КОРЯКОВЦЕВ

В чем слабость евразийской теории? В том же, что и слабость мирсистемщиков: в замене социологических, политэкономических, культурологических, словом, научных, категорий, образами из сферы геополитики, которая ближе к мифологии, чем к науке. О каком обществе речь? О каких общественных связях? О каком способе производства? О какой социально-классовой структуре? Эти вопросы красивые "евразийские" схемы оставляют без ответа. Их адепты без конца мусолят одну и ту же мысль о единстве азиатско-европейского пространства применителтно к России. При этом границы используемых понятий "Европа", "Азия", "Запад", "Восток" у них предельно размыты. Поэтому у евразийцев очень много позитивного пафоса, красивых лозунгов, но мало, или совсем нет понимания того, что происходит в мире. Отсюда и полярные программы: "полная победа над Западом" (Дугин) vs "СВО надо бы уже сворачивать" (Разуваев; будто конец СВО зависит только от России). Ясно, что эти программы соответствуют коньюктуре отдельно взятого спикера и подчиняются его максимально эластичной методологии. Конечно, в геополитических схемах евразийцев есть момент истины: в противостоянии России с тем, что можно и нужно назвать "неолиберальным Западом", у первой общего больше с азиатскими странами, нежели с европейскими. Это и позволяет говорить о некой "евразийской общности". Однако, не надо эту общность превращать в догму и пренебрегать противоречиями и внутри азиатского региона, тем более, возможностью их обострения в будущем. В будущем мировая ситуация изменится и геополитические мифологи услужливо предложат обществу теорию не менее красивую, но столь же мало что в мире обьясняющую.