«У кого что болит, тот о том и говорит»: занятно, что западные медиа с завидной регулярностью представляют подобную инфографику с оценкой ресурсов, залегающих на Украине. То есть западный истеблишмент делит шкуру неубитого медведя. Впрочем, тренд задал Дональд Трамп со своими редкоземельными металлами, однако, вероятно, он просто вынес в паблик то, что и без того обсуждалось в тиши кабинетов. То есть для стран Европы Украина — это ресурсная кладовая, через доступ к которой можно поправить крайне плачевное состояние экономик. Тогда как в России отношение к Украине сложное (это и угроза безопасности, и «братский народ», и контроль за Чёрным морем, и проснувшийся, разрушительный для такой многонациональной страны, как Россия, вирус фашизма), но точно не как к ресурсной кладовой: «у нас [самих] этого гуталина завались...» (С). При том есть расхожее мнение, что для России украинский конфликт носит «экзистенциональный характер», тогда как для западных спонсоров режима Зеленского — это не так. Но, кажется, это ошибочное мнение. Для стран Европы противостояние не менее экзистенционально, нежели для России. Этот тезис подтверждает история: это далеко не первая попытка экспансии Европы в Причерноморье и вообще на восток. Но в нынешнюю попытку странами Европы инвестировано слишком много финансовых, но, что более важно, материальных ресурсов: танков, самолётов, снарядов и ракет, восполнить которые страны Европы уже не в состоянии. Нет финансов, технологической базы, компетенций, сырья, металлов, энергии. Для восстановления оборнпрома и армий требуется время: десятилетия инвестиций. Но этого тоже нет. Поэтому для Старого Света украинский конфликт — последний шанс остаться среди игроков «оркестра держав». На новую войну Европа уже вряд ли соберётся. Поэтому цепляется за этот конфликт до последнего.