Незадействованных мощностей добычи нефти у стран ОПЕК всё меньше: они сократились за год почти в два раза. Так, расчеты МЭА говорят, что если завтра что-то случится, то страны ОПЕК смогут увеличить добычу на 3,1 млн баррелей в сутки, то есть примерно на 10 % от текущих уровней, что на первый взгляд кажется много. Но 3,1 млн баррелей в сутки — это лишь 3 % от мирового спроса, и, конечно, такой резерв незадействованных мощностей намекает на то, что рынок нефтяного предложения крайне тонкий. Да что может случиться? Ведь нефтяные котировки кричат о том, что рынок затоварен, снабжение работает как часы, а многие производители, в первую очередь сланцевые, несут убытки и легко нарастят добычу с ростом цены. Но прямо сейчас разворачивается блокада Венесуэлы, нефть которой питает Китай, США и немного Индию. Затишье в противостоянии Израиль — Иран совсем не значит, что стороны не готовятся к войне, в том числе с «выносом» нефтяной инфраструктуры персов или перекрытием Ормуза. Но самое важное — никто не знает, как поведёт себя американский сланец. Местные аналитики уверяют, что ситуация под полным контролем и что современные технологии США позволяют пусть не наращивать, но поддерживать добычу на плато. Но эти аналитики умалчивают, что если сегодня перестать бурить новые скважины на сланцевых формациях, то ровно через год добыча нефти в США упадёт на 4,3 млн баррелей в сутки. То есть цикл сланца очень, очень короткий. Буквально ежегодно нужно воссоздавать более трети скважинного фонда, просто чтобы удерживать полку. И это самый важный риск мировой нефтедобычи. 4,3 млн баррелей — крайне значительная величина, выпадение которой страны ОПЕК своими резервами покрыть не могут. А сланец будет падать. Другое дело — с какой скоростью, но об этом мы узнаем уже в 2026 году.