Разочарование в следующем за нашем поколении это естественный, почти животный инстинкт. Мы растём осуждаемым старшими, только чтобы самим осуждать тех, кто придет занять наше место. Когда Токугава Иэясу объединил Японию, он создал мирную страну во главе с воинами — парадоксальную по своей сути систему, обреченную на медленный распад. Старые закалённые в боях самураи, передавали бразды правления, тем кто никогда не дрался за плацем, те в свою очередь, тем, кто никогда не дрался вовсе. Скоро замечаний кризис идентичности вылился не в решительные перемены самурайского быта, но в его закрепощение. Отныне хороший самурай это не ученый, который так нужен стране, не экономист, который так нужен его собственным владениями, не поэт, в котором нуждается возрождающаяся культура, — это воин, который в общем то, никому уже кроме него самого и не нужен. Но даже этого не хватило. Практически любой трактат о самурайском деле начинается с предисловия описывающего как богатырями были совсем не мы и уж тем более не вы, но те, кто был до нас. А мы, сидя на колокольне истории, только и можем умиляться, как эти "до нас" писали то же самое о своих предках, а их предки еще на поколение дальше. На гравюре Камбэ Нобунага, сын первого объединителя страны Оды Нобунаги, который, в отличии от своего отца, ничего толком не добился и покончил жизнь самоубийством после серии поражений. Utagawa #Kuniyoshi