государство их тщательнее охраняло? Но, как у нас водится, заговорили о более масштабной проблеме – почему, дескать, на пятом годе войны Россия в массе своей, да и гигантская часть гос-машины тоже, благодушно живет, словно ее нет. Поглаболистски спокойно. С открытыми, мол, границами. На военном языке это значит как «а чего у нас проходной двор?». На военном языке это значит: «Ну, если мы, как говорят, еще не начинали, то давайте начнем». Закрытие границ. Военное положение. Патрули. Чтобы все было действительно под контролем. «Все для фронта, все для победы». И горячие головы сейчас по инерции спрашивают мироздание – неужели Кремль после нового покушения снова сядет за стол переговоров с Киевом? Неужели сядет? И мироздание отвечает. Не прямо, конечно. Намеком. По совпадению, сегодня в тот самый момент покушения на генерала, власть защитила границу от врага. Предотвратило угрозу государственной безопасности. В Россию не пустили комика Нурлана Сабурова. Опасный тип! Он, проживая в России, не хотел получать российское гражданство. И хотя ни слова против СВО не сказал, явно старался усидеть на двух стульях – и в Америке на гастролях зелень рубил, и в Москве – наши, кровные… Шутить сейчас надо все аккуратнее и аккуратнее. Причем с каждым днем – все тщательнее и тщательнее. Как там у Горина в «Мюнхагаузене»: «- А говорят, юмор полезен… Продлевает жизнь, — Не всем! Тому, кто смеётся, — продлевает; тому, кто острит, — укорачивает» И государство выследило гада, пресекла действия шутника. Показывая обществу - нас же все-таки не проходной двор! Да! И тут же, в тот же день - как ответ: покушение на генерала… И тут есть сомнения в балансе государственных усилий. Впечатление, что столько сил отдается для наведения интеллектуального порядка внутри, что для всего остального, впечатление, не находится достаточной концентрации внимания. Там ли действительно кроется настоящая угроза национальной безопасности? Там ли в первую очередь надо наводить порядок?

По следам покушения на генерала Алексеева https://t.me/tenirusi/6223

Цензура в конце концов приходит к тому, что запрещены все книги, кроме тех, которых никто не читает. Джордж Бернард Шоу #ЦитатыNegoro

Новый детский теракт – теперь в красноярской школе. Девочка облила ненавистный класс бензином и подожгла. Известно, что в любой детской трагедии виноваты взрослые. Но есть еще одно наблюдение – при реакции на детскую беду взрослые показывают свою суть. Политики, уверен, разделятся на две группы. Одни призовут к усилению безопасности в школах, чтобы дети приходили в семь утра – и выстраивались на морозе в очередь для рентген-досмотра. Другие политики, как, например, депутат Буцкая, обрушатся на соцсети и журналистов, чтобы те не сообщали о таких случаях. Такие новости, мол, провоцируют детей… И даже те, кто осмелится поговорить о настоящей причине – школьных катастроф, о детской душе, об учительской совести, о психологической атмосфере класса, уверен, сразу заговорят так: «А давайте примем закон, запрещающий буллинг», «А давайте введем оценки за поведению», «А давайте введем уголовную ответственность с 1 класса, чтобы сажать, наказывать, пресекать и штрафовать»… А не лучше ли изучить – а что это такое красноярская школа № 153? Есть закономерность – чем современнее учебное заведение, тем больше вероятность появления в нем до зубов вооруженного ребенка. Потому что современнее – значит, многочисленнее. Это значит, оптимизация несколько старых школ, и строительство гиганта, напоминающего птицефабрику. В 153-й школе (рассчитанной 1300 человек) учится около 2000 детей. Перенаселенные классы, где может находится 35 человек, убивают в учителе учителя. С одной стороны – он набирает себе учебные часы, чтобы свести концы с концами, с другой – дрессировка класса (иначе сорвет урок) не дает ему ни сил ни времени – уделять внимание каждому ученику, как личности. И не зря, случаями травли детей в 153-й школе уже интересовалась местная прокуратура. Более того – она заставила администрацию школы демонтировать видеокамеры в… туалете. Которые были повешены по решению… родительского комитета. Потому что дикое племя учеников разносило сантехнику, туалетные перегородки каждый месяц. Надо прекратить оптимизировать школы. Прекратить запихивать детей тысячами в бетонные здания, а потом не уметь их контролировать… Брошенные дети, оставленные учителями на произвол судьбы, остаются один на один с жестокостью одноклассников, и становятся еще более опасными зверьками – они загнаны в угол. Я написал много статей - как маленькие сельские семейные школы сопротивляются оптимизации. Каждый из детей получает главное – внимание учителя. Даже заботу. И только сейчас понимаю, от чего они пытаются защититься. https://www.kp.ru/daily/27758/5205611/

Дурная история. Видео удивительное https://vk.com/wall-143818234_479786?ysclid=ml7xq7ecvh384817739

(продолжение предыдущего поста) Рис пишет, что за маской декларируемой «патриархальности» в нашем обществе царит настоящий «матриархат» - просто потому, что всё держится на женщинах. Любое другое общество давно бы рассыпалось при таком низком качестве наших мужчин, и потому женщины – настоящая опора государственности и цивилизации. Точнее, Рис называет наше общество «матернализм». Рис приводит множество диалогов женщин и все они вертятся вокруг беспомощности, инфантильности, неприспособленности к жизни мужей этих женщин. Они не могут зарабатывать, сидят на диване в ожидании домашней заботы женщин и могут умереть от голода при полном холодильнике. Некоторых мужчин обсуживают, когда есть такая возможность, даже две женщины – мама и жена (Рис приводит пример, как такого мужчину кормит и обстирывает мама, живущая в том же подъезде дома, остальную работу по обслуге делает жена). Но справедливости ради Рис приводит и объяснение российских женщин, откуда взялась такая беспомощность российских мужчин: «То, что рассказала другая моя знакомая, Наталья, больше походило на жалобу, хотя и было помещено в исторический контекст: «Здесь надо знать историю. Нынешнее взрослое поколение, моё поколение, вырастили женщины, которые пережили войну и потеряли своих мужей. Для них мужчины — совершенно бесценные существа, своих сыновей они воспитывали как маленьких божков, отдавали им всё, баловали их ужасно, счастливые самим их присутствием на этой земле. Сейчас эти сыновья стали мужьями, и они хотят, чтобы жены относились к ним так же, как к ним относились их матери. Мой муж уходит на работу очень рано, а я работаю допоздна, но он требует, чтобы я вставала в шесть утра и готовила ему кофе. Если я этого не делаю - например, просплю, - он обижается, не разговаривает со мной, дуется целый день. Мы это обсуждали тысячу раз, я говорила, что это трудно и не нужно. Предлагала всё готовить заранее с вечера, чтобы утром он только разогревал свой завтрак. Но он и слушать меня не хочет». Социолог Таня дала несколько иное историческое объяснение таким взаимоотношениям: «…Особенно ненормальны у нас мужчины, они совершенно исковерканы системой. В конце концов, у женщины есть своя домашняя жизнь, женщина может найти себя в заботе о доме, семье, муже. Мужчины же лишены этого; зарабатывать для семьи, как в любом нормальном обществе, они тоже не могут, потому что система не позволяет им по-настоящему добиться чего-либо. И они становятся просто жалкими существами. Муж чины чувствуют себя прирученными животными, домашними питомцами. Им в жизни нужен драматизм, и некоторые находят его, тираня свои семьи. Это единственная доступная им власть». Все эти истории отражали и воспроизводили структуру отношений между супругами, которую определяли не столько патриархические или матриархические принципы, сколько то, что можно назвать «материализмом». Обнажая внутрисемейные отношения, эти дискурсивные миниатюры переворачивали партриархичность с ног на голову: патриарх оказывался всего лишь избалованным ребёнком (хотя и способным отравить существование окружающим), чья жизнь вращается вокруг отвечающей за всё и вся, управляющей всем и вся, всю себя отдающей семье матери».