О решении Международного энергетического агентства (МЭА) распустить 400 млн баррелей резервов с инфографикой от МЭА, объясняющей этот шаг Решение МЭА подразумевает, что пик эскалации против Ирана остался позади. В марте добыча на Ближнем Востоке сократится на 7 млн баррелей нефти в сутки, и по итогам месяца дефицит составит около 220 млн баррелей. Однако уже в апреле ближневосточные нефтяники начнут наращивать добычу, и дефицит снизится до 5 млн баррелей в сутки. По итогам месяца выпадение мировой добычи составит 150 млн баррелей. К маю кризис практически разрешится, и добыча почти восстановится. В результате в мае может выпасть еще около 30 млн баррелей. Баланс сойдется, и результат выйдет в ноль. План был надежен, как швейцарские часы, но что могло пойти не так? Если до конца марта (осталось менее двух недель) ситуация не разрешится и судоходство по Ормузскому проливу не восстановится, МЭА придется в первых числах апреля принимать решение о новом роспуске резервов. Впрочем, хорошо, что они пока есть. Однако нефтяной рынок начнет реагировать на эти решения гораздо острее, поскольку коридор возможностей резко сузится. Несложно подсчитать, что если кризис в Ормузском проливе продлится до мая, то резервы МЭА будут практически исчерпаны. Вот тогда действительно начнется безудержный рост цен на нефть и острейшая паника на биржах. Иранскому руководству нужно дотянуть до этого момента. А после, Трамп, Нетаньяху или любой другой политик по выбору иранцев, поедет договариваться о мире на любых условиях.