Мы любим графики. Графономику мы тоже любим, но в данном случае есть нюансы. Да, запасы нефти в США действительно находятся на минимумах по отношению к максимумам 2010 года. И да, темпы снижения этих запасов (зеленая линия на графике) носят экстремальный характер. Однако на два озвученных ДА есть одно НО. Если речь идет о снижении коммерческих запасов, как пишет Графономика, то это история не про американцев как таковых, а про американские нефтяные компании, про корпоративную логику рыночной прибыли. Логика эта проста – коммерческие резервы создавались при низкой цене, а продают нефть из этих резервов американские компании по сверхвысокой цене военного времени. Иными словами, зачем компаниям инвестировать в системную добычу дорогой сланцевой нефти, когда можно зарабатывать на отложенной марже. Тем более, что потом, когда американская администрация разрешит иранский кризис и возьмет под контроль всю нефть Ближнего Востока, цены упадут, и все инвестиции в американскую сланцевую добычу пойдут по азимуту. Совсем другая история и другая логика, когда речь идет о стратегических запасах нефти США (SPR). Эти запасы создавались не для рыночной игры в прибыль, а на покрытие дефицитов нефти в случае военных действий в районе Персидского залива. Здесь работает логика буфера, который должен перекрыть возникший дефицит на время действия ограничений. Здесь возникает очень важный пороговый фактор (пресловутая «красная линия») возможностей США на ведение войны с Ираном. Как только заканчиваются стратегические запасы нефти у США, исчезает буфер, рынок летит вниз, цены – вверх. А вот теперь посчитаем. SPR сократились за последнюю неделю на 7,9 млн барр., опустившись до 349,2 млн барр. Коммерческие запасы за это время снизились на 7,2 млн барр. до уровня в 426,5 млн барр. Если исходить из того, что внутренняя добыча в США составляет 13,4 млн б/с, а потребление более 20 млн б/с, то получается, что США должны ежедневно импортировать порядка 6,5 млн баррелей нефти. К 6,5 млн б/с дефицита надо добавить 2,1 млн б/с нетто-экспорта (чистый экспорт за минусом импорта). Получается, что США для сохранения баланса на рынке в условиях войны с Ираном должны каждый день освобождать из резервов 8,6 (6,5 плюс 2,1) млн баррелей нефти. Понятно, что в данной цифре не предусмотрена санкционная русская и иранская нефть, которые в мониторинги не попадают, но остановимся на этой цифре, чтобы понять точку опоры – временной предел иранской войны. Если говорить про SPR, то это 40 дней (349,2 разделить на 8,6). Если сюда добавить еще и коммерческие запасы, то предел вырастет дополнительно на 50 дней. Все расчеты носят гипотетический характер, они предполагают, что логика использования коммерческих и стратегических запасов одинакова, что не совсем так, как мы показали выше. Однако предельный срок в 90 дней для войны с Ираном выглядит для Америки и мирового рынка пугающе.