Тени Руси

Если победа 1945 оправдывает советский строй, то 1812 год оправдывает крепостное право. Мне возражают на идею считать Победу 1945 народной: эвакуацию промышленности выполнил аппарат, мобилизационная экономика, Ставка к 43-му – всё его заслуги. Всё так. Но нельзя помнить 1945 и забывать 1941. Катастрофа, к которой система так героически адаптировалась – её же рукотворный плод: обезглавленный репрессиями 1937-38 командный состав, проигнорированные донесения разведки, киевский котёл как следствие сталинского запрета на отход. Государство показало способность выбираться из ямы, которую само выкопало – расплачиваясь за каждый шаг народом. В чём состояла адаптация: "братья и сёстры" вместо "товарищей". Роспуск Коминтерна. Возвращение погон и офицерства, которые ещё недавно были приговором. Примирение с Церковью – после 20 лет разгрома. Замена революционных святых на национальных – Невский, Суворов, Кутузов. Сворачивание власти надсмотрщиков-комиссаров в пользу командиров. Но главное – советская власть пошла на децентрализацию, делегировав часть полномочий вниз. Та старая добрая "демократизация поневоле". Наркомы и директора получили право самостоятельно перераспределять ресурсы, т.к. Госплан физически не успевал. Власть перестала душить "частника" – личные огороды, подсобные хозяйства, колхозные рынки. Кадры вернули из лагерей: Туполев, Королев, Глушко, Петляков проектировали бомбардировщики зэками в шарашке, генералы Горбатов, Мерецков – из тюрьмы в командование. Рокоссовский – арестован в 37-м, выбитые зубы на допросах, в 40-м освобождён – и это он принимает Парад Победы на Красной площади. Финансовый заём – государство заняло у народа через полупринудительную подписку на облигации, на месячные и годовые зарплаты. Население отдало фронту десятки миллиардов рублей живыми деньгами. Государство адаптировалось к войне, демонтируя собственно советское в себе и возвращая народу всё, что до войны у него отнимало – веру, национальную память, семейный язык, низовую инициативу. Адаптация была капитуляцией советского метода перед народным ресурсом. Система побеждала, переставая быть собой. Победа системы была бы её гордостью сразу. Но с 1948-го День Победы – рабочий день. Ветераны-инвалиды вычищаются из больших городов. Жуков в 1946-м сослан в Одессу. Фронтовики, увидевшие Европу – под подозрением, власть помнила, что декабристы вышли из офицеров, дошедших до Парижа. 9 мая стал праздником только в 1965-м. Государство 20 лет боялось собственной победы – поведение необъяснимое, если победа принадлежала ему, и совершенно логичное, если оно понимало, что победил народ, и опасалось победителя. А заодно откатило все военные уступки: с 1946-го – новые идеологические погромы, к началу 50-х – новый виток террора. Сентябрь 1946-го: «О мерах по ликвидации нарушений Устава сельхозартели» – у крестьян обрезали приусадебные земли, приращённые за войну. Ввели налоги на подсобное хозяйство, на плодовые деревья, вынудившие крестьян вырубать сады. Денежная реформа 1947-го срезала наличные в 10:1, ударив по сбережениям деревни, а вклады горожан на сберкнижках обменяли 1:1. Военные облигации государство пересчитало 3:1, ограбив кредиторов Победы. В 1957-м выплаты просто заморозили на 20 лет – "по просьбам трудящихся", гасить начали только в 70-х, когда многих кредиторов уже не было в живых. Поэтому 1945 – это день, когда система победила за счёт народа. А потом ограбила его опять – и двадцать лет боялась фронтовиков, пока они не постарели. Кому же принадлежит памятник подвигу наших дедов, построенный на отнятые у них деньги?