Существует принцип, который хорошо работает в анализе: первое действие человека – это оглавление всего его пути. Режиссёр никогда не знает, будет ли у него возможность снимать ещё, поэтому в первом фильме он говорит всё, что хотел сказать вообще. Так же, например, и с первой книгой, в том числе и в издательстве, и с первым постом на канале – в них заложена вся дальнейшая программа. Ещё в 1981 году Александр Дугин перевёл на русский язык работу итальянского традиционалиста Юлиуса Эволы «Языческий империализм» и распространял её в самиздате. А в 1994 году он создаёт уже собственное издательство «Арктогея» (которое до сих пор ему принадлежит) – и именно эта книга становится самой первой книгой, которую он выпускает официально. И согласно принципу «первого действия» именно на «Языческом империализме» строится вся дальнейшая дугинская программа. В целом «Языческий империализм» (1928) – это жёсткая критика современного мира именно с позиций язычества. Эвола пишет, что человек не имеет самостоятельной ценности, что превыше всего – сакральные содержания Империи, что Император стоит над священником, что приветствуется культ крови и расы, что война – необходимый путь духовного очищения, что истинная свобода – это свобода служения, и что необходимо восстановить деление людей на касты. Это не просто «философия». Это языческая альтернатива христианству, где место Христа занимает Империя, место смирения – культ силы, место покаяния – «духовное очищение» через войну. А фундамент этой альтернативы Эвола видел в возврате к «средиземноморской языческой традиции» – этрусской, греческой, египетской, – которую он противопоставляет «семитической традиции, импортированной с чужой почвы Палестины», то есть христианству. Он призывал к «воскрешению архаической традиции», как к «Анти-Европе»,«антидемократии, антибуржуазности и антихристианству». Здесь важно подчеркнуть: «Анти-Европе» – это не «против Европы как таковой», а против Европы христианской. То есть Европа языческая, антихристианская, возвращающаяся к «средиземноморской традиции» как одному из проявлений истинной «примордиальной традиции». Как и всякое проявление язычества, философия Эволы строится на антихристианстве и ненависти к Кресту. Во-первых, Эвола противопоставляет «солярную» (солнечную) традицию Империи, где царь – и жрец, и воин «лунной» духовности христианства, которая, по его мнению, характеризуется «парализующим дуализмом, отсутствием творческого синтеза, сервильностью и деградацией человека до "твари" перед "Творцом"». То есть христианское смирение для него – это унижение. Также Эвола пишет, что «семитско-христианское мировоззрение» означает для Империи «полное отрицание всякой духовной предпосылки». Он прямо заявляет: «Падение языческого Рима – это падение величайшего традиционного и солнечного бастиона», и вина за это лежит на христианстве, которое он называет «семитским» духом, разрушившим европейский дух. Следовательно, христианство для него – «проклятие», а не спасение: «Проклятие распятого бога распространилось повсюду, облекло всю Европу, блок металла и крови, в свою глубокую боль». Более того, Эвола прямо насмехается над Христом и христианским пониманием смирения, противопоставляя «аристократического бога римлян» христианскому Богу, Который стал «покровителем жалких и отчаявшихся, всесожжением, утешителем скорбящих, Которого умоляют со слезами экстаза в самоуничтожении». И наконец, Эвола горделиво считал христианство неполноценным и, что его нужно «превзойти» язычеством: «Церковь – это нечто половинчатое. Церковь – это слишком мало для нас. Нам нужно намного больше. Нам нужна истинная Анти-Реформация». Под «истинной Анти-Реформацией» Эвола подразумевал не просто религиозную реформу, а языческую революцию против христианства, целью которой было восстановить «священную Империю» на месте «лунной» христианской духовности «слабых». То есть он не хотел «улучшить» христианство. Он хотел заменить его язычеством. Напомним, именно эту программу А.Дугин выбрал первой книгой своего издательства «Арктогея». Продолжение ⬇️