🔸При нефти 150 долларов за баррель пощады для Ирана попросит японский премьер-министр Санаэ Такаити. 🔸При нефти 200 долларов лучшими друзьями аятолл станут европейские лидеры. 🔸При нефти 250 долларов мирное соглашение с Ираном полетит подписывать лично Дональд Трамп. 🔸При нефти 400 долларов за баррель в Тегеран поедет капитулировать Биньямин Нетаньяху. Иранские власти (кто бы сейчас ни руководил страной) кажутся выбрали единственно возможный путь к стратегической победе над США, Израилем и стремительно присоединяющимися к конфликту странами Европы: выключать нефтеносную инфраструктуру стран Ближнего Востока. Это ведёт к дефициту нефти на мировых рынках и росту стоимости барреля. Главное в этой стратегии — методично повышать стоимость нефти и газа, чтобы они становились всё менее доступными. Первичная энергия — важнейший компонент инфляции, и через неё можно обесценивать иену, доллар и евро. А всю остальную работу сделают местные финансисты требуя премий на размещаемые долги. Ахиллесова пята развитого мира показана на скучном графике сверху. Долг многих стран разросся до неприличных и неконтролируемых размеров. При уровне долга выше 100 % от ВВП важен каждый 0,1 % стоимости его обслуживания. После начала СВО для большинства развитых государств стоимость привлечения новых денег резко выросла. Новый виток инфляции станет холодным душем для бюджетных систем всех стран развитого мира. Придётся экономить, искать средства на купоны, но самое главное — заниматься проблемами внутренней экономики: займы для бизнеса также подорожают. Конечно, для Ирана держать перекрытым Ормуз тяжело как экономически, так и политически. Говоря об экономике — война дело дорогое, нужно продавать и свою нефть, а иранский терминал Джаск, выходящий напрямую в Аравийское море, может обрабатывать лишь 0,3 млн баррелей в сутки из 1,5 млн всего экспорта. С политической точки зрения главный союзник Ирана — Китай, остро нуждающийся в бесперебойном нефтяном снабжении. И руководство Китая будет всячески противиться полной морской блокаде Ближнего Востока. Впрочем, чтобы заключить мир Ирану придётся чем-то пожертвовать. Либо союзом с Китаем, либо суверенитетом.