Князь Ярославский

2/5 Царь Василий Иванович Шуйский (1606-1610) из близкого московской династии суздальского княжеского рода, был как раз носителем той княжеской харизмы, которой так не доставало его предшественникам на троне. Его воцарение можно рассматривать как своего рода реакцию, возврат к средневековому пониманию власти. При этом «реакция» в данном случае означает не сужение политических свобод правящих элит, а, наоборот, их расширение, потому что предшествующий «прогресс» эти свободы как раз урезал в пользу централизации управления и абсолютизации центральной власти. Василий Шуйский вернул силу Боярской думе и ограничил в её пользу собственную царскую власть через крестоцеловальную запись (никого не казнить, не ссылать и не лишать имущества без одобрения Думы), став ближе к идеалам ранних московских князей. Служилые сословия дворян и казаков не приняли эту реставрацию и возобновили гражданскую войну под знамёнами «истинного царя» (второго «Дмитрия Ивановича», выходца со Стародубщины неясного происхождения, прослывшего также под обидным прозвищем «Тушинский Вор»), ратуя за своё «служилое» царство против «вотчинного» царства князей и бояр (это, разумеется, упрощение, разделение в обществе шло не строго по сословным границам). Не находя в себе сил обуздать мятежников Василий Шуйский обратился за помощью к одному западному соседу, Швеции, чем, однако, развязал руки для открытой агрессии против себя другому западному соседу, Речи Посполитой, которая до тех пор лишь неофициально поддерживала Лжедмитрия I и Лжедмитрия II. Так гражданская война усугубилась двумя внешними вторжениями, причём это не были вторжения союзных армий, Швеция и Речь Посполитая уже находились в состоянии войны друг с другом, и Василий Шуйский, пригласив одну из этих стран к участию в русской Смуте на своей стороне, невольно спровоцировал участие другой.