Где-то в кинотеатрах, а где-то в сети вышла новая версия «Разума и чувств» Джейн Остин, и хотя я не могу назвать эту экранизацию хоть сколько-нибудь новаторской в жанре костюмных мелодрам (к таким я отношу, например, свой любимый «Грозовой перевал» Андреа Арнольд и очень современную по тону и юморную «Любовь и дружбу» Уита Стиллмана), все же я получил огромное удовольствие от фильма. Не хочу умалять тот факт, что каждый второй отдельно взятый кадр тут выглядит как готовая картина, а струнные теребят душу ровно в нужных местах, но в первую и главную очередь я влюблен в актеров и кастинг. Так приятно весь фильм смотреть на молодые, непримелькавшиеся, находящиеся строго на своем месте лица, причем буквально во всех ролях. Что говорить, тут даже к кастингу животных подошли с большой тщательностью, выдав каждой семье по собачке, кошечке или лошадке ей под стать. Если новую номинацию за кастинг на «Оскаре» вводили не ради таких случаев, то я даже не знаю, зачем еще. Дэйзи Эдгар-Джонс и Джордж Маккей — актеры, которых я бы хотел видеть в главных ролях как можно чаще. Они органичны в любом, даже самом странном материале (посмотрите, например, «Свежатинку» и «Конец света»), играют подробно и живо, не надоедают при большом хронометраже, невероятно харизматичны. И если у Маккея роль тут вышла простенькая, то Дэйзи трепещет при каждом повороте сюжета, что вереск на ветру. Фрэнк Диллэйн красиво тянет свой «побитый шик» и грязноватое нутро с прошлогоднего «Сорванца». Юная Бодхи Рэй Бретнэк крадет все свои сцены и намекает, кого мы будем видеть примерно по пять раз в год в ближайшее время. Том Брук так старательно держит маску идиота на лице с первого появления в кадре, что каждый раз пробивает на смех, а Стэйси Мартин (я потерял ее из виду со времен ее безумного дебюта в «Нимфоманке») настолько пугающе стервозная, что реплика «Зато здесь нет Фанни» играет прямо всеми красками. Эсме Крид-Майлз (дочь Саманты Мортон, Цирцеи из «Одиссеи», помолимся за их совместную номинацию на «Оскаре») играет среднюю, чувственную сестру, и ее богатейшая мимика и непосредственность (ей еще и отданы многие комедийные сцены) заменяют здесь не слишком частые лучи солнца. В этом смысле для успеха Герберту Нордруму (это он, если что, тот самый «Худший человек на свете») в роли полковника Брэндона нужно только быть максимально сдержанным на контрасте с Эсме. В кадре льют дожди, собаки ловят ветер ртом, актерам дозволено чуть дольше нужного играть на пианино, чуть громче положенного плакать от горя, чуть смешнее, чем подобает, есть грушу. История любви и чести, баланса разума и чувств чуть уходит в сторону, вытесняемая акцентами на социальной несправедливости (выселение из поместья — самая эмоционально сильная сцена фильма) и женской солидарности. Но мне было так хорошо с этими людьми, что мне совсем-совсем не хочется ворчать. #фильмнавыходные #новинки