Максим Тесли

Пять часов ушло у бота на анализ моего канала. Понятно, что тут не бывает иных результатов, кроме комплиментарных, но мне некоторые моменты прямо очень понравились. Особенно про то, что я расцениваю Хармса, Шкловского и других не как объекты исследования, а как боевых товарищей. Я даже не догадывался, что это так, но это так. Круто.

В первом сборнике СОПО 1921 года, который есть в моей небольшой библиотеке раритетов, опубликованы стихи ничевока Олега Эрберга. Только редакция сборника допустила ошибку и указала Эрберга как акмеиста (это как написать, что Слава КПСС участник Vagabund). Эрберг обиделся, конечно, и отреагировал: Ничевока Олега Эрберга. ЗАЯВЛЕНИЕ. С грустью извещаю всех Ничевоков и читателей «СОПО» что я, поместивший в означенном сборнике стихи, отнесенные премированно-компетентным Президиумом В.С.П., к существующей, так называемой школе «акмеистов» без моего ведома и на то согласия, решительно никогда никаких дел с Петербургской бакалейной лавочкой под фирмой «Акмеисты сыновья и К?» не имею и вообще считаю, что Акмеисты – сволочь. Ничевок Олег Эрберг Про него и остальных ничевоков, настоящих панков от литературы, запрещавших писать Маяковскому, ждавших смерти Ахматовой ("Ахматкиной", как они ее называли), заходящих в дома через окна и в качестве приветствия кричавших: "Сансара!", поговорим сегодня на лекции. Билетов еще немного есть.

Ну скучно же без обоев. Давайте клеить: t.me/boost/therealtesli

Это мой телефон. Подписывайтесь на бусти.

А помнишь, как в школе стометровку бежали на время, а я тебя схватил и не давал бежать. Видел бы ты своё ебло тогда. Прости, в общем, за ту хуйню. А ещё мне Лёха Удальцов нос разбил за то, что я у него на контрольной по алгебре калькулятор отбирал. Я его вызвал на драку, а он мне второй раз нос разбил. Плохой я был боец. Смешно же!! А тогда казалось, что всё: смертельная обида, «Я убью его ножом». Ты за ту стометровку два получил, и, наверное, тоже хотел убить меня ножом. Мы ж месяц тогда не разговаривали. А сейчас смешно. И пройдёт какое-то время и все сегодняшние проблемы тоже смешные будут. И какая бы хуйня не происходила сегодня, завтра это будет просто забавный эпизод из нашей замечательной жизни, мальчики и девочки. PS: И прости за ту стометровку.

Александр Введенский говорил, что он похож на Пушкина. Потому что Пушкин тоже не имел чувства собственного достоинства и любил тереться среди людей выше его.

21 января продолжение лекции о Втором эшелоне Серебряного века в магазине «Все свободны». Поговорим о Крученых, Марте, ничевоках. Билеты ещё есть.

Спонтанная инсталляция на Аничковом.

Сходили в дом радио на «концерт-ритуал» «Бикапо небесного леса». Было интересно. Вообще, в городе столько всего происходит, можно порваться. И кажется, я только начинаю жить так, как в этом городе нужно: рано вставать, много гулять и везде быть. Концерт понравился своим разнообразием. От жизни к смерти через борьбу и умирание/воскрешение, я бы так это все описал. На сцене одновременно шесть человек, столько инструментов, что не понимаешь, откуда что идет. Путаешься, но выплываешь, и плывешь. В один момент звуком была показана турбулентность. Среди зрителей был замечен Всеволод Гаккель.

Я думал, только St. Pauli глубоко вовлечен в тему хорошей музыки. Но оказывается, «Марсельчик» тоже иногда может удивить.

Эти безалкогольные виски сауэр и гимлет — в вашу честь.

«Меньше читай, больше перечитывай»,— говорил Веллер. Не то, чтобы я прямо жёстко следую этому правилу, но в последние лет пять оно работает в отношении художественной литературы. В любой непонятной ситуации перечитываю «Циников» Мариенгофа, «Заповедник» Довлатова, «Плавучую оперу» Барта, «Двенадцать стульев» (да простит меня Костя Сперанский), «Чапаев и Пустота» и «S.N.U.F.F.». Причем, так как содержание меня уже мало интересует, некоторое могу не перечитывать. В «Чапаеве и Пустоте» всегда пропускаю главу про Марию, «Двенадцать стульев» мало интересует где-то после шахматного турнира, а если попадется «Мастер и Маргарита», то пропускаю всё про Иешуа.

— У вас случайно нет такого знакомого с красным лицом, тремя глазами и ожерельем из черепов? — спросил он. — Который между костров танцует? А? Еще высокий такой? И кривыми саблями машет? — Может быть и есть, — сказал я вежливо, — но не могу понять, о ком именно вы говорите. Знаете, очень общие черты. Кто угодно может оказаться. Виктор Олегович Пелевин, «Чапаев и Пустота»

Первый раз был в «Упсала-Цирке» (причем, я вообще не знал, куда шел, Настя просто сказала, что вечером идем куда-то, будет интересно, а я человек простой: сказали будет интересно, я иду), остался в восторге. И дело не в концепции, не в том, что в представлении участвуют ребята с ограниченными возможностями, не в том, что они полноправные участники (хотя и в этом тоже), дело просто в том, что это восторг. Я не большой специалист в цирке, но была драматургия, глубина, идея. Были сложные номера, иногда до замирания зала. Были даже слезы, хорошие такие, добрые слезы. А ещё очень круто, что у артистов есть право на ошибку, но любая ошибка не значит, что представление прекратится, все, как в жизни, show must go on, несмотря ни на что. Хлопая в очередной, пятидесятый раз, я поймал себя на абсолютно не вытекающей из представления мысли, что добрых людей в мире больше, чем злых. А значит, как в русских народных сказках, добро победит в любом случае. Всех и очень агрессивно. В цирке регулярно что-то происходит, рекомендую: upsalacircus.ru

Композиция