Потрындим с Трындяйкиной

Когда попытался вписаться в двихужу к другу-интроверту, но ты слишком долго сидел дома на диване.

Видали чё новая Тесла творит??

Зацените эту ИИ-шную красоту. Знаменитую сцену с опознанием из фильма «Подозрительные лица» 1995 года пересоздали с участием пяти легенд боевиков: Жан-Клода Ван Дамма, Уэсли Снайпса, Арнольда Шварценеггера, Сильвестра Сталлоне и Чака Норриса. Раньше для такой сцены понадобились бы контракты, согласование расписаний, огромные деньги и целая съёмочная команда. А теперь один человек может создать нечто подобное с помощью ИИ. Эту версию сделал @thisaintcanon и она наглядно показывает, как быстро меняются правила игры в киноиндустрии. Создавать убедительные кинематографические сцены становится проще и дешевле. И теперь возможности, которые раньше были доступны крупным студиям, появляются у независимых авторов. Вопрос в том, что будет дальше. ИИ откроет дорогу новым талантам или Голливуду придётся всерьёз пересмотреть привычный способ производства кино? Выпуск наших Потрынделок 🌟 об ИИ в кино можно послушать ЗДЕСЬ

На Гитхабе выложили словарь русского мата — больше 300 слов и 99 выражений для нейросетей и просвещения Энтузиаст собрал в одном репозитории более 300 матерных слов и 99 устойчивых выражений с подробными значениями и этимологией. Словарь не только для любопытных — его можно скормить нейросети, чтобы она наконец заговорила по-настоящему по-русски. Культурное наследие, систематизированное и задокументированное.

Новая серия Южного парка Южной Америки уже на RHS

На днях Саша Барон Коэн отметил своё 55-летие. В 2016 году в интервью для журнала GQ Russia он рассказал о своём визите в Россию в 1994 году и встречу с врачом из Астрахани, который вдохновил его на создание образа Бората. Создатель культовых персонажей продолжает удивлять зрителей, и на днях вернулся на экраны в привычном для многих образе в фильме «Али Джи: Кто я?».

Доброе утро! Раф на котовом будете?

Хорошо, когда рядом есть мужчина, который прикроет твою промежность, если тебе вдруг приспичит показать её в самый неожиданный момент. У российской Бритни праздник каждый день

Краткое содержание новой серии Южного Парка Южной Америки

Рауди-камера готовит нас к новой серии Клиники, которая вышла сегодня на RHS

А Юра Борисов чё-то никак не выучит английский и снова выглядит беспомощно на красной ковровой дорожке P.S. Жить надо так, чтоб Эндрю Гарфилд тебя называл purest man

Сашу Барона Коэна попросили прокомментировать слияние Warner Bros. и Paramount во время красной дорожки «Али Джи 2» «Единственное слияние, которое происходит сегодня вечером, - это я и сиськи Сидни Суини».

Начнём выходные с классического Южного Парка 🤝, а именно с прекрасного персонажа мисс Крэбтри или мисс Колтун ( в нашем переводе). К своему ужасу, я только недавно поняла, почему «Колтун», блин, оказывается, я читала неправильно!! Крэбтри была, по большей части, второстепенным персонажем, использовавшимся только для случайных шуток или для сцен в школьном автобусе.Тем не менее, она получила заметную роль в 7 серии 2 сезона, когда, отвозя детей из школы, она съехала на автобусе с главной дороги и в итоге застряла на краю обрыва. Цитаты • "Сядь и заткнись!" • "Что ты сказал?!" • "Всем вести себя тихо, или милый маленький кролик умрет!" • "Ты выглядишь, как комок собачьего дерьма, которого только что сбила МАШИНА!" S02E07 🤣 #ЮжныйПарк #SouthPark

Доброе утро! Надо выспаться, завтра ещё весь день отдыхать

Больше видосов в сториз у меня в инсте Смотреть новую серию

Финал, который переворачивает всё с ног на голову В последней части серии выясняется, что Джилл умерла вовсе не от передозировки, причиной стало бешенство. Это крайне редкое заболевание, и в условиях нехватки времени врачи не проверили эту версию. Трое пациентов ждали органы, и решение нужно было принимать быстро. К моменту, когда открывается правда, пересаженные органы уже заразили всех троих. Несмотря на усилия медиков, первые два пациента умирают. Кокс, который пять сезонов был практически несокрушимой силой Святого Сердца, сидит в комнате отдыха и не может прийти в себя. Обычно он язвит, кричит, спорит и держит всех в напряжении, но при этом остаётся блестящим врачом. Теперь перед нами человек, который просто не знает, что делать дальше. Ещё несколько часов назад Джей Ди тонул в чувстве вины из-за Джилл. Теперь он пытается поддержать своего наставника. Он напоминает Коксу, что пациенты находились в критическом состоянии и без пересадки всё равно могли умереть в ближайшие часы. Потом Джей Ди признаётся, что принял бы такое же решение. Но история на этом не заканчивается. Когда они снова садятся обедать, Кокса вызывают к третьему пациенту, к которому он особенно привязался. Состояние больного резко ухудшается. Реанимационные мероприятия не помогают, и он тоже умирает. На этот раз Кокс не может скрыть ярость. Он признаётся, что третий пациент не находился в настолько критическом состоянии, чтобы пересадку нельзя было отложить ещё на месяц. Первые две операции были рискованным решением, которое он считал необходимым. А третья смерть теперь кажется ему собственной ошибкой. Ранее Кокс говорил Джей Ди, что, когда начинаешь винить себя, выбраться из этого чувства уже практически невозможно. Теперь Джей Ди напоминает ему его же слова. Кокс соглашается и уходит из больницы, даже не дождавшись окончания смены. Почему эта серия до сих пор так сильно действует на зрителей? После «Моего обеда» Кокс переживает настоящий эмоциональный кризис. В следующих сериях Карла, Джордан и другие сотрудники больницы пытаются вернуть его к работе. Но он изолируется дома и пьёт пиво, не желая ни с кем общаться. «Мой обед» остаётся одной из самых сильных серий Клиники. Она показывает, насколько тонка грань между профессиональной уверенностью и чувством полной беспомощности. Даже самый опытный врач может принять решение, которое обернётся катастрофой, и потом не знать, как с этим жить. У серии рейтинг 9,8 на IMDb, и по этому показателю она входит в число самых высоко оценённых эпизодов всего сериала, уступая лишь финалу «Мой финал: часть 2». Сегодня пересмотреть её особенно интересно: она напоминает, что сериал никогда не ограничивался смешными фантазиями Джей Ди, нелепыми ситуациями и шутками над пациентами. За всем этим всегда стояли настоящие человеческие истории, в которых смех мог смениться болью буквально за несколько минут. И именно поэтому Клиника до сих пор остаётся чем-то большим, чем просто ситком.

Как комедия превращается в трагедию Пока Джей Ди пытается избежать неприятного общения, в Святом Сердце разворачивается серьёзная история: трое пациентов находятся в критическом состоянии и ждут донорские органы. Пересадками руководит доктор Кокс. Ход повествования подводит зрителя к мысли, что ради спасения этих троих кто-то другой должен умереть. И когда Джей Ди узнаёт, что Джилл доставили в больницу без сознания после предполагаемой передозировки, мы понимаем, что она может стать тем самым донором. Всего несколько часов назад Джей Ди и Кокс жаловались на неё, а теперь Джилл умирает, и Джей Ди охватывает чувство вины. Он понимает, что перед ним был одинокий человек, которому не хватало общения, а он предпочёл собственное удобство простому человеческому участию. Кокс реагирует привычным для себя способом. Когда Джей Ди захлёстывают эмоции, он старается превратить происходящее в жёсткий, но важный урок. Во время очередного обеда он объясняет молодому врачу, что нельзя брать на себя ответственность за каждую трагедию в мире. Джилл не пришла к ним в больницу за помощью, а врачи не могут отвечать за каждого одинокого человека, которого они встречают за пределами клиники. Это урок эмоциональной дистанции и одновременно напоминание о том, как сам Кокс научился выживать в своей профессии. Когда Джилл объявляют умершей, выясняется, что её органы подходят всем троим пациентам. После череды тяжёлых событий это кажется моментом, когда история наконец может закончиться чем-то хорошим. Но создатели Клиники приготовили ещё один удар.

Спустя 20 лет серия Клиники с рейтингом 9,8 на IMDb ещё раз доказывает, что это один из величайших ситкомов всех времён Даже спустя двадцать лет некоторые серии Клиники по-прежнему больно пересматривать. И «Мой обед» (My Lunch), двадцатая серия пятого сезона, определённо одна из них. Серия впервые вышла 25 апреля 2006 года. Сначала кажется, что всё закончится очередной историей об удачной пересадке органов в больнице Святое Сердце. Но к финалу создатели превращают привычную медицинскую комедию в настоящую трагедию, которая ломает и героев, и зрителей. В центре сюжета снова оказывается пациентка Джилл Трейси, которую играет Николь Салливан. Джей Ди (Зак Брафф) и доктор Перри Кокс (Джон К. Макгинли) случайно встречают её в супермаркете. На первый взгляд это очередной неловкий эпизод с участием знакомой пациентки, но дальше история принимает совершенно неожиданный оборот. Джилл появлялась в сериале с первого сезона и за пять сезонов успела засветиться в шести эпизодах. Зрители запомнили её по стремительной речи, хаотичной личной жизни и почти болезненному неумению понимать социальные сигналы. Она постоянно говорила лишнее, затягивала разговоры и могла вывалить на собеседника такие подробности, что хотелось немедленно найти предлог уйти. Джилл часто служила источником комедии, но за её странностями скрывалось одиночество. В «Моём обеде» Джей Ди и Кокс встречают её в супермаркете во время перерыва. Джилл рассказывает, что мужчина, с которым она собиралась на свидание, не пришёл. Она возвращается на место встречи два дня подряд, надеясь, что он всё-таки появится. Джей Ди тоже приходит за обедом, но старается не вступать с ней в разговор. Вскоре становится понятно, что Джилл просто больше некому позвонить и некуда пойти. Джей Ди пытается избежать дальнейших разговоров, а Кокс и вовсе уносится обратно в больницу. На второй день Джей Ди всё-таки соглашается пообедать с Джилл. Но делает это скорее из чувства врачебного долга, чем из искреннего желания провести с ней время. Всё это классическая Клиника: неловко, абсурдно и смешно. Именно поэтому то, что происходит дальше, бьёт так сильно.