Навыходила из комнаты, насовершала ошибку. Если б просто за булочкой, но угораздило присесть на качельки во дворе. Двор у нас огромный, Сталин умел строить, чоуш. Сижу, говорю по телефону, телефон у меня тоже как Сталин строил - огромный. А я маленькая, если кто не знал, всего 160 и это не килограмм, это рост такой бывает, сейчас так не модно. Сижу я такая с телефоном и слушаю ухом, что мне говорят и гривой киваю - я так разговариваю, так сейчас не модно. Ножки под жопу поджала, вся скукожилась, бейсболочкой плешь прикрыла, как куча говна сижу, не в лотосе и не вальяжно, так сейчас не модно. Короче - вся незаметная очень, хоть и в трусах поверх татуировок. Потерялась. И мужики мимо идут в количестве двух особей, как я люблю - такие. Чтоб с меня ростом, чтоб пузо месяц 11 беременности. Из тех страстных красавчиков, которые с рыбой фотографируются, в семейных труселях и голые по пояс. Сиськи чтоб больше моих. Я просто другого не заслуживаю, я ваще плохо выгляжу, ну вот положа руку на сердце - говным говно, ей богу. Не стоит привередничать так, будто кому-то другому 54 годика. И один из этих счастливых обладателей резиновых тапок на носок, останавливается рядом со мной, клянусь вам - в полуметре. Я на качелях, а он к ним прислонился. И начинает разговаривать по телефону. Орать туда, потому что возраст и глухой и глухому звонит. Не знаю. Орёт в телефон свой мне надо ухом. А над ухом у меня мой телефон, размером со сталинскую детскую площадку. Я ему ничего не сказала, я занята была слушаньем подруги. Просто подумала... А потом вдруг тучи набежали, ветер задул, дождь, гром и молния - сатанизм вот реально и всё это за 3 минуты. И дяденьке этому красивому пузатому и глухому в морду сраный пакет из пятёрочки прилетел. А я встала и домой пошла. Такой день