Культурное воскресенье Недавно был в Санкт-Петербурге и решил сходить в театр «Мастерская». Раньше там не бывал, поэтому подумал: хороший случай открыть для себя новое театральное пространство. Дополнительным аргументом стала «Утиная охота» Вампилова. И автора, и пьесу я очень люблю, поэтому стараюсь смотреть разные постановки, когда появляется возможность. В итоге приятное впечатление оставили и театр, и сам спектакль. В постановке есть хорошие режиссерские находки, а главное, она не спорит с Вампиловым ради самого спора. Для «Утиной охоты» это важно: пьеса легко ломается, если режиссер начинает слишком усердно объяснять зрителю, кто тут прав, кто виноват и почему всем надо срочно вынести моральный приговор. Но после спектакля я снова подумал о другой вещи. Есть для меня определенная загадка в популярности советской драматургии у современных режиссеров, и Вампилова особенно. Кажется, причина в его удобной двойственности. Он ближе и понятнее современному зрителю, чем Чехов или Островский: другая дистанция, другой язык, другой тип человека. Но при этом Вампилов уже признанный классик, а значит, выбор его пьесы не выглядит рискованным жестом, как работа с совсем новым автором. Получается почти как в сказке про Машу и медведей. Одна пьеса уже слишком холодная, другая слишком горячая, а Вампилов, в самый раз. Достаточно современный, чтобы не казаться музейным. Достаточно классический, чтобы не пугать худсовет. Я давно думаю, что хорошо бы сделать круглый стол о советской драматургии в современном театре: позвать драматургов, режиссеров, критиков и поговорить без дежурных восторгов и без привычного снобизма. Почему эти тексты снова работают? Где они звучат живо, а где превращаются в удобный репертуарный компромисс? И что современный театр на самом деле ищет в позднесоветской пьесе: язык травмы, узнаваемый быт, моральную неопределенность или безопасную классику? А пока просто смотрите спектакли. И «Утиную охоту» тоже. В том числе в театре «Мастерская».