Александр Фокин USSResearch

Символом противоречивости хрущёвских реформ обычно называют Новочеркасск 1962 года. Но менее известные эпизоды конца 1950-х — начала 1960-х показывают, что столкновения между гражданами и милицией в этот период вовсе не были исключением. Более того, если сравнить события в Бийске (июнь 1961 года) и Александрове (июль 1961 года), то — несмотря на тысячи километров между ними — в обоих случаях отчётливо просматривается общий паттерн: локальный конфликт в считанные минуты превращается в массовое противостояние с органами правопорядка, а население довольно быстро вовлекается в стихийные беспорядки. 25 июня 1961 года семья Трубниковых из села Первомайского приехала на рынок Бийска купить подержанный автомобиль. Покупка не удалась, и мужчины — Николай Трубников и его зять Анатолий Прилепский — решили «отметить» это спиртным. Когда милицейский наряд потребовал прекратить распитие, последовала ругань, задержание Прилепского и попытка задержать Трубникова. Завязалась потасовка, участковый выстрелил в воздух, а вернувшаяся жена Трубникова закричала, что милиция «обокрала» их семью. Этого оказалось достаточно: толпа мгновенно окружила милицейскую машину и перевернула её. Прозвучали крики «громить милицию», в толпе активизировались люди, ранее задерживавшиеся за хулиганство и спекуляцию. Обстановка стремительно вышла из-под контроля — бросали камни, избивали милиционеров, перерезали провода в машинах. Попытки местных властей уговорить людей провалились. Пожарных прогнали, перерезав рукава водомётов. В дело пришлось вмешиваться военным. Выстрелы привели к ранению одного участника и смертельному ранению другого. Зосиму — участкового — толпа вытащила из машины и избивала до тех пор, пока не решила, что он мёртв. Впоследствии участник подавления беспорядков из КГБ вспоминал, что в город вводились танки, а стрельба велась сначала холостыми, затем боевыми. Всего задержали около 20 человек — среди них, что характерно, трое глухонемых, которые оказались рядом случайно. Через месяц, 23 июля, схожий сценарий развернулся в другом конце страны — в Александрове Владимирской области. Два солдата, изрядно выпившие во время отдыха, вступили в перепалку с милицией, не пожелав подчиниться предложению пройти в отдел. Их задержали, и это заметили прохожие — прежде всего женщины. Как и в Бийске, толпа начала собираться почти мгновенно, требуя освободить «невинно задержанных» и утверждая, что в отделении их «избивают». Когда приехал военный комендант Черейский, его машина оказалась в кольце людей. Освободить удалось только одного солдата, второй — Крылов — сбежал сам. Но толпа об этом не знала, и когда Черейский вернулся, его машину атаковали, стали раскачивать и переворачивать, а самого офицера вытащили из автомобиля и избили. Эпизоды в Бийске и Александрове наглядно показывают: за фасадом кажущегося спокойствия и благополучия советского общества начала 1960-х скрывалось плотное социальное напряжение, которое могло прорваться в любой момент — и буквально в любом месте. Формально страна жила в эпоху относительной стабильности, роста и оптимистической хрущёвской риторики. Но внизу — в повседневных отношениях граждан с милицией — кипела недоверчивость, обида, ощущение несправедливости и полной беспомощности перед властью. Достаточно было малейшей искры, чтобы обычный бытовой конфликт мгновенно превращался в массовое столкновение, где сотни людей вступали в открытое противостояние с представителями государства.