тонио крёгер

Из книги «память so true» (2021): *** I. говорит молодому богу сошедший свет: – видишь, дерево в тёмном огне, и оно горит, видишь, озеро в белом окне, и оно горит, ну а ты мне сожжённо дорог, как брату брат, и в тебе закипает мерцающий алфавит, строчек с кровью дебют, молодой ожидает ад, весь ты – принц земляничных кровей, весь – на смену мне, отойти бы в начало – и новым взойти зерном; взять тебя, как себя, увести от огня, огня, или нет – провести нестыдливым таким огнём, чтобы вырвать мой грешный, нерусский язык и сжечь, а огарки вложить в молодые твои уста; чтоб один за тебя просиявший твердил пожар, всей симфонией пела простудная рана рта; как ты там, чьих ты будешь, безумных каких начал, – всё неважно: ни рымбу, постбродский пиар её, ни лицензии воздуха – только полдневный сон, там, где каждый забыл про всё и в себе увяз; так и ты говори, что меня драгоценней всё: это облако – нет, это облако надо мной, приступ ясности – скор, несмертелен, как всё, как всё: так – в погоне за ясностью – скрадываешь тебя, две минуты до рейса – ни дерева, ни огня; говорящий земным: обнимаю, лети, лети. II. брату нырнувшему брат говорит обсохший homo cошедший на берег прямоходящий: – имя твоё – праздник нерасторопный пчёлы гудящие в улье пронзённым светом кровь на зубах перешедшая в море море ужаса молодого радости разливанной брату взлетевшему брат говорит упавший: – так возлетая над подожжённым морем залюбовавшись отменным своим пожаром музыкой ужаса песнею катастрофы не забывай обо мне – до смешного схожем тем же возвратно путём идущем сцену оставившей взлётной тени имя твоих начал – молодой шаляпин праздник восшествия пир дирижёрской вьюги бьющий к финалу себя самого в межножье яростные два слога господи пусть без боли выйдет в самоосажденье неоркестровом а натолкнётся на музыку самосуда – так прозвенит она чтобы лучше чище так прозвенит она чтобы ярче больше как молодые пчёлы ласточки пчёлы и снова пчёлы мир сберегая шаткий нежностью этой III. Роману Шишкову ветер воде говорит раздувая зёрна: – как тебе там – среди бесконечных псевдо- в хаос когда ни сказать о чужом спасённом ни о своём промолчать языком подземным в час когда бьёт по тебе молодой прожектор и утопает во мгле не дождавшись ласки не разглядеть – это бог по воде пошедший или с иглой в руке молодой поплавский новый ловец три безрыбья прошедший кряду жемчуг в пыли или брат говорящий брату: – как тебе там – среди тихих «умру» и «страшно» где не спастись ни в дому ни в древесной гуще снег над обоими – чёрный и рукопашный громкий радийный тысячу лет идущий если придут – и опять не дадут спасенья в ад головы в тишину твоего айпада руку подняв – опусти в старомодном жесте просто скажи: – рай которого нам не надо просто скажи: – мир которого нам не надо мантрой скажи – и поставь этот лайк весенний глупый простой фейсбучный мы вместе вместе Август 2020, Череповец Из не вошедшего в книгу: *** сколько лет – подростковый твой образ всё так же со мной громыханье всё дальше за лесом всё ясней – не догнать и господь материнский живот проколовший стрелой полегчавшую спросит олесю: – сколько тело твоё тяжелело с трудом так летя воплощеньем в кричащий роддом что ж молчишь как не знаешь утрат – ничего не сбылось и не будет потом лишь глаза мои стали кричащий роддом а для брата – легчайшим подёрнуты сном светлый рай аронзоновский сад сколько полнилось тело – и вот не сбылось растолстело что Твой виноград лишь слова мои стали легчайшая гроздь чтоб не видел ни кроны пронзённой насквозь ни корней укрываемый брат то не плод умеревший во мне ада нет боли нет то ужалась молчаньем забота моя шаровая и не вирус во мне а игольчатый свет так пришедший в меня разрастись без особых примет чтоб до лета дожить о закрывшемся въезде не зная Черноголовка 29.03.2020