ВИРУСНАЯ НАГРУЗКА

Российские власти намерены создать “первый в мире” геннотерапевтический препарат против старения. Цель проекта - улучшить демографическую ситуацию за счет продления жизни населения. Разбираемся, стоит ли россиянам ждать “укола бессмертия” в каждой поликлинике через несколько лет. Впервые новость о создании чудо-препарата сообщил замминистра науки и высшего образования Денис Секиринский. По его словам, это “перспективное направление - генная терапия старения: ген RAGE - рецептор, активация которого запускает старение клетки, блокировка этого гена, напротив, способна продлить её молодость. На этом принципе сформулирована амбициозная задача - разработать первый в мире геннотерапевтический препарат, целенаправленно блокирующий упомянутый рецептор”. В чем здесь подвох? Во-первых, RAGE не “запускает” старение клетки - в этом участвует слишком много процессов. Его функция - подавать сигнал тревоги, когда накапливается клеточный “мусор”. Это привлекает иммунные клетки, которые уничтожают все ненужное и способствуют восстановлению ткани. В молодом организме все процессы происходят быстрее и эффективнее, включая обновление клеток, и сигнал от RAGE поступает временно: как только причина устранена, в нем больше нет необходимости. Но с возрастом обновление ткани замедляется, и в клетках накапливается много отходов - гликированные и окисленные белки, поврежденные липиды, фрагменты клеточных структур и другие молекулы стресса. Сигнал от RAGE становится постоянным, уровень цитокинов повышается, а воспаление перерастает в хроническое. Соответственно, если “отключить” RAGE, можно снизить уровень воспаления, но на общие процессы старения это не повлияет. Во-вторых, у отключения этого рецептора есть не только плюсы, но и минусы. Организм начнет хуже реагировать на повреждения тканей, ответ на инфекции может стать слабее, а заживление будет протекать медленнее. Кроме того, у организма есть и другие пути поддержания воспалительного сигнала, и нет гарантии, что без RAGE проблема хронического воспаления будет решена. Заодно RAGE участвует не только в запуске воспалительного ответа, но и в его прекращении, и без него координация иммунитета может пострадать. У мышей с дефицитом RAGE наблюдались нарушения адгезии лейкоцитов (необходимой для их проникновения в очаг воспаления) и нехватка тромбомодулина, регулирующего свертываемость крови. Помимо этого, у них быстро развивался фиброз миокарда. Ко всем этим проблемам разработчики “укола от старости” предлагают добавить еще и риски генной терапии: повышенную вероятность онкологических заболеваний, иммунную реакцию на вектор, гепатотоксичность, нередко приводящую к смертельным исходам. Пациенты с неизлечимыми генетическими заболеваниями идут на этот риск, потому что без генной терапии их состояние будет еще хуже, но здоровым людям она может дополнительно сократить жизнь. В результате КИ такого препарата с соблюдением этических стандартов должны занять десятилетия - и их итоги, скорее всего, будут неутешительные. Что интересного этот проект теоретически может принести медицине? Попытку масштабирования производства, при котором геннотерапевтический препарат будет выпускаться массово и стоить недорого. До сих пор генная терапия развивалась в условиях западной системы стимулов, где оплата идет “снизу” от незначительного числа пациентов, с которых нужно получить прибыль, не только покрывающую себестоимость, но и приносящую выгоду производителю. Российская модель потенциально может сломать эту практику: прибыль здесь идет через массовые госзаказы, и стоимость одной дозы снижается. Главное, чтобы выход на дешевое производство не означал обязательную “вакцинацию от старости” для всех.