Изгнанный за садовый фонарь... В 1841 году, у самурайского правительства случился очередной приступ вахтёрства и многие забытые, а то и никогда не соблюдавшиеся законы снова вступили в силу. Причем вступили с новой, куда более страшной решимостью кого-нибудь за них наказать. Кульминацией борьбы с мельницами стала облава на дом актёра театра кабуки Итикаву Дандзюро 7, самого прославленного и зажиточного горожанина своего времени, олицетворение того что так ненавидели самураи — успеха. Официально актёры носили статус ниже крестьян, на деле же многие зарабатывали больше чем даймё самурайские князья. Никаких протоколов суда не сохранилось, но благодаря семейным записям мы знаем некоторые детали процесса. — Дом. Слишком роскошный в неподобающем районе, рядом с самурайскими резиденциями. Потолок обит золотом, ширмы выполнены в стиле школы Кано той же, которую использовали в замке сёгуна. Мебель украшалась гербом павловнии и хотя официально это не запрещалось, герб павловнии это достаточно престижный знак чтобы, к примеру, до сих пор являться символом японского правительства и премьер-министра. — Одежда. Во многих кимоно, в том числе для ношения вне сцены, оказалась подкладка из запрещенного многоцветного шелка, тогда как внешняя сторона выглядела просто и изготавливалась из хлопка. Даже доспехи для ролей оказались не бутафорскими, а боевыми. — Сад. Правительство прямо зацепилось за резной фонарь из гранита микагэ-иси. Такой гранит можно найти только в Кобэ, так что одна только доставка материала влетела в громадную сумму. Этот фонарь упоминается практически в каждом источнике и иногда даже выше чем золотые потолки и настоящие доспехи. Такая публичная демонстрация богатства выходила за все рамки в которые самураи пытались загнать горожан. Итог: актёра арестовали и пинками выгнали из столицы, запретив селиться в радиусе 10 ри (~40км) от города. Правда "реформы" провалились всего через пару лет и законы которые никто никогда не соблюдал снова забылись. Итикава погастролировал по Нагое, Осаке и Киото, а потом тихо попросил амнистию и вернулся в Эдо недожив всего 10 лет до падения ненавистного режима. На гравюре он слева. Тут лисица Кудзуноха оставляет прощальное стихотворение, не желая разбудить ребёнка, но вообще обратите внимание на стену слева: Итикава был настолько популярен, что его гравюрами даже украшали стены на самих гравюрах. Utagawa #Kuniyoshi 1850