Бельцев

🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" - политолог Илья Гращенков (Телеграм-канал The Гращенков) - Потемкинские университеты Пишут, что мы вылетели из научного топ-5. Российские ученые по итогам 2024 года просели по количеству публикаций в физике и математике, а также во всех научных изданиях, которые индексируются в базе Scopus. Данные приводит НИУ ВШЭ. И в принципе понятно, что им ответят. Идите вы со своим Скопусом, у нас тут свои суверенные рейтинги БРИКС. Новые данные Высшей школы экономики о катастрофическом падении доли российских научных публикаций в мировых индексах - все равно симптом системного кризиса, который напрямую связан с состоянием высшего образования и наукой как институтом. Потеря позиций в физике и математике - дисциплинах, бывших гордостью советской и ранней постсоветской науки, выглядит, скорее, символично. Как мы видим из анализа методологий ведущих мировых рейтингов ВУЗов (QS, THE, ARWU), их ядро - это оценка исследовательской продуктивности и влияния: количество и качество публикаций, цитируемость, наличие ученых с мировой репутацией. Российские научные коллективы стремительно теряют позиции именно по этим объективным, «жестким» параметрам. Падение на 38% по публикациям в физике за 4 года – это не только Скопус. Это и исход кадров, где молодые и амбициозные исследователи уезжают в системы, предлагающие лучшее финансирование, оборудование, академическую свободу и признание. Влияет и архаизация инфраструктуры науки, особенно естественные дисциплины требуют дорогостоящих установок, реактивов, вычислительных мощностей. Их обновление в России носит точечный характер, не создавая устойчивой среды. Повлияла и изоляция, так как международное научное сотрудничество (ключевой критерий в рейтингах) затруднено как политически, так и логистически. Соавторство с ведущими мировыми центрами сокращается. Дисфункция в образовании, где высшая школа, перегруженная бюрократией, идеологическим контролем и хроническим недофинансированием, не может воспроизводить научную элиту прежнего уровня. Творческая, исследовательская компонента вытесняется формальным усвоением информации. Увы, власть предпочитает не замечать просадок. Внутри страны делается ставка на суверенные системы оценки. Московский рейтинг «три миссии университета», где российские вузы занимают высокие места (МГУ - 17-е), сознательно исключает репутационные опросы и использует метрики, частично контролируемые самими университетами (посещаемость сайтов, страницы в Википедии). Это создает картину «альтернативной реальности», но, увы, это «розовые очки». Признание провала в глобальных рейтингах означало бы признание системной неэффективности модели, которая приоритизирует контроль над развитием, а лояльность над академическим знанием. Но, снимать очки никто не хочет. Хотя есть риски, что путь к научно-технологическому провинциализму сильно ударит по возможности конкурировать в будущем. Пока многие считают, что мы наблюдаем «заговор» рейтинговых агентств, происходит объективное отражение процессов. В их числе: потеря поколений, когда уезжают не только нынешние ученые, но и те, кто мог бы ими стать - талантливые студенты и аспиранты. Снижение экономического потенциала, когда наука, не генерирующая прорывных идей и публикаций, не сможет стать драйвером современной экономики. Страна рискует окончательно закрепиться в роли сырьевого придатка с устаревающей индустриальной базой. Утрата «мягкой силы», когда престижное образование и наука - мощный инструмент влияния. Так что, возможно, мы теряем научный потенциал не из-за «плохих» рейтингов, а потому, что реальная политика в сфере образования и науки в течение многих лет противоречит логике воспроизводства этого потенциала в современном мире. Власть не замечает тревожных тенденций, потому что для нее важнее контроль и суверенность систем оценки, чем объективное, но болезненное признание кризиса. Пока приоритетом будет создание комфортной для отчетности витрины, падение будет продолжаться.