Танкер Al Kharaitiyat, загруженный сжиженным природным газом (СПГ) на заводе в Рас-Лаффане, успешно прошел через Ормузский пролив, сообщает Bloomberg со ссылкой на данные отслеживания судов Kpler. Судно, принадлежащее катарской компании Nakilat, проследовало по так называемому северному маршруту, одобренному Тегераном. Он пролегает вдоль иранского побережья через Ормузский пролив. Сейчас Al Kharaitiyat находится в Оманском заливе. Пункт назначения — Пакистан. Ну что же. Иранские власти можно поздравить. Похоже Катар согласился оплатить проход через Ормузский пролив после многочисленных неудавшихся попыток пройти узкое горло, как раньше, «безвозмездно, то есть даром». Момент важный, так как похоже создан прецедент. А мировое право, несмотря на все декларации, в том числе и морскую конвенцию, запрещающую брать поборы за проход судов через естественные проливы, прецедентно. Но иранские власти сколько угодно могут заявлять о взимании платы за проход через Ормуз, однако механизм не работает, пока вторая сторона не изъявит желания заплатить. И вот, судя по всему, катарские власти этот прецедент создали. Если одно судно с катарским СПГ прошло, то скоро должно пройти второе, а там и третье. Дальше — больше. На днях иракские компании объявляли о рекордных скидках в 33,4 доллара за баррель на свою нефть. Морской танкер везет не менее миллиона баррелей, а порой и два. Несложно посчитать, что нефть, загруженная в танкер, находящийся в Персидском заливе, стоит как минимум на 33,4–66,8 млн долларов дешевле, чем та же нефть в танкерe, находящемся в Оманском заливе. А это значит, что скоро выстроится очередь трейдеров, желающих «телепортировать» нефть из портов Ирака в танкеры мирового океана. Ведь Катар как-то смог? И тут возникнет множество прецедентов. Но что самое важное: после того как катарские и иракские нефтегазотрейдеры наладят свои схемы прохода через Ормуз, они станут ярыми защитниками иранских сборов: «Если мы договариваемся, почему нефть или СПГ из Кувейта или ОАЭ не должны облагаться тарифами?». Впрочем, интересно другое: очевидно, что за американские доллары и евро купить безопасность на Ближнем Востоке уже невозможно. В какой валюте происходят платежи, гарантирующие безопасность судоходства?