тонио крёгер

Из не вошедшего в книги: *** А. П. это врат неалтарных убит соловей, это рыба вскричит о нигде, о никте, никогде, невеликом «правей», и возлюбленный брат земляничных кровей ошалел – и пошёл по воде: телефонное небо на воре горит, крошки хлеба поют в бороде: уезжай, уезжай, ты состав, ты транзит, вечный поезд о вечном «нигде»; проревёшься – и будет юродивый сон, речь вернётся железкой, резьбой, это где-то идущий в горах аронзон – дымный ангел с весёлой трубой, мы за ним поплывём в огнестрельном огне, видишь, сон, позабывший о сне, видишь, братское сердце на новом ремне, уезжай, уезжай обо мне; а забудешь – и сдвигом всё помнящих плит, диким ветром, сносимой резьбой оглушительный саша в мембране горит, держит смерть на весу пред собой! 02.12.2021 Вологда *** это чьё там навстречу утро звеня поя рот беззубый раскрыло давай мириться кто там райское время хватающий за края нет сынок это яблоко яблоко я голый запах родного зверинца я давно уже вечное детство цып-цып ма-ма стрекоза на радаре грусти мол наше наше ты сто лет не пришёл – и меня обнимала тьма вместе пившая горевавшая от ума целовавшая в день пропажи полным ртом обнимающей темноты я теперь говорю из такого ада что не снилось кювье перегной позвонки хребты это свет надо мной это облако облако ты проплываешь и помнить не надо а порой приснится что кухонный детский шум а не топот орбит а не связки что петь не в силах и с повисшим в окне дышу говорю держу обнимая ресничный его парашют лёгкий лёгкий невыносимый Москва, август 2021 * * * начинается жизнь как бензин по весёлому глазу застекольным ожогом горя офигевшим огнём чтобы видел ослепший всем зреньем разинутым сразу слово то что в глаза и застенное слово о нём чтобы свет вологодский со всей среброокою болью и дневной затянувшийся облак хороших погод я удар проношу принимая во тьму застеколья где ошибка жива и во тьме прорастает и ждёт зрячей музычкой льда притаилась качая правами а когда я усну – вот сейчас говори пробуди: – засыпай же сынок выдувая меня выдувая словно давнюю рану из пыльной груди словно не было дня в лоскутках над осенним пэчворком и любви на подушке с твоей золотистой копной через память о рае пройдя всё становится мокрым озареньем воды на щеке и обжегшимся мной а потом сквозь железо пройдя – ритуальной гвоздикой постаментом стыду – отдалённым но сделавшим честь как побитый но любящий сын иллюзорности дикой отчеркнувший на чеке свои двадцать шесть Вологда, 11.04.2021