Рыночная экономика — все? Американский президент Дональд Трамп, вернувшись в Белый дом, «бросил гранату» в мировую экономику. В США больше нет рыночной экономики — так считает лауреат Нобелевской премии по экономике Джозеф Стиглиц. Так ли это? Прежде чем ответить на этот вопрос, расскажу анекдот. Экономист приходит к врачу. Врач говорит: — У вас плохие анализы. Нужно срочно менять образ жизни. Экономист отвечает: — Это краткосрочная проблема или структурный сдвиг? Врач: — Это инфаркт. Экономист: — Тогда давайте подождём данные за следующий квартал. Так и со Стиглицем. Конечно, данные за следующий квартал мы ждать не будем, а просто вместе подумаем. Все сказанное — это оценочное мнение, а не факт. Это, скорее, яркая метафора, нежели описание реальности. Ни для кого не секрет, что Стиглиц — товарищ очень конкретных взглядов. Не просто либеральных, а я бы сказал либеральных взглядов, возведенных в абсолют. Мы его точку зрения, разумеется, понимаем, но делаем поправку на то, что… «уж больно далеки они были от народа». Он давно критикует: ◽️ протекционизм, ◽️ торговые войны, ◽️ субсидии промышленности, ◽️ использование экономики как инструмента политики, ◽️ ослабление глобальных правил торговли. С его точки зрения, последние годы — это отход от модели глобализации, которая сложилась после 1990-х. Но это вовсе не означает, что в США «больше нет рыночной экономики». Это, скорее, политико-экономическая критика курса. А была ли мировая экономика когда-нибудь по-настоящему рыночной? Честный ответ — нет. Никогда. Даже в так называемый «золотой век глобализации» (примерно 1990–2008): ✔️ США субсидировали сельское хозяйство. ✔️ ЕС защищал фермеров на законодательном уровне. ✔️ Китай активно управлял промышленным развитием. ✔️ Япония ограничивала доступ на свои рынки. ✔️ Государства регулярно вмешивались при кризисах. После кризиса 2008 года вмешательство только усилилось: ✔️ нулевые ставки, ✔️ печатание денег, ✔️ спасение банков, ✔️ рост регулирования. То есть рынки всегда работали при активном участии политики, а не отдельно от неё. Что реально изменилось сейчас? Скорее, не «исчез рынок», а изменилась модель капитализма. Главный тренд: меньше гиперглобализации — больше геоэкономики. Торговля стала в том числе инструментом безопасности, цепочки поставок превратились в политическую тему. Государства конкурируют за технологии, а промышленная политика снова «в моде». Размер субсидий увеличивается во всех крупных экономиках. Это не отказ от рынка. Это — усиление роли государства внутри рынка. Что, естественно, не нравится Стиглицу. И мы его вполне понимаем и разделяем его озабоченность. Есть ли сегодня рыночная экономика в США? Да, в базовом смысле — конечно. Есть: ✔️ частная собственность, ✔️ конкуренция, ✔️ предпринимательство, ✔️ развитые финансовые рынки, ✔️ рыночные цены. Но одновременно с этим: ◽️ тарифы, ◽️ санкции, ◽️ субсидии, ◽️ стратегическое регулирование. То есть это уже не «чистый либеральный капитализм», а более стратегический и государственно-ориентированный. В экономике почти никогда нет крайностей. Нет полностью свободного рынка. Нет полностью управляемой экономики. Но есть смешение капитализма и государства, в разных пропорциях. Возможно, мир просто возвращается к более привычной исторической модели, а сверхглобализация 1990-х была временным экспериментом. Может ли происходящее привести к серьезному кризису в США и в мире? Боюсь что да. Это обсудим отдельно. Очень подробно коснемся этой темы на форуме в приложении. Также обсудим, без пресной теории, что нам со всем этим делать. 👨💼Евгений Коган в MAX и ВК